Последствия греха
Шрифт:
Доктор Гилфойл завершил обход. Он подождал, пока они сядут в машину, а потом принялся отвечать на расспросы Урсулы.
— Бедный малыш, — негромко произнес он, снимая очки в проволочной оправе и вытирая глаза. — Плохи его дела. Они там набиты, как сардинки в банке, так что неудивительно… Нет-нет, мисс, вытрите слезы. Вы здесь не поможете.
От его слов Урсула почувствовала себя еще более беспомощной.
Сэмюэльс отвез доктора Гилфойла в его клинику на Клифтон-стрит и отправился с Урсулой в Уэлли. Закутав себе ноги клетчатым
Когда «Берти» свернул на подъездную аллею к Грей-Хаусу, Урсула взглянула на свои золотые часики. Половина второго. Она заметила, что перед домом стоят два автомобиля — желтый «уолзли» Джерарда Андерсона и черный «рено» Обадии Доббса. К стене дома был прислонен мотоцикл Дэниэля Эббота — «Летящий Меркель».
Прежде чем Сэмюэльс успел выключить мотор, Урсула распахнула дверцу со своей стороны и заспешила по каменной лестнице.
— Я вижу, у нас гости, — сказала она, когда Биггз открыл дверь.
Дворецкий кивнул:
— Да, мисс.
— И давно они здесь?
— Около часа, смею предположить.
Урсула сняла перчатки.
— Лорд Розем тоже приехал?
— Да. Джентльмены в гостиной. Его милость попросил, чтобы им не мешали.
— Вот как?
Биггз помог Урсуле избавиться от пальто и шляпки и почтительно отступил, когда молодая хозяйка зашагала по коридору с мрачным лицом, выражающим решимость. Дверь в гостиную была закрыта, но сквозь нее до Урсулы доносились звуки разговора. Распахивая дверь, она безошибочно узнала скрипучий голос Обадии Доббса.
— Я говорю вам, нужно вложить в это предприятие больше денег! Мы близки к полному краху!
— В какое предприятие? — поинтересовалась Урсула, оглядывая собравшихся.
Мужчины замолчали. Эббот и Андерсон сидели за круглым столом у окна; оба встали, когда вошла Урсула. На столе лежали груда бумаг и пачка гроссбухов; глиняная пепельница была полна окурков. Обадия Доббс стоял в углу комнаты, возле письменного стола Роберта Марлоу. Нахмурившись, он застегнул пиджак. Лицо у него было красное и утомленное. Эббот и Андерсон обменялись взглядами и сели.
Лорд Розем встал из-за стола, скрестив руки на груди.
— Урсула, — холодно произнес он, — чем мы обязаны этой чести?
— Простите, что вмешалась, джентльмены, — ответила та и прикрыла за собой дверь. Гнев придал ей смелости. — Но если уж вы вместе с моим опекуном избрали местом встречи этот дом, то я делаю вывод, что речь идет о делах, касающихся моего отца. А если это касалось его… что ж, теперь касается меня. — Урсула села в кресло рядом с камином и плотно скрестила лодыжки, пытаясь скрыть, что у нее дрожат ноги. Ей чудился голос отца, выговаривающего ей за бесцеремонность и отвратительные манеры. Но если она сейчас не отстоит свои права, то ее решимость будет сломлена. Она окажется в полной зависимости от этих людей.
—
— Урсула, — мягко сказал Эббот, — вы должны предоставить решение подобных вопросов своему опекуну. Лорд Розем действует исключительно в ваших интересах.
Урсула всплеснула руками.
— Я не ребенок. Полагаю, в данных обстоятельствах я имею право знать, что происходит.
— Урсула, это бизнес. Ничего интересного для девушки вроде вас. Право же, милая.
Покровительственный тон Дэниэля Эббота привел Урсулу в еще большее раздражение. Она прищурилась.
— Значит, несмотря на то что окончила Оксфорд, — заговорила она с плохо скрытой издевкой, — я слишком глупа, чтобы разбираться в таких вещах, потому что я девушка? Вы это хотели сказать?
— Нет-нет… конечно, нет… Мы… — примиряюще начал Эббот, но Обадия Доббс в ярости прервал его:
— Вам здесь нечего делать! Я всегда предостерегал вашего отца, я говорил ему, что давать вам образование и потакать вашим прихотям — это ошибка! — Он буквально выплевывал язвительные слова. — Взгляните на себя — ни манер, ни женственности, ничего! Вы превратитесь в старую деву, вот что! Вместо того чтобы беспокоиться о бизнесе, лучше бы подыскали себе мужа!
— Я вижу, что и ваши манеры оставляют желать лучшего, — лукаво заметила Урсула, и Доббс густо покраснел.
— Урсула, мы всего лишь обсуждали одно предприятие, от участия в котором отказался ваш отец, — спокойно объяснил лорд Розем. Он закурил и бросил спичку в камни. — Я сообщил Доббсу, что больше никаких ассигнований сделать не могу.
— И что это за предприятие? — спросила Урсула.
Лорд Розем пожал плечами:
— Импорт товаров из Южной Америки.
Урсула прищурилась, и тогда заговорил Андерсон:
— У Обадии есть связи в Южной Америке, там заинтересованы в совместном проекте. Новые химические продукты, красители, медицинские препараты и так далее. Ваш отец не хотел этим заниматься, и, как уже было сказано, мы с Дэниэлем также считаем, что дело не окупит дальнейших капиталовложений. Только и всего. Очень прозаично и неинтересно для молодой особы вроде вас.
Урсулу это не успокоило. Она подозревала, что ей рассказали только часть истории.
— Господа, я бы предпочла обсудить то, что происходит на самом деле. — Урсула совладала с дрожью в голосе. — Мне известно содержание дневника и то, что ваши дети под угрозой. Судя по всему, вы предполагаете, что Бейтс по-прежнему жив и что именно он повинен в гибели Лауры Рэдклиф и моего отца. Поскольку пуля, видимо, предназначалась мне, я имею право знать, во что был вовлечен отец. И поскольку моя подруга вот-вот предстанет перед судом по обвинению в убийстве, которого она не совершала, я полагаю, у меня есть перед ней некое обязательство — а именно выяснить, почему все вы предпочли молчать.