Последняя рулетка

Джон Лутц

ПОСЛЕДНЯЯ РУЛЕТКА

Перевод М. Ларюнина

Нет, Спидо - неплохой парень, правда, должен сказать, он слегка чокнутый, даже когда трезвый. Помню, все началось в тот вечер, когда мы сидели на пляже, глядя, как океанские волны выкатываются на берег и разбиваются миллионами брызг. Спидо постепенно спускался с каких-то своих высот, куда его обычно уносили очередные дозы всякой дряни. Сейчас он сидел, скрючившись на корточках и положив подбородок на подставленные руки, уперев локти в колени. Он не отрывал взгляда от волн.

–

Красиво, правда?

Я присел рядом и посмотрел в том же направлении. Спидо пожал в ответ плечами; морской бриз трепал его бороду.

– Нет, когда задумаешься над этим. Как и все в этом мире, - красиво, пока не остановишься и не раскинешь мозгами, в чем тут дело. Океан пожирает пляж, завоевывает его - хочет вдребезги разбить всю Калифорнию!

Я не обращал внимания на подобные штучки. Спидо вечно что-нибудь не так, когда у него отходняк, и ему постоянно чудились зубы в самых неподходящих местах. Иногда он клялся, будто на него что-то нападает, но ему первому удалось ударить это что-то или кого-то. Он всегда такой - тощий, волосатый и скромный Спидо.

Встретил я его во Фриско, где он жил в местечке Зодиак-Мэнор, в обшарпанной лачуге, населенной двумя дюжинами оборванцев и посещаемой полицией каждую неделю. Мы оба согласились, что оставаться там больше не" стоит, и двинулись в Лос-Анжелес. Но теперь нам и здесь надоело.

Что-то белое вдруг появилось прямо перед нами, делая неожиданные зигзаги на песке. Мы одновременно вздрогнули, сам не пойму от чего, потому что, когда рассмотрели непонятный предмет получше, оказалось, что это скомканный обрывок газеты. Как только ветром его поднесло поближе, Спидо вскочил и с силой вдавил каблуком газету в песок, будто желая причинить ей боль. Некоторое время его глаза неотрывно смотрели на нее, потом Спидо поднял ногу, и через секунду шуршание бумаги замолкло где-то позади нас.

– У меня есть идея, - сказал мой дружок, ероша волосы, как будто намыливая их.

– Я весь внимание, - отозвался я.

– Марки и антиквариат.

– Почему бы и нет?

Спидо сел, а потом растянулся во весь рост на спине, прищурившись на звездное небо.

– Не случалось слышать о Кинге Мердоке?

– Разумеется. Киношный злодей... законченный идиот.

– Обычно исполнял ведущие роли, - добавил Спидо.
– Перетрахал всех баб. Сейчас у него куча денег.

– И что?

– Вложил их в коллекцию марок и накупил всяких забавных безделушек, пользующихся спросом. Вчера уехал в Европу.

– Откуда узнал?

– Из той газеты.

Теперь вы понимаете, что я имел в виду, когда сказал, что Спидо чокнутый, но лишь слегка. Он успел прочитать все нужное, а мне казалось, будто у него опять крыша поехала, когда он топтал газету. Никогда не угадать, чем у него заняты мозги.

– Ты хочешь свистнуть марки и безделушки, пока он в отъезде?

Спидо кивнул:

– Конечно. Где он живет - нам известно, осталось зайти и взять причитающееся.

Помнишь, как во Фриско мы увели пару ящиков с виски из какого-то политического клуба?

Я хорошо помнил тот случай, который, кстати, был далеко не первым в нашей совместной деятельности.

– Вообще-то, сейчас меня не ахти как прельщают подобные забавы.

– Тогда решено, - сказал Спидо, не удостаивая внимания мои колебания.
– Завтра же двинем туда и славненько поработаем. Старик, это же беспроигрышная комбинация!

– О'кэй, - сдался я, захваченный его возбуждением. Завтра так завтра.

– Взгляни-ка, Грэхэм, - Спидо прищурил глаза, глядя куда-то вдаль. Его рука вытянулась в направлении блестевших в море огоньков.
– Какой-то остолоп гоняет по морю на яхте. Какой-то паразит со счетами в пяти банках, в то время как у нас ничего нет за душой! Меня тошнит от этого больше, чем от пиявок в повидле!

– Почем ты знаешь, может, там рыбацкая лодка?

– Я знаю!
– не унимался Спидо, и лицо его осветилось вынырнувшей из-за туч луной.

Мы посидели еще немного, потом Спидо встал, разминая затекшие руки и ноги.

– Пойдем, поищем, где бы поспать, - предложил он.
– Тут все время какие-то твари по песку бегают.

И мы пошли, подталкиваемые в спину ветром, к нашей видавшей виды развалюхе на четырех колесах. Из рекламных проспектов мы легко узнали адрес Кинга Мердока. В одном из них была даже фотография: большущая вилла, похожая на средневековый замок, затерянный в лесу. Видели бы вы глаза Спидо, как он впился ими в фотографию. Можете ткнуть меня булавкой, если этот особняк не тянул на круглый миллиончик! А окружен всего-навсего хиленькой изгородью и здоровенными деревьями, чего уж никак нельзя было ожидать. Как раз то, что нужно. Есть, где развернуться настоящим парням. Вроде нас.

– Вдруг там сторож или другая какая сволочь?
– спросил я Спидо около рекламного агентства.

– Сторож?

– Да. Ну должен же кто-то присматривать за подобной роскошью. Подумай, вряд ли кто оставит без присмотра дом, смотавшись в Европу.

– Ты не знаешь этих людей, - ободрил меня Спидо, пока мы перебегали дорогу на красный свет.
– Деньги для них - ничто, в отличие от нас с тобой. К тому же, этот хмырь едет туда по морю, а не на самолете.

Настроение у меня поднялось. Это обстоятельство вселяло уверенность.

– Наконец, - продолжил Спидо, - чтобы поймать нас в таком здоровом домище, ему не хватит и дюжины охранников.

Вечером, когда мы позаимствовали в чьем-то автомобиле полный бак бензина, нам удалось завести нашу кучу ржавого металлолома и тронуться к цели. Прямо как сейчас вижу себя высовывающимся из окошка, с развевающимися лохмами, а над головой низко нависшие багровые тучи, подожженные заходящим солнцем, которые все время меняли цвет. Помню еще, до чего мне все казалось красивым. Господи, какого черта нас туда понесло?