Шрифт:
В тридцать восемь лет иногда уже становятся бабушками. Или дедушками — в зависимости от пола.
В тридцать восемь лет за плечами остается масса житейских историй — счастливых и не очень.
Часть друзей навсегда уходит из твоей жизни. Еще из твоей жизни уходят ночные клубы, танцы до упаду, необыкновенная легкость во всем теле по утрам и умение спать по четыре часа в сутки.
Женщина в зеркале по утрам смотрит хмуро и укоризненно, у нее усталый — это с утра-то! — взгляд, сеточка морщин в уголках глаз и скорбно поджатые губы.
Холодный душ в тридцать восемь — это
И еще невыносимым становится одиночество.
Оно звенит под потолком квартиры, оно пялится на тебя из темного экрана телевизора, оно сверлит мозг красным огоньком автоответчика на мертво молчащем телефоне…
Эмили Феллоуз родилась в Пасадене. Из родного города она уехала достаточно давно, чтобы перестать скучать по нему, да и что скучать, если дел полно?
Мать и четверо братьев Эмили — один старший и трое младших — остались в Пасадене, теперь в их старом доме не протолкнуться от разнокалиберных детей и внуков.
Сама Эмили уехала учиться в Торонто на историка, а получив диплом магистра, переехала в Штаты, в Чикаго. Сейчас ей было тридцать восемь лет, и она мирно и одиноко жила в небольшой, но уютной квартире в самом центре Старого города. Могла себе позволить — ибо Эмили Феллоуз уже несколько лет работала в «Хэмиш интелтек», громадной фирме, занимавшейся всем на свете, что хоть как-то было связано с компьютерами.
Эмили Феллоуз не занимала ответственного поста, не строила свою карьеру идя по головам, не мечтала о повышении…
Такая пассивность пугала ее саму и раздражала двух ее лучших друзей. Друзья норовили устроить ее личную жизнь, а сама Эмили…
Стыдно сказать… Хотя почему же стыдно? Она очень хотела замуж.
Эмили точно знала: как только появится в ее жизни Правильный Мужчина, она немедленно бросит работу и займется домом. Ее муж будет самым счастливым, самым обласканным в мире мужем…
Вот только что-то он не торопился навстречу своему счастью.
Нет, мужчины, разумеется, в ее жизни были. Еще в Торонто она сошлась с однокурсником и прожила с ним в крошечной съемной квартире целых полгода. Потом он уехал на каникулы домой, в Абитиби, и больше не вернулся. Кажется, у него заболела мать. Или тетка…
Потом, когда Эмили было уже двадцать пять и она жила в Чикаго, в ее жизни появился Фред. Он обожал умных женщин — потому и выбрал Эмили, по собственному его признанию. Фред на досуге занимался шумерами, а работал автослесарем. Шумеры ли его натолкнули, испорченные ли моторы — но через семь месяцев после начала их с Эмили романа Фред увлекся учением каббалы, завязал на запястье красную ниточку и стал отлынивать от занятий сексом. Еще через месяц он уехал на… слет? съезд? смотр?., короче, на конференцию каббалистов — и больше не вернулся.
Еще были Хайме, Джоэль, Сид, Фрэнки, но никто из них дольше полугода в квартире Эмили Феллоуз не задерживался. Фрэнки вообще ухитрился обокрасть ее — увез в неизвестном направлении телевизор и ноутбук…
С тридцати трех до тридцати шести Эмили Феллоуз вела спокойную и безгрешную жизнь, заполненную книгами и работой, а потом ее неожиданно посетил
Эмили взялась за дело с энтузиазмом, который заслуживал лучшего применения. Зарегистрировалась на сайте знакомств, стала посещать корпоративные вечеринки, пару раз сходила на свидания вслепую…
Кстати, последнее свидание вслепую случилось у нее неделю назад. Алек — так звали потенциального избранника. Довольно симпатичный парень лет тридцати пяти, только вот подбородок вяловат. И еще он не смотрел ей в глаза. Может, стеснялся?
Ничего серьезного не вышло — Алек просто проводил ее после свидания до дома, поцеловал на прощание ручку и исчез, обещав позвонить.
Неделю она честно ждала его звонка, потом наступила на горло собственной гордости и написала ему письмо по «мылу»…
Сегодня, третьего июня, Эмили Феллоуз сидела перед компьютером и в третий раз перечитывала ответ Алека. Очень вежливый ответ, сводившийся к одной, в сущности, фразе: отстань от меня, старая дура!
Эмили Феллоуз распечатала письмо на принтере и спрятала листок в сумочку. Потом набрала номер телефона.
— Это я. Что у тебя завтра? Тогда в перерыв в нашем кафе? О'кей, Рози, я позвоню. Нет! Мне нужны ваш совместный опыт, ваша квалификация и ваш совет. Я больше не могу. Если и на этот раз ничего не получится, тогда я с чистой совестью займусь разведением рододендронов. Откуда я знаю, что это такое? Когда займусь — расскажу. Целую.
Вспоминая вчерашние свои муки, Эмили Феллоуз вздохнула, с трудом очнулась и еще раз пнула несчастный ксерокс. Время шло к обеду, а это святое, потому что за обедом ее ждут девочки. У них масса вопросов, которые нуждаются в обсуждении и решении. Собственно, она сама же их и пригласила…
«Девочки» — это Рози Шайе и, не подумайте плохого, Гай Боннэр.
Рози тридцать четыре года, и она высокая, крупная, яркая брюнетка с чувственным ртом и выражением лица, которое так нравится мужикам: ой-на-меня-сейчас-нападет-бенгальский-тигр-спаси-меня-мой-герой. Еще у нее зеленые глаза с желтыми искрами и походка от бедра. Рози умеет с одинаковым успехом изображать и хрупкую фею, и бой-бабу наподобие валькирии. Увлекается Рози мотоциклами, а второе хобби Рози — автослесарные работы в собственном гараже по воскресеньям. Рози Шайе в промасленном комбинезоне на голое тело, выглядывающая из ямы, — это нечто!
Гай Боннэр — хрупкий блондин с ангельской внешностью. Он ровесник Эмили Феллоуз — ему тоже, о ужас, тридцать восемь лет. Впрочем, Гай следит за собой так тщательно, что до сих пор напоминает херувима. Вероятно, кто-то уже догадался… Гай — гей. Это не припев песенки гномов из «Белоснежки», это горькая правда жизни.
Красавчик Гай, одноклассник Эмили и ее лучший друг с нежнейших двенадцати лет, прожил долгую и разнообразную жизнь гетеросексуала, пока в двадцать семь лет вдруг не осознал, что с женщинами ему нравится дружить, и не более того. Если бы Гай остался в Пасадене, его жизнь сложилась бы трагически, тут и к гадалке не ходи, но Гай уехал из родного города вслед за Эмили, так что дома о его фокусах до сих пор не догадывались.