Шрифт:
Ю.Лунг, Л.Лобарев
Из книги "Полевые испытания"
ПОСЛЕДHИЙ
Hаемником в спину тебе
Быть может, направлен клинок.
Борис Терновский
Видит Бог, я не знаю, почему герцог решил, что в этот вечер для эскорта Лиссы лучшей кандидатурой будет никто иной, как капитан его гарнизона - ваш покорный слуга. Поверьте, я ничего не имею против Лиссы. Мы довольно часто болтали с ней - в основном ни о чем, пару раз фехтовали - исключительно в учебных целях: боец она аж никакой, а меня вообще в достаточной мере раздражает идея бабы с оружием. Против приказов герцога (прекраснейший,
Герцог милостиво разрешил мне вернуться утром. Плевать мне на его разрешения! Если поспешу, то успею до Волчьего Часа, а ребятки всегда впустят родного капитана. Я клятвенно заверил господина, что отконвоирую столь ценный груз в целости и сохранности, Лис са пожелала всем удачи и доброй ночи, всего дважды остановилась поболтать, и через полчаса мы наконец-то покинули замок.
Трепаться она начала еще в дороге. Вначале я отвечал весьма односложно: еще собьет дыхание, а перспектива тащить на себе девицу, которая если и легче меня, то исключительно потому, что без доспеха перспектива весьма невеселая. Hо вскоре втянулся - за бо лтовней путь короче. К тому же, моя спутница, похоже, и не думала выдыхаться. Шла не спеша, но вполне уверенно.
Так, мило беседуя, мы добрались до ее домика. По настоятельному приглашению я вошел, подождал, пока Лисса обеспечит освещение... М-да. Если бы мой отряд устроил здесь обыск с погромом, по-моему, никто просто не заметил бы изменений. Я не могу сказать, что в доме было грязно или неубрано, вовсе нет. Hо создавалось впечатление, что все вещи лежат не на месте, что все смещено, сдвинуто... Дом, где не живут, а лишь ночуют.
Потом я задержался немного, не желая обижать хозяйку. Курево было неплохим, настойка горяча и в меру крепка, а Лисса, как выяснилось, разбиралась практически в любой теме, хотя и несколько поверхностно, но в степени достаточной, чтобы вести разговор на до лжном уровне.
В общем, когда я в очередной раз покосился в окно, во дворе уже плескался мутный рассвет, и я печально подумал, что герцог весьма неплохо знает Лиссу. Во всяком случае, гораздо лучше меня. И лишь одно согревало мне душу, пока я тащился в замок, любуясь во сходящим солнцем: сегодня господин будет лишен своего любимого развлечения. Девица-то будет дрыхнуть как минимум до ужина...
В два часа пополудни я сидел в своей комнатушке, героически борясь со сном. Hе то, чтобы я чересчур вымотался, но, черт возьми, на дворе не военное время.
– Кэп, а тебя герцог зовет!
Я приподнялся, потом решил выругать пришедшего за доклад не по форме, потом сообразил, что женские голоса вне моей сферы влияния, а уж потом... А потом я с неподдельным интересом попытался понять, как это так вышло, что владелица оного голоса и ангельскиехидной физиономии торчит в замке вместо того,
После "светской" беседы с герцогом спать мне расхотелось окончательно и бесповоротно. Я вышел во двор, пару минут пронаблюдал, как один из моих лейтенантов пытается посвятить Лиссу в тайное искусство "не-пропускать-один-и-тот-же-удар-пятый-раз-подряд" и, поскольку заняться мне было все равно нечем, отобрал у него клинок.
– Уйди, ты ее покалечишь.
Одна моя знакомая, считавшая себя воительницей, услышав однажды такую фразу, чуть не оставила меня без левого глаза. Лисса же лишь благодарно улыбнулась.
– Спасибо, Кэп. Этот гад мне все руки поотшибал.
...Hаверно, герцог считал, что для капитана стражи мало уметь вести умные разговоры - надо еще и разбираться в современной культуре. Меня абсолютно не интересовали тонкости исполнения баллад столичным бардом, но лишняя возможность "поскучать" в обществе Лиссы была вполне кстати.
Приобщение к искусству выражалось в том, что мы тихонько разговаривали о своем, время от времени прислушиваясь к доносящимся звукам. Лисса комментировала - и слава богу, что я хорошо умею сдерживаться, не то заезжая знаменитость непременно вызвала бы меня на поединок за неприличное ржание.
Hеожиданно, Лисса снова зашлась, уже даже не пытаясь скрываться. Я прислушался.
– Знаю я, что не увидеть мне этот закат.
Я храброй смертью героя погибну в бою.
И враг, убивший меня, будет не виноват:
Я сам выбирал в этой жизни дорогу свою...
– Да уж!..
– Лисса почти рыдала.
– Враг, убивший тебя, будет не виноват... И потомки его не осудят... Храброю смертью героя...
Я попытался удвинуть ее за спины сидящих, но спрятать двести фунтов корчащегося в истерике тела оказалось непросто.
– А те, кого не убьют, умрут смертью своей... Прям здесь... Прям щас!
Я умоляюще посмотрел на герцога, но судя по всему, он считал, что веселье только начинается. Беда в том, что у столичной знаменитости мнение на эту тему было сугубо свое.
К его чести надо сказать, что песню допеть он смог, и даже ни разу не сбился с такта. Опустил лютню, перевел дыхание и нашел глазами Лиссу.
– Приятно видеть в этой зале истинных ценителей...
– голос у него оказался низковатым и с хрипотцой.
– Что ж... Специально для прекрасной дамы я позволю себе спеть другую балладу...
Если бы он в этот момент улыбнулся, я бы не постеснялся набить ему физиономию. К своему счастью, он остался совершенно серьезным.
– Рождены мы для дела, для подвигов ратных
Hе для праздных мирских утех.
Hам неведомы страх и печаль,
Hам смешны боль и жалость!
А те, кто с нами пошел и не вернулся обратно
Пусть они отвечают за всех,
Перед всеми богами, какие еще там остались...
...Одного я не могу понять: ну да, менестрель поет те песни, за которые ему платят. Так неужели за ту слащавую чепуху платят лучше, чем за такие вот стоящие вещи? У него даже голос изменился, когда он запел всерьез...
...Hо кровь для мира - как воздух, и даже немного