Последний вздох
Шрифт:
Кэтрин Диан
Последний вздох
(Вампирское Оборонное Агентство #5)
Перевод: Rosland
Редактура: Бреган Д'Эрт
Русификация обложки: Rosland
Глава 1
Несмотря
В таком месте, как это, их одежда тоже выделялась, массивные ботинки и чёрная тактическая форма создавали впечатление кого-то среднего между наёмником и преступником. Хотя мотоциклетная куртка Ронана скрывала большинство его татуировок, некоторые из них поднимались по шее. В наши дни многие люди украшали себя чернилами, но что-то в Ронане было предостерегающим.
С другой стороны, возможно, дело в том, что они с Ноксом охотились. Каким-то образом даже такие виды, как люди, живущие в глубине города и в основном сидящие в своих телефонах, всё равно могли это почувствовать.
В два часа ночи в вагоне метро ехали в основном пьяницы, да ещё несколько работяг, задержавшихся допоздна, сидели, ссутулившись на грязных пластиковых сиденьях. В таком городе, как Портидж, штат Нью-Гэмпшир, люди знали, что лучше не коситься, если не хочешь неприятностей. Обычно даже панки отваливали при виде Тиши.
Однако сегодня вечером один мудак в кожаной одежде, гремя цепями и воняя травкой, встал перед Ронаном, когда тот направлялся в пустой конец вагона метро.
Несколько жутких образов промелькнули в голове Ронана, когда он остановился перед вонючим блокпостом, но всё, что он сказал, было:
— Неа.
И всё же, когда Ронан, продемонстрировав зрелость и самообладание, протиснулся мимо панка вместо того, чтобы ударить его по горлу, этот придурок схватил его за руку.
— Этот вагон принадлежит…
Когда кто-то прикасался к Ронану, особенно чёртов человек, это посылало сигнал мимо его префронтальной коры и прямиком в подсознание. Он схватил ублюдка за горло и впечатал его в стену вагона метро.
Ронан даже не осознавал, что рычит и скалит клыки, пока глаза панка не расширились, а его притворство крутого парня не сменилось ужасом. Нож, царапавший Ронану живот, задрожал.
— Ронан.
Голос Нокса проник в сознание Ронана. Всё, что он действительно осознавал — это хрупкое человеческое горло в его хватке. На секунду Ронан увидел белый лабораторный халат вместо дешёвой кожаной куртки. Он увидел стерильную белую комнату вместо грязного вагона метро.
— Ронан.
Ронан оторвал свою руку от его горла.
— Бл*дские люди, — пробормотал он и зашагал дальше.
К тому времени, как задница Ронана коснулась пластиковой скамейки возле других дверей, незадачливый задира слабо цеплялся за поручень в центре вагона. Он смотрел на свою руку, казалось,
— Ты затенил его память, — пожаловался Ронан, когда Нокс опустился на скамейку рядом с ним.
— Это стандартный протокол.
— В пи*ду это всё. Грёбаные люди думают, что могут…
— Наш вид ничем не лучше, — напомнил ему Нокс в своей обычной глубокой, тихой манере. У Нокса были свои собственные триггеры, но когда они не срабатывали, он был спокоен и неподвижен, как… ну, как кто-то, кто провёл чёртову уйму лет в камере.
Возможно, десять лет заточения Ронана были недостаточно долгими.
Или, может быть, Нокс, так сильно связанный с Клэр, стабилизировался, в то время как Ронан слетал со своей грёбаной оси.
Все привыкли к тому, что он колючий засранец, поэтому никто, казалось, не придавал особого значения его растущей нестабильности. Или, может быть, они предполагали, что это из-за того, что он умирал.
Но в этом нет ничего нового.
С тех пор, как он сбежал из «Генезиса», на клеточном уровне он был в полном раздрае. За годы, что он был подопытным в человеческой лаборатории, ему вкололи столько всякой дряни, что его тело превратилось в проклятый бардак.
Джонус Ан, глава медицинского отдела ВОА, годами пытался разобраться в этой неразберихе, но методы лечения больше не помогали. Клеточная мутация, которую запустил «Генезис», происходила слишком быстро.
В основном это была просто боль. Истощение. Головные боли, от которых раскалывался череп. У Ронана была довольно высока терпимость ко всему этому, но это начинало сказываться на его рефлексах. В одну из таких ночей он окажется слишком медлителен, чтобы отразить удар ножа, избежать выстрела или прыгнуть.
По правде говоря? Наверное, это даже к лучшему.
Потому что настоящая причина, по которой Ронан слетал с катушек, заключалась в том, что внутри него что-то было не так, и это не имело никакого отношения к тому, как его похерили в лаборатории.
Когда-то он наслаждался приятной иллюзией, что именно эта неправильность была вызвана лабораторией. В этом был смысл. Наркотики, изменяющие сознание, электрошок, сенсорная депривация. Всё это было направлено на то, чтобы вызвать отделение его разума от тела. Ронан до недавнего времени считал, что это дерьмо и стало причиной отделения его разума от тела.
По крайней мере, так он когда-то думал о том, что с ним иногда случалось.
Раньше это происходило только в редких случаях, например, когда он был полностью измотан. Он терял сознание… и обнаруживал, что оказался вне своего тела, разгуливая, как чёртов призрак. Это было чертовски странно.
Но по мере того, как состояние его тела ухудшалось, это происходило всё чаще. И теперь он знал официальное название этого явления: «хождение разумом».
Почему у него было такое название? Потому что единственным другим ходоком разума в истории вампиров был Кадарос, сын тёмного бога Вимоноса, самоназваный Тёмный Принц.