Последние из расы Симуранов...
Шрифт:
— Малыш, а папа тебе когда-нибудь говорил об этом или ты где это слышал? — Это было важно! Важно, ведь сила Жрицы и вожака разная, если от мамы, то проблем будет меньше…
— От Мамы, я видел, как она просила обернуться того волчонка. Плохо то, что я сделал? — Вот, довела ребенка, ведь он сейчас заплачет!
И пока успокаивала Юрао, увидела в комнате Майримиэля и того вампира.
Майримиэль подошел ближе к постели, и, не дав раскрыть рта, заговорил:
— Думаю, нам надо поговорить, Юрао, будет лучше, если
— Не стоит его трогать, он всегда быстро засыпает, а учитывая, что он слишком переволновался за меня, он проспит еще долго. Я так понимаю, вам уже рассказали, что у меня возникла небольшая проблемка… — Он выжидательно посмотрел на меня, и в этот момент буквально ворвался в наш еще даже не начавшийся разговор тот, кого Майримиэль звал Джеком.
— Проблемка?! Это не проблемка, это глобальная проблема! — Он аж от накала эмоций замахал руками, не понимаю, откуда столько эмоций, учитывая, что и эльфы, и вампиры не блещут демонстрацией эмоций при посторонних, они вообще выглядят как рыбы замороженные.
— Джек, не ори! Я понимаю, что это необычно, что оборотень, тем более Симуран, застревал в одном из образов, но это не значит, что нужно орать! — при последних словах он буквально рыкнул, такое чувство, что он сдерживался, но я не могу заметить признаки сдерживаемой ярости, как наблюдала у кого-то из своего племени.
— В общем, я понял суть проблемы, но не понял ее трагичности, если честно. — Он уставился на меня с таким любопытством, как будто до этого не рычал на Джека. — Можешь объяснить ее?
— Могу. — Я тяжело вздохнула, и брат зашевелился. Я погладила его по голове, и он успокоился. Все же он еще ребенок. — Вся проблема в том, что я не просто застряла, меня заблокировали. Заблокировал он. — Погладила Юрао по голове, я видела, каких трудов стоит Майримиэлю не начать спрашивать. — Он все же глава клана.
— Что? — Вампир все же не выдержал, я сдержанно хохотнула, после чего он просто взорвался. — Ничего смешного я в этом не вижу, ты проторчишь в этом облике, не весть знает сколько, без возможности сбрасывать ярость зверя! Ты уже к концу года начнешь на всех бросаться!
— Во — первых, звереть не начну. Во — вторых, ты судишь обо мне, как об оборотне, забывая, что я — Симуран. В — третьих, прекрати орать, ты разбудишь брата! — Вообще удивительно, что он не проснулся после такой отповеди-то!
— Ладно! — он поднял руки вверх в знак того, что сдается. — Но ты можешь объяснить толком, чем все это тебе грозит? — я подавилась воздухом, я еще и виновата? Ну, знаете ли! Но не успела начать, как меня перебил дракон.
— Ты сам виноват, не дал ей закончить. Так что нечего обвинять Марику в том, в чем сам виноват! — Ну, точно как ребенок!
— Вопрос: а сколько тебе лет? — В этот раз воздухом подавились они.
— А что? Я что — то не так спросила? —
— Ничего. Просто это был самый неожиданный вопрос, который ты могла задать. — И Джек надулся, взглянув на него повнимательней, я поняла, почему меня смутил его возраст, который сама же ему и дала. Иллюзия качественная, однако. Но все равно, против жрицы, хоть еще не вошедшей силу, она не устояла. И взглянув на дракона, который пусть и слегка заметно, кивнул мне. Что и заметил Джек!
— Эй, вообще — то здесь! — и столько возмущения было в этом голосе. — В общем, я ношу иллюзию именно для этого!
— Значит, ты не вампир? — я кивнула сама себе. — А запах? Это тоже иллюзия?
— Да, он оборотень. Но всю жизнь прожил среди драконов. — Майримиэль тяжело вздохнул. — Он младший брат моей покойной жены, в Империи они живут уже давно. Насколько я знаю, за последние 30 лет они еще не были в клане.
У меня, наверное, глаза округлились, и я натурально зарычала, закрывая брата. Оборотень! Меня лечил оборотень!
— Тихо, он не причем, что произошло с вами! Они не были у Оборотней почти 30 лет! Тихо. — Он попытался подойти ближе, но я только зарычала. У меня не было волчьей ипостаси. Но это не значит, что я не могла принять промежуточную.
— Я не причиню тебе и твоему брату вреда! — Этот, этот оборотень! Он! — Хочешь, я дам клятву? — Я дернула ухом. Черт! Я сама не заметила, как появились уши и когти!
— Хорошо! Сейчас! — он подошел ближе, черканул по руке когтем и начал произносить слова клятвы:
«Я, Эйнджел из клана Белых Волков, клянусь Марике и Юрао из клана Изначальной Тьмы, не причинять вреда: ни словом, ни действием».
Только он закончил слова клятвы, я стала успокаиваться:
— В общем, ладно. — Я продолжила, как ни в чем не бывало. — Так вот: Юрао, пусть и маленький, но глава клана и не просто глава клана, а наследник всего, что должно было бы перейти к нашему отцу. Все наследие Симуранов, наша страна.
А после смерти нашего отца все способности, которые должны были спать до шестнадцати, проснулись сейчас, при угрозе моей жизни. И он принудительно заставил меня обернуться, а из — за того, что он еще слишком мал, его не обучали всему тому, что должен знать глава.
— А как же теперь тебе быть? Ждать до его шестнадцатилетия? — вот теперь дракон был не на шутку встревожен.
— Нет. — Я покачала головой и, вздохнув, продолжила. — Через 10 месяцев мне исполнится шестнадцать, и я войду полную силу. Достаточно будет силы Жрицы, чтобы снять блок.
— Жрицы? — все же любопытство драконов — это что-то! — Просто я не думал, что у оборотней есть жрицы! — У меня дернулся глаз. Оборотни?! Серьезно?! Я подавила желание высказаться по этому поводу. Не сейчас.