Чтение онлайн

А женщина вдруг заговорила:

— Я просто смотрела, как ты спишь... — И улыбнулась, еле-еле, краешками губ. Несмотря на некую робость и неуверенность, улыбка получилась теплой и нежной. — Ты вырос... и стал таким красавцем.

— Так ты моя мать? — спросил Римо, слегка запнувшись на последнем слове.

Печальные глаза просияли.

— Да. Я твоя мать.

— Я тебя узнал. По глазам...

— Ты меня помнишь?

— Нет. Но у меня есть дочь. И глаза у нее точь-в-точь твои.

— Дочь...

На нее пала тень.

— Что?!

— Да ты не волнуйся! Придет день, сам все поймешь. Увидишь то, что пока тебе недоступно... — Она закрыла глаза. — Ведь почти всю свою жизнь ты прожил без меня. Но и это тоже скоро изменится. Ты умрешь, мой единственный сын, и тебя похоронят на Арлингтонском кладбище, как героя. Под твоим настоящим именем, которого ты пока не знаешь.

— Так Римо Уильямс — не настоящее мое имя?

Она тихо покачала головой.

— А как меня звать по-настоящему?

— Ты должен узнать сам.

— Нет, скажи мне, скажи!

— Он тебе скажет.

— Кто? Отец?

— Ты его еще не нашел.

— Пытался, но...

— Я ведь уже говорила тебе, кто похоронен у Смеющегося ручья.

— Но я не нашел никакого Смеющегося ручья! Его нет ни на одной карте, ни в атласе, ни в путеводителях...

— Смеющийся ручей — место священное. А потому на картах ему не место. И потом, я ведь уже сказала: отца своего ты знаешь.

— Нет не знаю. Я просто голову сломал, пытаясь...

— Нельзя прекращать поиски. Думай, думай лучше. Подскажут или голова, или сердце.

— Нет, скажи! Назови хотя бы имя! — взмолился Римо.

— Прости...

— Послушай, но для меня очень важно найти его! Очень важно! — с жаром воскликнул он. — Назови его имя!

— О, я была бы никуда не годной матерью, если б до сих пор водила тебя за ручку. Ты ведь уже умеешь ходить и думать.

— Ну намекни хотя бы, умоляю!

— Иногда он бродит по земле, на которую упала Великая Звезда. А порой... порой блуждает среди звезд.

— Что это значит?

— Ищи его к югу от кратера Великой Звезды или же среди других, земных звезд...

— Земные звезды?..

Женщина снова прикрыла темные глаза.

— Я покажу тебе одну картинку...

Пространство перед ней тут же сгустилось, заклубились какие-то темные тени. В отблесках лунного света появились причудливые тени.

Постепенно картина прояснилась. Нет, цветной она не стала — везде черно-синие тона. Ночное видение...

— Ну что видишь, сын мой?

— Пещера...

— Загляни поглубже. Что там?

Римо впился взглядом в черный провал. Казалось, пещера наполнена густой непроницаемой тьмой, но вот глаза его различили слабое мерцание.

Сперва он увидел какой-то странный предмет,

завернутый в одеяло. Некогда одеяло было цветным, но давно полиняло, поблекло и обтрепалось по краям. Из одеяла торчали сухие палочки и клочки высохшей коричневой кожи, а вот и человеческая голова. Иссохшая, сморщенная, с узкими щелочками закрытых глаз, провалившимся носом и плотно сомкнутым, словно зашитым ртом.

К натянутой, как барабан, коже черепа прилипли грязные волосы.

— Мумия... — прошептал Римо.

— Разве у мумии нет лица?

— Где там! Почти не разобрать, — ответил Римо.

— Разве так трудно догадаться, каким оно было прежде?

Римо напряженно всмотрелся в эту чудовищную маску. Вдруг вздрогнул и нервно сглотнул.

А потом, крепко зажмурившись, отвернулся.

— Чье это лицо? — настаивала женщина.

— Сама знаешь, чье... — осипшим голосом ответил сын.

— Скоро ты попадешь в эту пещеру. Нужно только сделать первый шаг.

— Никуда я больше не пойду.

— Но ведь ты хочешь найти отца, хочешь узнать правду!

— Не такой же ценой...

— До сих пор ты искал его лишь умом и глазами. Теперь попробуй поискать сердцем. Отец смотрит на тебя, пусть даже и не видит.

— Не понимаю.

— Мы — люди Солнца. И твой родной народ — это народ Солнца. Ищи людей Солнца, только с ними ты обретешь понимание и покой.

— Я... я не могу.

— Сможешь! Внемли своей матери, которую прежде не знал. Войди в пещеру, и тебе все откроется. Не бойся, смерти нет. Жизни в тебе не более, чем во мне. Ума не больше, чем у самого древнего твоего предка. А я... не более мертва, чем мои гены, которые ты унаследовал.

Бросив на него исполненный печали взгляд, видение тут же растворилось.

Весь остаток ночи Римо так и не сомкнул глаз. Лежал на спине, глядя в потолок и пытаясь убедить себя, что все это — не более чем скверный сон.

Но мастера Синанджу являются абсолютными властителями собственного тела и разума, и кошмары их не преследуют. А потому Римо понял, что впереди его ждут страшные испытания.

На завтрак мастер Синанджу готовил себе специальный чай долголетия.

В серо-зеленом чайнике весело кипела вода, рядом в плошках были разложены кусочки корня женьшеня, толченые плоды жожоба, сырые семена сосны. Нежные солнечные лучи врывались в кухонное окно.

Мастер Синанджу предпочел бы просыпаться на родном Востоке, но он жил в трудные времена. Нет, в целом все обстояло не столь уж безнадежно, размышлял он, расхаживая по кухне, оборудованной электроплитой, кранами с горячей и холодной водой и прочими атрибутами западной цивилизации.