Чтение онлайн

Его слова и похотливый взгляд заставляют меня смеяться. Подхожу к нему вплотную и замираю, когда вижу, что он держит в руках. Мои глаза застилают слезы, когда взгляд цепляется за фотографию родителей, которая висела в рамке на стене. Они счастливо улыбаются, папа держит меня на руках, а мама поправляет мое голубое платье, которое подксочило вверх. Фотограф позвал ее, и она смотрит из–за плеча в обьектив. Прямо на меня сейчас. Ее глаза искрятся от любви и нежности. Мамочка…

— Ты точная копия папы, — тихо говорит Доминик. — Но не глаза. Глаза мамины. Такие же огромные и зеленые. И улыбка. Твои родители были очень

красивой парой. Мне очень хотелось бы с ними познакомиться…

— Я так скучаю по ним… — говорю я, и забираю рамку у него из рук.

— Уверен, они гордились бы тобой, — подбадривает Ник, и я грустно улыбаюсь.

— Знаю. Но не все, что я делала в жизни, является предметом моей гордости. Я бы желала, чтобы некоторых вещей со мной не произошло, — я всхлипываю и опускаю глаза.

— Эй, — он берет в ладони мое лицо и поднимает вверх так, чтобы я посмотрела на него. — Если бы жизнь протекала по–другому, мы бы с тобой не встретились. Не стояли бы сейчас здесь, и я не держал бы тебя с своих обьятиях.

С этими словами он наклоняется и оставляет легкий поцелуй на моих губах. Я утыкаюсь носом в его шею и вдыхаю такой родной аромат.

— Ты не всегда можешь повлиять на то, что с тобой происходит. Но ты всегда можешь поменять свое отношение к происходящему. И тогда ты будешь руководить ситуацией, а не она тобой. У тебя всегда есть выбор, и именно он определяет, когда ты будешь счастлива… Забудь обо всем, что тебя тревожит. Пойдем. Время быть счастливой.

Я улыбаюсь ему сквозь слезы, ставлю рамку на журнальный столик, мысленно поцеловав родителей, и беру Ника за руку.

— Спасибо тебе, — шепчу я.

Он не спрашивает за что. Но я знаю, что благодарю его за все. За то, что возвращает меня к жизни, за то, что рядом.

***

Когда мы на месте, метрдотель провожает нас к нашему столику и обещает, что официант скоро подойдет.

Я заказываю салат из рукколы, помидоров и пармезана, в качестве основного блюда — стейк из лосося на гриле в лимонно–каперсовом соусе, сервированный со спаржей. Ник заказывает филе «Миньон» с грибами и картофелем в розмарине, и салат «Цезарь». Запивать все это мы будем красным вином «Пино Нуар», простите, за сколько? Триста пятьдесят долларов за бутылку?! Он сошел с ума.

— Ник, я не думаю, что смогу себе позволить заплатить за сегодняшний ужин, — шепчу я, когда официант принимает наш заказ и уходит.

— Кэт, я похож на мужчину, который позволит женщине заплатить за себя самой? Просто наслаждайся вкусной едой и приятным общением со своим спутником, — подмигивает он мне, и я немного расслабляюсь.

— Расскажи мне о себе, — через какое–то время, требую я.

— Что именно ты хочешь знать? — он вопросительно выгибает бровь.

— Расскажи о своей первой любви, например. Кто она? Как зовут?

— О первой любви? — Ник задумчиво чешет подбородок, и я слышу как хрустит щетина под его пальцами. Подушечки моих собственных пальцев начинает покалывать, когда я вспоминаю, какая она на ощупь, и начинаю ерзать на стуле. В моих трусиках становится горячо, стоит

мне представить, как эта щетина царапала мои губы и грудь… и шею. И еще ниже. Сжимаю колени под столом, и сдерживаю стон разочарования, когда официант приносит наши блюда, вырывая меня из иллюзий.

Доминик, подняв бровь, с любопытством наблюдает за мной, в его глазах играют смешинки.

— Что? — растерянно спрашиваю я.

— Да так. Ничего.

Я скептически наклоняю голову набок.

— Так уж и ничего?

— Ты просто выглядишь так, что готова сьесть меня, вместо этого салата.

— Так и есть, — я беспечно пожимаю плечами и кладу вилку овощей в рот, в то время, как Ник почти давится от неожиданности.

— Первая любовь, — напоминаю я, и он откашливается.

— Ну что ж. Когда я учился в шестом классе, я влюбился в мою учительницу английского языка, мисс Митчелл… Как сейчас помню ее неизменный пучок на голове и очки в толстой оправе. Я рисовал ее имя в тетрадках, писал на партах. Грезил о том, как закончу школу и женюсь на ней. У нас будет небольшой домик в пригороде, много детишек и собака. И вот однажды я набрался мужества, и признался ей в своих чувствах. Я чертовски нервничал, переживал, что она просто рассмеется мне в лицо. Но, как мудрая женщина, она не оттолкнула меня, а сказала, что тоже любит. Как ученика, конечно, но тогда я услышал то, что хотел услышать. — Он в неверии качает головой. — Напридумывав себе идеальные отношения с идеальной женщиной, после уроков я окрыленный вышел из школы, и увидел такую картину. Какой–то мужик обнимал МОЮ мисс Митчелл, целовал ей руки и шептал что–то на ухо. И что самое страшное, она отвечала на его ласки! Прижималась к нему всем телом, не стесняясь и не боясь, что их могут увидеть. Я тогда чувствовал себя преданным, униженным… Когда они уже сели в его машину, зеленый Pontiac Firebird, я побежал за ними, по дороге подхватив булыжник внушительного размера, и с размаху бросил по стеклу.

— О, нет, — улыбаясь, я прижимаю ладонь к губам.

— О, да, — засмеялся Ник. — Мало того, когда он дал резко по тормозам, и они вдвоем вышли из машины, я, вместо того, чтобы убежать, подошел к ним и полез на парня с кулаками. Обозвал мисс Митчелл шлюхой…

— Ты не посмел…

— Ооо… еще как посмел, — Доминик прищуривает глаза, и кивает в подтверждение своих слов. — Потом, правда, мне пришлось поменять школу и принести публичное извинение моей учительнице и ее жениху, так как эту сцену наблюдала добрая половина школы.

Я игриво закусываю указательный палец, и снимаю правую туфлю. Скатерти здесь довольно длинные, так что никто не увидит моей маленькой шалости.

— Я бы выбрала тебя, — томно говорю я, нажимая пальчиками на его ширинку.

Доминик замирает, напрягается всем телом, но не издает ни звука. Я вижу, как вздулись вены у него на шее и как бешено пульсирует жилка на виске. Он оглядывается по сторонам, проверяя, не наблюдает ли кто за нами.

— Кэтрин, — предостерегающе выдавливает он, в то время, как я нежно поглаживаю выпуклость на его брюках. Слегка надавливаю, а потом кружу по его длине.