Чтение онлайн

Договорить старик уже не успел. Едва он оказался на последней ступеньке, как оба наркомана с воплями бросились на него. По пути снесли тяжелый стол с каким-то массивным прибором, который ударился о пол и с грохотом разлетелся на детали. Хозяин даже сообразить ничего не успел, как его повалили на пол и начали забивать подручными предметами. Худой лупил метровойметаллической линейкой не хуже греческого мечника, превращая лицо жертвы в кровавое месиво. Коренастый со скоростью швейной иглы тыкал циркулем.

Уже через минуту все было кончено: старик превратился

в кусок окровавленного мяса. Только, обезумевшие от ярости, наркоты никак не могли остановиться. Летевшие во все стороны брызги крови, кусочки плоти попадали на их лица, покрывали сплошными ошметками одежду. А они лишь заливались диким хохотом и продолжали бить снова и снова, снова и снова.

Лишь с усталостью завершилось это безумие. Нанеся последний удар линейкой, худой наркоман встал, и, пошатываясь, пошел к медицинской капсуле. Идея фикс об огромной куче дури, прочно засевшая в голове, толкала его вперед не хуже трехсотсильного двигателя. Второй наркоман тоже бросил свое занятие и пошел следом.

У капсулы они начали долбить по всем выступающим частям, в надежде как-то ее открыть. Сверхсовременный медицинский гаджет, стоимостью тысячи имперских рублей, заходил ходунов под натиском грубой силы. Первой не выдержала такого обращения сенсорная панель управления, мгновенно покрывшись сетью трещин. Следом разлетелся в дребезги монитор, куда выносились результаты обследования пациента.

— Выходи! Выходи, чертов поц! Орали оба наркота на разные голоса. — Мы все равно тебя вытащим оттуда!

Наконец, капсула сдалась. Из встроенного динамика послышался жалобный писк, сигнализирующий о критических неполадках в системе. С металлическим щелчком прозрачная крышка откинулась. Следом автоматически отстегнулись захваты, удерживавшие парня.

— Дурь там! Я вам все покажу! — Александр с трудом поднялся. Его все еще шатало от слабости после введенного препарата. Но времени на отдых просто не было. Если сейчас «ослабить натиск», то его тоже забьют насмерть. — Помогите мне вылезти из саркофага. Нам нужно выбраться из подвала. Старик все хранил в доме.

Александр не умолкал, продолжая безостановочно «молоть языком». Главное было не дать им перехватить инициативу. Сейчас они максимально восприимчивы к его словам и эмоциям, словно голодные псы, перед которыми держат кусок мяса. Но, как только эта связь будет разорвана, они тут же набросятся на него.

— Быстрее! Нам нужно наверх! — выбравшись из капсулы, он замахал руками в сторону лестницы. — Там много дури!

Оба наркота сорвались с места. Естественно, он пропустил их вперед. Пока он слаб ему нужно держаться на расстоянии от них.

— Быстрее!

Парень тоже оказался на лестнице, моля, чтобы дверь подвала могла закрыться изнутри. В этом был его единственный шанс получить хоть какую-то передышку: закрыть дверь и отсидеться.

– //-//-

Проклятая слабость никак не хотела покидать его. Парень едва таскал ноги. Обеими руками

вцепился в угол бетонной стены, с трудом взобравшись на первую ступеньку лестницы. Предстояло подняться еще на одиннадцать, чтобы оказаться на первом этаже и успеть захлопнуть дверь. Тогда он будет спасен и оставит наркоманов с носом.

— Эй! Ты где там?! Че застрял? Лезь сюда, а то меня накрывает уже, — сверху донесся дрожащий от нетерпения голос. — Быстро вали сюда!

— Где-е эта дурь, твою мать?! — следом вопил второй голос. Этому судя по ноющим обертонам голоса было еще хуже. — С…а, зарежу!

Александр с отчаянием посмотрел наверх, откуда доносились эти крики. Он никак не успевал к двери. И, даже если успеет добраться до подвальной двери, похоже, захлопнуть ее так и не сможет. Просто сил не хватит.

Они же сейчас, наоборот, находятся в невероятно взвинченном состоянии с резко обостренными чувствами и ощущениями. Буквально сразу же реагируют, почти не размышляя. Испытывая ломку, нарики с легкостью затопчут или поломают его, не дав и шанса на сопротивление.

— Где-е дурь? — истошный, почти на грани ультразвука, вопль одного из наркоманов уже звенел в ушах парня. — Бегом сюда!

Парень, закусив губу, с трудом взобрался на еще одну ступеньку.Затем еще на одну. Пот уже заливал глаза, заставляя ими мелко-мелко моргать.

Во рту вдобавок появился противный металлический вкус, до боли напоминавший вкус крови. Почему-то все поплыло перед глазами. Александр снова и снова до боли закрывал глаза, пытаясь избавиться от белых мошек. Не выходило. Становилось лишь хуже: носившиеся перед лицом мошки постепенно превращались в крошечные голубые молнии.

— Черт… Что со мной такое происходит? Та дрянь, что мне кололи, уже давно должна была усвоиться, — сквозь сжатые губы шипел парень, борясь со слабостью. — Что-то совсем мне худо… Что же ты мне такое вколол, старый? Б…ь, глюки пошли…

Не веря глазам, он поднес руку к лицу и замер. Между пальцами то и дело проскальзывали крошечные голубоватые искорки, бросавшие на стены неземного цвета отблески.

— Точно галлюцинации… Этот урод на мне наркоту что ли испытывал? Падла бородатая, сам бы убил!

Ничем другим эти искры просто не могли быть. Галлюцинации и только галлюцинации! Сильно ветвистые, они напоминали собой небольшие мигающие деревья, которые хаотично сплетались друг с другом в невообразимую цепь. Рябило в глазах от быстро сменяющих друг друга цветов: с небесно-голубого до фиолетового. Ему это все кажется! Такого просто не может быть в реальности!

— Ах ты, с…а! — ничего не понимающему Александру неожиданно прилетела затрещина. По лестнице спустился один из нариков и с такой силой ударил его по затылку, что того в стену воткнуло. — Ты что должен сделать? Где наша дурь? Пошел! — его схватили за шкирку и толкнули вперед прямо на ступеньки. Едва все зубы не выбили о бетонные углы. — Урою, тварь, если обманул нас, — прошипели ему прямо в ухо, обдавая тошнотворной вонью изо рта. — Где дурь, последний раз спрашиваю!