Чтение онлайн

— Заткнись.

Я же говорила.

— Возьми меня!

Я закрыла глаза и обреченно покачала головой. Черт, у меня же кукуха поедет от таких высокоинтеллектуальных разговоров. Давайте уже, господа, быстрее утоляйте свои низменные потребности и расходимся.

Я спать хочу, вообще-то!

Но господа расходиться побыстрее не планировали от слова «совсем». А я в отчаянии плюхнулась на пол под протяжный стон девицы, а затем зажала уши ладонями, но все равно слышала, как брат моей подруги делает свое

грязное дело.

— Да! О, еще! Вот так, вот так! Трахай меня, Макс, трахай. О да… А-а-а! О-о-о! У-у-у! А-а-а!!!

И все это под аккомпанемент хлопающих и хлюпающих звуков одного тело о другое. Где-то посреди процесса я услышала отчетливый шлепок по заднице.

Бам!

— Ах! Как же ты хорош! Еще!!! Не останавливайся…

Застрелите меня!

Темп нарастал. Шлепки тел становились чаще. Девица уже в голос орала, как потерпевшая. Я даже решила, что ей поплохело и она удумала скончаться прямо здесь и сейчас. Разлепила глаза и сунула нос в маленькую щелку двери, но тут же отпрянула, ругая себя за необдуманный поступок.

И лучше бы мне не видеть то, что я узрела.

Потому что теперь девица стояла коленями на диване, с открытым ртом и закатившимися глазами, а Макс, будучи позади нее, накрутил ее волосы на кулак и до упора тянул их на себя, при этом на сумасшедшей скорости вколачиваясь в девушку и крепко прихватив второй рукой ее за задницу.

— О мой бог! О мой бог, я сейчас кончу, — поскуливала она, а я все слышала это бесконечное: «бам, бам, бам!»

Господи, разве уже не пора бы им было заканчивать? Сколько это продолжается? Двадцать минут? Тридцать? Вечность? Да у меня, между прочим, задница затекла сидеть в этой чертовой кладовке и не понимать за что над моей неокрепшей психикой так издеваются.

Я же маленькая еще.

Мне всего восемнадцать исполнилось пару месяцев тому назад.

Я же даже порно ни разу не смотрела. А тут нате — 3Д и со спецэффектами. А учитывая то, что диван находился от меня лишь в паре метров, так вообще с полным присутствием. И вот за что мне это все? За какие такие заслуги? Это Ева у предков ключи от этой квартиры нарезала, а не я. Почему мне одной приходится за этот жизненный промах расплачиваться, пока сама подруга сладко сопит в подушку?

Бам! Бам! Бам!

Кролики хреновы! Хватит уже, мозоли же будут!

Но кроликов было не остановить. Они продолжали свою бурную вакханалию и не планировали жать на тормоз. Хуже — божественный Мистер-Сними-Платье прямо так, за волосы, поволок свою партнершу к стене. И не к какой-нибудь там рандомной, а той, что была прямехонько рядом со мной.

А то мне мало бы печалей. Или я, можно подумать, плохо слышала, как там у них все стыкуется.

Ну не гады ли, а?

И снова понеслось.

— У-у-у! А-а-а! А-а-а! У-у-у!

Да-да, прям как в песне. Ну все,

у меня точно мозг поплыл!

Открыла один глаз и глянула в щелку: стоят. Все еще шевелятся активно. Не устали. Между голой ступнёй Макса Хана и мной всего сантиметров двадцать, не более. Скользнула глазами выше — чуть не расплакалась.

Ну зачем? Любопытной Варваре на базаре нос оторвали. А мне придется делать лоботомию, чтобы все это гадство выкинуть из головы.

Но и это было не все. Финальным аккордом этого марлезонского балета стал окончательный вынос моего многострадального мозга. Макс Хан все-таки закончил издеваться над вопящей во всё горло девицей и таки усадил ее на пол.

Я думала, что передохнуть.

Но нет.

Вообще нет.

Ни разу нет, понимаете!

Смотреть на это все я, конечно же, не стала. Вот только не слышать я не могла, а потому уловила все.

— Открой рот. Шире. Вот так… — протяжное шипение, короткое ругательство, облегченный вздох.

И блаженная тишина, из которой я сделала закономерный вывод, что после такого забега оба любовника пойдут в душ, а я незаметно прошмыгну наверх, спрячусь в спальне и постараюсь забыть все, что видела и слышала.

А завтра, прямо с утра пойду на прием к психоаналитику. И попрошу выписать себе забористую долю антидепрессантов. Да, отличный план!

Вот только и ему пришлось накрыться медным тазом, потому что Макс Хан не пошел в душ, лишь отправил туда свою отработанную пассию. А сам же удумал недоброе.

— Жарко-то как, черт побери. Сдохнуть можно.

У меня за ребрами кольнуло от слишком нехорошего предчувствия, и я даже на ноги подскочила, боясь того, что могло за всем этим последовать. И не зря.

— Где пульт от кондёра в этом гребаном доме? Всегда же лежал на подоконнике. Твою мать…

У меня сердце в пятки ушло, а тот самый пульт я прижала к груди и молилась, чтобы этот человек не кинулся искать его в эту подсобку. Прошу! Пожалуйста…

Но мои молитвы не были услышаны. А уже через несколько секунд мне вынесли приговор.

— В кладовке запасной же есть, точно.

Дверь передо мной резко распахнулась, а на ее пороге предстал сам Макс Хан, в чем мать родила, и смотрел на меня, как баран и на новые ворота. Ну или почти…

— Ну, нихуя себе…

Выдал сие. Оглядел меня с ног до головы. Задержал липкий взгляд на бедрах, трусиках и оголенном животе, мазнул по груди, которая вздымалась критически часто от шока, а затем протянул руку и забрал из моих дрожащих пальцев пульт.

— Дорогой, я готова повторить! — услышали мы оба писк девицы, вышедшей из душа.

А в следующий момент дверь перед моим носом с треском захлопнулась.

Что ж…

«Приятно» было познакомиться, Макс Хан.