Пора цветения

…Ни у кого не было даже смутного представления, где она сейчас может находиться. Он искал ее везде, просил записать свою фамилию и номер телефона на случай, если кто-то услышит о ней что-нибудь, но не возлагал на это больших надежд. Джин всегда делала все основательно, не оставляя за собой никаких следов. Майкл опасался, что она слишком хорошо научилась прятаться.

На другой день, с утра, он поехал в Ламбертон встретиться с частным детективом и посоветоваться с ним. Все-таки Майкл был дилетант в таких делах, как поиск пропавших

людей. Хотелось надеяться, что тот поможет ему, но, увы, все оказалось напрасно. Частный детектив терпеливо выслушал все, что Майкл ему рассказал, но его выводы были далеки от оптимизма.

–  Я мог бы взять ваши деньги, мистер Йетс, но, по правде говоря, не уверен в успехе. Вы сами, кажется, проверили уже все версии. Из того, что вы рассказали, ясно, что она не оставила никаких нитей, и поскольку она уже несколько лет путешествует по всему побережью, то прочесывать каждый город в поисках ее было бы пустой тратой времени. Я полагаю, что вам лучше подождать некоторое время.

–  Я не могу! Я должен найти ее!

Привыкший иметь дело с обезумевшими от горя клиентами, детектив сделал успокаивающий жест и заговорил убеждающе:

–  И найдете. Найдете, со временем. Судя по моему опыту, что-то обязательно изменится. Например, она вполне может позвонить квартирной хозяйке, чтобы забрать свои вещи. Эта женщина ведь сказала, что в таком случае даст вам знать?

–  Да. Но на это могут уйти недели.

–  Единственное, что вы можете,- это ждать. Потом, есть еще и шеф почтового отделения. Женщине, которая устраивается в новом городе, наверняка понадобятся деньги и она, конечно же, прибегнет к услугам ведомства, в котором служила.

–  Вы не знаете ее, - пробормотал Майкл, убежденный, что она может прожить на жалкие гроши, если захочет.

–  Тем не менее рано или поздно она свяжется с ним. Вот увидите. С вашей стороны требуется только терпение. Если у вас будут какие-то новые данные, пусть самые ничтожные, но способные навести нас на след, - пожалуйста, звоните мне.

Он поблагодарил его и ушел, чувствуя себя чрезвычайно подавленным…

Вытащив ключ зажигания, Вирджиния Хьюстон повернулась на сиденье своего "фольца" и взяла кипу писем и журналов, предназначенных для жителей ближайших домов. Эта тихая улочка была любимым ее участком на маршруте доставки почты, где она всегда шла пешком. Люди здесь жили спокойные и приветливые, и ей приятно было после отпуска увидеться с ними вновь.

Выйдя из машины, она чуть-чуть задержалась, чтобы насладиться негой и роскошью теплого лета, царившего в эти дни в штате Вирджиния. Ее не было всего две недели. Деревья, казалось, еще больше разрослись, а цветы распустились пышнее. Как ни интересно в Европе, как ни красивы ее древние города, а дома все же лучше.

Придерживая у груди стопку писем, она направилась к первому дому справа. Построенный в строгом викторианском стиле, он был выкрашен белой краской, как и новенькая ограда вокруг него. Огромный клен затенял дорожку от уже припекающего солнца. Апельсиновые деревья за оградой, покрытые белыми цветами, наполняли воздух своим

благоуханием.

Пройдя по мощенной кирпичом дорожке, она легко взбежала на веранду, но только потянулась к ручке двери, как та распахнулась сама и на пороге появилась маленькая седовласая женщина.

–  Джин, дорогая!
– широко улыбаясь, воскликнула она.- Как я рада тебя видеть? Как твоя поездка?

–  Чудесно, миссис Смит. Просто чудесно.- И, взяв с верха пачки несколько писем, Джин протянула их хозяйке.- Вена изумительна, великолепна, именно такая, как вы и говорили.

–  Должно быть, не хотелось возвращаться?

–  О нет, совсем наоборот.

Женщина прижала письма к груди, словно саму Джин, и сказала искренним тоном:

–  Ну а мы тоже скучали по тебе. Ждали, когда ты вернешься.

Девушка была благодарна ей за теплоту этих слов. За девять месяцев, проработав почтальоном, она встретила по отношению к себе столько дружелюбия, сколько не знала прежде нигде.

–  А как ваше здоровье?

Миссис Смит грустно улыбнулась:

–  Как и у всех старух вроде меня.

–  Вы вовсе не старая.

Она безнадежно махнула рукой.

–  Давай лучше не будем об этом.
– И вдруг в глазах ее сверкнула искра любопытства.
– Ты уже видела его?
– спросила она, понизив голос.

Джин, не понимая, подняла брови.

–  Кого?…

Старушка качнула головой.

–  Того, кто живет дальше по улице.

На этот раз Джин озадаченно сдвинула брови.

–  Старика Вилли?

–  Нет, дитя мое, не Вилли. Он мне так же надоел, как и комары, которых он вечно проклинает. Я говорю о… о нем.

Губы Джин дрогнули в улыбке.

–  Нет, я не видела его. А кто это он? Миссис Смит испытующе поглядела на нее.

–  Новый сосед. Ты увидишь.
– Она помахала рукой.
– Спасибо, дитя мое. А у меня еще полно дел сегодня.

Вирджиния удивленно покачала головой. Новый сосед? Она опустила глаза на стопку писем в руках и собралась было просмотреть их в поисках незнакомой фамилии, но тут лохматый щенок радостным лаем отвлек ее внимание.

–  Мичел! Ах ты, подлиза!
– Улыбаясь, она наклонилась, чтобы потрепать за уши маленького резвого спаниеля, прыгающего у ее ног. Но щенок ни на миг не оставался спокоен, он возбужденно подпрыгивал, тыкаясь носом в карман ее брюк.- Ты хочешь печенья? На, получай!
– Щенок тут же проглотил угощение, и только после этого она смогла потрепать его шелковистую шерсть между ушами.
– Значит, ты тоже скучал? О, да ты вырос на целый фут! Тебя уже и щенком больше не назовешь…

–  Джин!

Подняв глаза, она увидела молодую женщину, приближающуюся к ней с грудным ребенком на руках, вцепившимся своими ручонками в ее длинные каштановые волосы.

–  Трейси! Привет!

–  А я вижу, тебя уже поздравляют с приездом.

Джин улыбнулась ей.

–  Мичел такой милый. Хотя он не так очарователен, как твоя малютка.
– И она протянула палец восьмимесячной девочке, которая, быстро отпустив материнские волосы, тут же устремилась к новому объекту.
– Как поживаешь, Дженни? Ты сегодня такая хорошенькая!