Чтение онлайн

Теперь мечта закончить университет и стать врачом, отошла даже не на третье место. Теперь планирование дальнейшей жизни становилось совсем другим. Другие цели, другие приоритеты. Но об этом потом. Пройдя армейскую школу, что лукавить, Кицунэ чётко соразмеряла возможности одного человека и, например, роты, а что говорить о государственном аппарате в целом. В додзё, она перешла в него переехав после службы, и теперь занималась нагинатадзюцу, которым увлеклась ещё в детские годы в школе в клубе кендо, были и армейские чины и даже работники министерства внутренних дел. Ей было у кого спросить совета о том, куда обратиться.

Но было одно «но» очень серьёзное.

Несмотря на тщательно культивируемую идею независимости, Великая страна, защищающая демократию, и для этого имеющая несколько баз на японской территории, внимательно наблюдала за своим союзником. Как бы ни были независимы японские властные структуры, любая информация известная им, становилась известна и наблюдателям.

Рука дрогнула, вспоминая додзё она отвлеклась, и чуть не перелила чай. Нарушая традиционные движения потёрла руку. Детское ещё увлечение и спасло ей жизнь, но и чуть не отняло. Начального уровня было недостаточно, чтобы выжить, но схватка в додзё и похожа и не похожа на реальный бой, она не была готова к такой свалке.

Но, нужно вернуться. Сейчас, когда конфронтация в мире достигла уже совершенно неразумного уровня, знакомство, более того сотрудничество с русским почти приговор. А Виктор, очень вероятно, действительно русский. И скрыть его участие в миссии невозможно. Она, конечно, может придумать версию, но она была не одна. И если всё вскроется позже, то будет только хуже. И с учётом уровня Виктора, вероятность что он сотрудничает со своими спецслужбами есть.

То, что могут позволить сами себе, никогда не позволят союзникам. А прямое сотрудничество с американцами — это не её. И дело даже не в деде, погибшем в войну. Здесь всё решено, сейчас она никуда не пойдёт.

Она прочитала перевод статьи про Хуана Пабло Дельгадо, и про афганские события. И нашла ещё несколько статей про события, которые могли относиться, а могли и не относиться к игрокам. Но было понятно одно, скоро государства узнают. А потом можно будет понять реакцию. А потом будет ещё одна чайная церемония.

А Виктор? Она вспомнила свой красный ник, сменивший цвет в момент перехода домой, штраф действовал только там, где было совершено «преступление». Про него она подумает потом. Сейчас вторая чашка и нужно думать о том, как расставить приоритеты в развитии. Но, когда будет возможность нужно будет ему написать.

Где–то в, ну не знаю, может в Лос–Анджелесе, а может Чикаго, а может уже и в Вашингтоне работник какой–то службы писал доклад. Доклад о том, что его подопечный, который подавал такие надежды, не вернулся с миссии, и что это такое эта миссия? Но судя по тому, что он успел сообщить, нужно срочно создавать структуру, которая займётся поиском, вербовкой и использованием таких подопечных.

И ещё где–то в Афганистане, заплаканный юноша рассказывал имаму, отец погиб, и он мог прийти только к имаму, всё что он видел и сделал. Как заставили поднять чадру сестру, как отца оттолкнули прикладом. И потом, а потом он вызвал меч и неверные были наказаны, а отец, сестра и другие погибли. А он не мог помочь. Но он отомстил. Юноша ушёл, а имам сидел и думал, что это? Юноша показал, как вызывает и отзывает меч и другое показал. Имам искренне верил, но он был образованный человек. И умел не только читать по–арабски и толковать суры. Он видел шире и теперь думал. Про веру, шиитов и суннитов, Иран и Саудовскую Аравию. О неверных он тоже думал.

В разных местах Земли игроки принимали

решения. Разные решения. Важные для них решения. Кто–то делился информацией о себе, а кто–то нет. Но отдельные решения каждого из них уже не играли большой роли в сохранении в тайне появления игры. Даже самые скрытные из них делали что–то, что вело к появлению у других людей сначала догадок, а потом и твёрдого знания.

А потом люди, которые что–то узнали, случайно, или в силу профессиональных обязанностей, несли эту информацию дальше. Пока она не достигала тех, кто принимает решения.

Опять же в каждом конкретном случае разные решения. Но все вместе эти решения должны были сформировать отношение к игрокам, на разном уровне. Так отдельные капли на стекле сначала движутся сами по себе. Потом появляются ручейки. Которые даже могут слиться в один поток, или в несколько разных.

Отец Эржены, сидя на широком мягком диване размышлял. Сегодня он узнал, что на стойке с мечами мастеров школы, стало на один меч меньше. Главе школы не нужно было выяснять, кто из мастеров передал меч ученику. Он знал.

А ещё он услышал разговор двух девушек в саду. Обычно он не прислушивался, машинально пропуская всю ту ерунду, о которой они могли говорить мимо ушей. Если в болтовне могло быть что–то важное, то были другие девушки, которые старательно доносили услышанное ими до нужных ушей, и получали задания что и кого слушать.

Но в этот раз, услышав имя младшей дочери и невольно прислушался. Он знал о её неприятностях и невзгодах. И хотя в разное время по–разному оценивал их серьёзность, зная, что был их причиной жалел любимую дочь. Иногда даже обвинял себя в том, что случилось. Но в целом это была судьба, а он как мог пытался помочь ей её принять. Какое–то время он даже пытался то строго, а иногда сочувственно разговаривать с дочерью, убеждая смириться и жить как все.

Дочь, в очередной раз, что–то учудила.

Она и до прихода в храмовый сад не отличалась покладистостью. Хотя, воины и игроки без характера долго не живут. Даже став «храмовой девушкой», она продолжала ходить на тренировочные площадки кандидатов в храмовую стражу. Мастером–то осталась. И довольно быстро молодые игроки её невзлюбили. Несмотря на невысокий для храмовой стражи уровень воином она была очень сильным, и не стеснялась это показать.

Пару раз вышли некрасивые ситуации, обиженные на тренировках молодые игроки пытались отыграться в храмовом саду. По идее, там всё должно быть по согласию, но бывает по–разному. Ясно, что к фавориткам уважаемых людей молодые не пристают, уважение без силы и власти невозможно. Да и не ходят те поодиночке по саду, с ними всегда свита тех, кто хочет быть причастными. Редко проблемы возникают и дочек аристократов, или тех, кто вышел из непростых семей. Но с другими может случиться разное. Эржена не была простой девушкой, но обида или подогретая вином удаль взяла своё. С семьями погибших и покалеченных удальцов пришлось договариваться.

А что на этот раз? Настоятель прислушался. Эржена утром заявилась на тренировочную площадку и заявила, что будет благосклонна к тому, кому удастся победить её в стрельбе из лука на дальность. Дальность не точность, там основную роль играют физические кондиции. Часть молодёжи согласилась. А дочка, достав новый лук просто над ними поиздевалась, отойдя на двести шагов за дальнюю линию площадки.

Потом он разговаривал с сыном. Тот видел лук, никакого усиления магического или духовного в луке не было. И конструкция была незнакомая.