Чтение онлайн

— Что это?

Барон вздохнул.

— Одно из изобретений Влада. Огненная стихия, запертая в флаконе. Его собственная магия.

Я была впечатлена.

— Если ты откроешь флакон, небольшой огненный шар вырвется наружу, и полетит в мою сторону, — продолжал барон, — Последнее — уже мое дополнение.

— Это потрясающе! — вздохнула я, — А ты поймаешь его в лесу? Не хочется пожара…

Герберт засмеялся.

— Да. Он послушный. Не бойся. Я же сказал: мое дополнение.

Я задумалась. Нечто не давало мне покоя. Но времени было мало. Я оставила

свои вопросы при себе. И все же: если «послушание» огненного шара — дополнение барона, то что же в оригинальном плане Влада?

Едва я подошла к дереву, как корни его расступились, приглашая меня зайти внутрь. Все внутри меня сжалось. Страшно возвращаться на место, где тебя убили. Я вспомнила, как крысолов набросился на Тару сзади, как начал душить ее, как потом свернул бедняге шею. Я помнила это как сейчас, но назад пути не было. Слишком много всего произошло, чтобы я могла отступать назад. И я сделала еще шаг. Вперед. На встречу ведьме.

Сэм-крысолов ждал меня. Вернее, меня ждала ведьма.

Сгорбленная старуха, лицо которой было скрытой за сальными длинными волосами, стояла у большого котла, бурлящего странной зеленоватой жижей. Кроме света от костра, в землянке под корнями было темно. Мокрая, кишащая земляными тварями могила.

— С чем ты пришла, дитя мое? — спросила меня ведьма.

Я набрала в легкие воздуху и сказала:

— Мне нужно дитя.

— И ты не боишься?

Вопрос удивил меня. Во что играет со мною крысолов?

— Все говорят, от ведьмы- смерть, — продолжил тот, отходя от котла, так, что теперь я уже совсем не видела черт лица.

— Но смерть даруется лишь тем, кто был не честен. Кто пренебрёг обрядом. Или же был неосторожен в нем.

(А, вот к чему клонит гадюка…Вещает, что мол не виновен в гибелях)

— Княгиню скоро повесят, — сказала я, не пытаясь контролировать дрожь в голосе, — Князь будет искать новую жену. Победить та, кто принесет ему долгожданного наследника. Пусть даже бастарда.

— Ты верно мыслишь, девочка, верно мыслишь…, - проворковала ведьма.

— Теперь подойди ко мне, сюда…

Длинный костлявый палец с бутафорским ногтем поманил меня.

Я подошла. Мне было это на руку. Я должна была приблизиться к мерзавцу.

— Возьми вот это, — сказал мне тот, кто звал себя ведьмой.

И в мои руки упала тяжелая глиняная кукла.

— Иди на водопад, встань в кувшин дьявола и смешай кровь вен своих с водой его. Наполни куклу и приноси ее мне.

я впервые заметила, что глиняная куколка имеет отверстие в середине — там, где у людей располагается сердце.

— Затем, возвращайся ко мне, дитя… Мы сварим зелье, и ты выпьешь его часть, а на утро дашь вторую порцию возлюбленному. И тогда он сам придет к тебе в ночи. И ты сможешь зачать ему сына.

(-Так вот как все происходило…, - мелькнуло в моей голове, — Девушки пили яд, но до утра не доживали…Только что-то здесь не так. Я думала, зелье нужно для зачатия, но, выходит, оно было приворотным? Неужели Влад не спал с фрейлинами княгини?)

Однако, размышлять было

некогда. Я узнала про псевдо ритуал, а теперь пришло время правды.

Марта сварила зелье. Легкое, воздушное в самом прямом смысле этого слова. Герберт передал мне его по дороге. И теперь в флаконе на моей груди висел «туман» правды. Серебристый смок, заставляющий говорить искренне. Давно, он был запрещено по городам и княжествам, как нечто опасное. Применение его — грозило смертной казнью. Возможно, от того, что он сжигал слизистые тех, кто его вдыхал. А может, говорить правду никто не хотел… Но мы были на войне. И меры наши были оправданы.

Я приложила руку к груди, словно хотела почувствовать биение своего взволнованного сердца. Но, вместо этого, я резко сорвала подвеску, и разбила флакон о мощные древесные корни, стелящиеся всюду внизу.

Серебристый туман окутал землянку. Я быстро зажала нос специальным листом — лаутусом. Это был подарок Марты для меня. По ее словам, переданным мне бароном, через лаутус пары не смогут пройти.

Крысолов же взревел, глаза его почти вылезли из орбит. Дыхание участилось.

— Ах ты…

Крысолов готов был кинуться на меня, но в этот момент в землянку ворвались Герберт и Ганс — оба с самодельными респираторами из лаутоса на лицах. Они повалили крысолова на землю, и барон сказал.

— Теперь, пришло время поговорить, друг мой.

Меньше, чем через минуту туман правды исчез. Таково было его действие. Жертве хватало пары вдохов, чтобы пропитаться им. И он рассеивался. Мы же — могли снять свои защитный маски-листы.

Герберт привязал крысолова к столу. Конечно, тот сопротивлялся, и парик, под которым он скрывался, слетел с его головы, обнажая страшный, практически театральный грим ведьмы во всей своей красе. Темно обведенные глаза. Накладной гипсовый нос. Выделенные синим скулы. Это страшно, смешно и противно одновременно. Подумать, что этот человек дурачил всех…Но под чьими командами он действовал?

— Рассказывай, чей заказ ты выполняешь? — спрашивает барон, прижимая клинок к горлу Сэма.

Но тот молчит.

— Разве туман не должен был заставить его сказать правду? — удивленно спросил меня Ганс.

— На кого ты работаешь? — тем временем не унимается барон, — Говори, мразь!

Ответом ему служит молчание. Это странно. Я уверенна в Марте. Она не могла дать нам не верного зелья, тогда причина отказа может быть одной из двух.

Или нам мешает иная, куда более сильная магия. Или же- Герберт задает не те вопросы.

Если истинная ведьма не хочет, чтобы ее «цепной пес» говорил, то я не могу ничего с этим поделать. И никто из нас не сможет. Однако, стоит надеяться на лучшее.

— Герберт, — подошла я к барону, который уже готов был прирезать Сэма, — Позволь мне.

Барон посмотрел на меня диким взглядом. Я никогда раньше не видела его таким. Он весь бурлил гневом, и глаза его — обычно столь добрые — были налиты ненавистью.

— Герберт, прошу тебя, — тихо сказал я, прикасаясь рукой к руке барона.