Помнить иначе...
Шрифт:
Там, в этом кафе, я и встретил её.
– Молодой человек, не поможете?
– услышал я голос.
– Вы позволите присесть?
Я поднял глаза и увидел прямо перед собой очаровательную девушку лет 18-20.
– Пожалуйста, садитесь, - сказал я.
– Какая вам нужна помощь?
– Извините, что побеспокоила, но мне не к кому здесь обратиться, - сказала она.
– Я совсем недавно приехала в этот город и пока ещё плохо здесь ориентируюсь. Я ищу улицу Бармалеева, там живёт моя тётка, а я просто заблудилась. Кого попало,
Я невольно улыбнулся, вспомнив своего друга с его бесконечными историями про девушек, которым нужна помощь.
Увидев, что она насторожилась, пытаясь понять причину моей улыбки, я сказал:
– Не обращайте внимания, я не над вами смеюсь, просто вспомнилась одна история. А Бармалеева улица здесь недалеко, я вас провожу, вот только кофе выпью. А вы не хотите кофе?
Она не стала ломаться, и мне это очень понравилось.
– Да, - просто сказала она, - я люблю кофе, капучино, если это возможно.
– Нет ничего невозможного, - ответил я и сделал ещё один заказ.
– Ну что ж, - продолжал я, - раз мы с вами теперь попутчики, давайте знакомиться. Меня Владимир зовут.
– А меня Маша, - сказала она, посмотрев на меня своими большими красивыми глазами, в которых читалась лёгкая ирония.
Мы разговорились.
Выпив свой кофе, вышли на Большой проспект, Бармалеева улица была и правда недалеко.
Она взяла меня под руку, мы продолжали о чём-то беседовать, не замечая ничего вокруг. Пройдя три квартала, давно проскочив нужную улицу, вспомнив, куда и зачем мы шли,
повернули обратно, и нашли нужный дом. Мне не хотелось её отпускать, ей не хотелось расставаться со мной.
Я забыл, что у меня есть жена и ребёнок, я вообще забыл обо всём.
Мы решили пройтись ещё.
Мы обошли всю Петроградскую и говорили, говорили, выпав из времени и пространства.
Со мной такого не было никогда, ни с одной женщиной я не чувствовал себя так легко и свободно, ни с кем я не мог позволить себе быть настолько открытым, не опасаясь выглядеть глупо, оставаясь при этом собой.
Был только один такой человек, мой друг Андрей, но его уже несколько лет как не стало, и это было всё-таки немного другим.
Спустился вечер.
Маша вспомнила про свою тётку, я очнулся и вспомнил про свою семью. Нужно было сказать ей об этом. Обручального кольца я не носил, и она не могла увидеть, что я был женат.
Но я не мог, не хотел, испугался, что своими откровенными признаниями разрушу наши хрупкие пока отношения.
Пришло время прощаться, и я проводил её до квартиры.
Мы договорились, что встретимся завтра снова.
Она поцеловала меня в щёку и вошла в свою дверь.
Я спустился по лестнице, вышел во двор, ничего не замечая вокруг, дошёл до метро, спустился по эскалатору, сел в вагон, доехал до нужной мне станции и вышел на улицу.
Маша не шла у меня
Это было как наваждение.
Выйдя из метро, я не сразу пошёл домой, мне незачем было туда торопиться, там меня никто не ждал. Жена и дочь были на даче, а одиночество в пустой квартире в ожидании завтрашнего дня казалось мне невыносимым.
Я шёл по улице своего квартала вперёд, без всякой цели, мне нужно было просто двигаться, видеть присутствие людей, так я не чувствовал себя одиноким. Я шёл, и мне казалось, что это простое действие хоть ненамного, но приближает меня к Маше. Я шёл, пока не почувствовал, что почти выбился из сил, что очень хочу спать и только тогда повернул к своему дому, добрался до квартиры, лёг в постель и мгновенно уснул.
На следующий день, в воскресенье, в десять утра я стоял у двери, в которую вчера вошла Маша, и не мог решиться нажать на звонок.
Меня, как юношу, неуверенного в себе, терзали сомнения. Мы вчера не определили время, и я сомневался. Может быть, ещё очень рано, думал я. Может быть, я неправильно понял Машу и поставлю её в неловкое положение, представ перед её тёткой.
Может быть...
Внезапно открылась дверь. За дверью на пороге я увидел её.
Она ждала меня, понял я, ликуя в душе, ждала, время от времени глядя в глазок своей двери.
Маша взяла меня за руку и потянула к себе, приглашая войти. Мы стояли в прихожей друг против друга, не зная, как поступить дальше.
– Я боялась, что ты не придёшь, - сказала она.
– А я боялся, что не увижу тебя здесь, что ты меня не ждёшь, что что-то помешает нам встретиться, - ответил я.
– Дурачок, - ответила она.
– Я полночи только о тебе и думала.
– Иди ко мне, - прошептала она, - тётка уехала, и нам никто не помешает.
Мгновение - и мы оказались в объятиях друг друга.
Слились в поцелуе, круша причинно-следственные связи, сковывающие нас, теряя себя и становясь чем-то большим, чем были каждый из нас по отдельности.
Я сидел на кровати в своём загородном доме рядом с Машей, держа её за руку, и мы оба видели это как будто со стороны: два человека - мы - стоящие в маленькой прихожей, целующие друг друга, забыв обо всём, не видящие и не чувствующие ничего вокруг, кроме друг друга.
– Ты видишь?
– спросила меня Маша.
– Что?
– рассеянно спросил я.
– Сияние, - сказала она.
И тогда я заметил...
Сначала слабое, а затем всё сильней и сильней вокруг эти двоих - нас - появилось свечение - сфера насыщенного света. Они этого не замечали, а сфера росла. Она расширялась и легко, как будто и не было никаких преград, проникала сквозь стены, заполнив сначала собой весь дом, где они находились, а затем, расширилась дальше....