Чтение онлайн

– Вы лучше меня знаете – все остальное они способны произвести сами, – подавшись вперед, резко бросил Стэннер. – А покупают они оборудование для передачи и приема, коммуникационные инфраструктуры, протезы, компоненты для «колыбели», для изготовления штампов с целью дальнейшего размножения, пролиферации. И прежде всего – химикаты для травления.

– Химикаты для травления? – переспросил Бентуотерс. – Плохо дело, Гейтлэнд.

Стэннер откинулся в кресле и сделал глоток из чашки.

– В полицейском управлении Квибры кофе

еще хуже, – заметил он.

– Я не знал, что вы вступили в контакт с полицейскими Квибры, – сверля майора глазами, проговорил Гейтлэнд.

– Пришлось задать им несколько вопросов. Я придерживался относительно правдоподобной легенды. Они дали мне несколько ниточек. А теперь смотрите: наши выбросы пока не могут преобразовать любого и в любой момент. Они еще не выработали пригодные для всех принципы преобразования. По моему мнению, они действуют избирательно. Так что не все еще потеряно. Пока – не все. Но они научатся работать быстрее и лучше. Быстро научатся. Надо действовать, Гейтлэнд. Немедленно.

– Но послушайте, – хмурясь, проговорил Бентуотерс, – сама по себе конверсия тоже занимает какое-то время, даже если есть все составляющие.

Стэннер покачал головой:

– У них получается все лучше и лучше. Даже еще до лаборатории-23. Они берут по молекуле зараз, и процесс может идти и быстрее, но не медленнее. Думаю, в некоторых случаях можно уложиться за минуту.

Гейтлэнд тоже откинулся на спинку и, глядя в потолок, тихонько покачивался на стуле, потом негромко, но вполне различимо хмыкнул и, наконец, произнес:

– Я составлю рекомендации. Но, возможно, там захотят послать собственные группы, чтобы удостовериться.

Стэннер давно работал в разведке. Гейтлэнд, на его взгляд, был лжецом среднего калибра. На самом деле не такой уж он вредный, обычный врун, а Стэннер давно научился определять, когда ему вешают лапшу на уши, чтобы держать на коротком поводке.

– Гейтлэнд, ваши ребята и так держат руку на пульсе. Есть люди, желающие знать, насколько быстро это распространяется.

Бентуотерс заерзал в своем кресле:

– Вы утверждаете, что мы используем людей этого города в качестве подопытных крыс? Оскорбительно, вы не находите? – И он бросил неуверенный взгляд на Гейтлэнда.

– Полагаю, поначалу никто этого не планировал, – задумчиво отозвался Стэннер. – Но, возможно, наверху подумали, раз уж дело зашло так далеко, то поздно что-нибудь предпринимать. Вот и решили посмотреть, к чему это приведет. Может, считают, что с городом покончено при любом раскладе, так что не мешает получить хоть какую-то полезную информацию.

Глаза Гейтлэнда метнулись в сторону, Стэннер понял, что угадал, и продолжил:

– Но ведь люди приезжают и уезжают из города. И они тоже, Гейтлэнд.

– Ну, положим, – возразил Гейтлэнд, – слишком далеко они не уйдут. Разумеется, если они вообще там есть. Им ведь приходится защищать свою группу. Где бы они ни находились,

у них по-прежнему существует главный организующий центр. Так сказать, мозг. Вы его обнаружили?

– Значит, вы решили бросить вашу легенду, Гейтлэнд?

– Я ничего не утверждаю. Это все гипотезы. Вам удалось выявить главный организующий кластер?

– Вы имеете в виду… – Стэннер позволил себе сухо улыбнуться, – «гипотетический» кластер?

– Вот именно. Стэннер пожал плечами:

– Нет. Я вообще не уверен, что он существует. Они могли уже пройти эту стадию. Ведь они постоянно экспериментируют. Об этом свидетельствуют перестроенные модели на базе животных, которые я наблюдал в окрестных лесах. Они все время испытывают новые конструкции.

Бентуотерс нахмурился:

– Гейтлэнд прав. Если у них существует организующий кластер – а видимо, так и есть, – они не станут от него слишком удаляться. Во всяком случае, до тех пор, пока не создадут подобные центры скоплений в других местах.

Стэннер почувствовал, как мурашки побежали у него по спине. Центры в других местах! Он резко поднялся.

– Гейтлэнд, я собираюсь получить доказательства, что это дело вышло из-под контроля. Может, этим действительно стоит заняться. И вот что я вам скажу, Гейтлэнд: я думаю, оно вышло из-под контроля давным-давно.

Гейтлэнд покачал головой:

– Думаю, вам не стоит предпринимать какие-либо шаги без приказа.

– Вы меня отстраняете?

– Я не старше вас по званию и приказывать не могу. Но я передаю приказ сверху.

– Я должен получить его в письменном виде.

– Придется подождать.

– В таком случае, – решительно заявил Стэннер, – он не имеет силы. Я возвращаюсь на свой пост.

– Думаю, шишки в министерстве не очень-то обрадуются, если в том районе поднимется хай, Стэннер, – холодно проговорил Гейтлэнд.

– Для тебя, мудак, – майор Стэннер.

Он отдал честь и вышел. И пока он шел по коридорам здания, камеры неотступно следовали за каждым его движением.

7 декабря, вечер

Адэр лежала на спине в кровати. Спокойно, расслабленно. Колени согнуты, голова чуть приподнята, чтобы можно было смотреть на экран компьютера. Время от времени то одна коленка, то другая ритмично подергивалась туда-сюда, но в целом девушка лежала, почти не двигаясь. Однако внутри вся она была как пружина – сжавшаяся, готовая к броску.

Адэр хотела убраться из дома. Домашнего задания нет. Два преподавателя вроде бы заболели или что там еще, и ей не хотелось оставаться вечером дома. Денег у Адэр не было. Мама и папа вдруг объявили, что на карманные расходы ничего нет. В последнее время они даже не платили, как раньше, Адэр и Колу за неурочную домашнюю работу. Нет денег, значит, никуда нельзя пойти.