Полюбить злодея
Шрифт:
– А Лилия почему не пришла, раз конфликт исчерпан? – не унималась я.
– Не знаю, – развёл руками Ираклий, – может, решила переждать бурю.
На следующий день Лилия всё-таки вернулась в универ. Как и предполагал Ираклий, она просто решила отсидеться и, хотя бы день, не попадаться на глаза Чернаве.
Мне Лилия очень понравилась – мы с ней даже подружились.
А Чернава глазами метала молнии в сторону белокурой девушки, выдавала едкие замечания в её адрес и демонстративно рядом с ней не садилась, даже если было свободно.
Всё разрешилось, когда я в очередной раз прогуливалась с Ираклием в парке.
– Зоремир обещал познакомить сестру с Ведомиром. А она за это не будет пока говорить родителям.
Ах, вот оно что!
Таким чудесным образом проучилась месяц.
Помимо предметов, о которых упоминала вскользь, на первом году обучения были ритуалы и обряды. Профессорша сказала, что это потом будет перекликаться с мантикой.
Анастриана Тимуровна часто появлялась в аудитории в длинных балахонистых платьях каких-то непонятных цветов, грязных оттенков. Волосы у неё были седые и вьющиеся, взгляд добрый, но сосредоточенный. В целом, мне она нравилась.
– У вас по мантике на следующий год пойдёт книга заклинаний. А в ритуалах и обрядах без этой книги никак. Да и с артефактологией: вы же должны понимать, с помощью каких ритуалов был заклят тот или иной предмет, – так говорила она.
Тут у меня сложностей не возникало: главное, выучить правильную последовательность, чтобы ничего не перепутать. Но это всё есть в книге, а читать я люблю.
Ещё мне безумно нравился эффект расширения в нашем универе. Вроде, каждый Факультет на отдельном этаже – свой коридор с дверьми, как у людей. Но заходишь в аудиторию – а она просто, порой, бывает невероятных размеров. И куда всё умещается? Поистине волшебство!
Реферат по теории защитной магии с горем пополам написала. Думала, что будет гораздо легче. Но преподу понадобился пример из практики. А у меня какая практика? Очень скромная. В итоге влепили «четвёрку».
– И куда это все собрались? – деканша поймала нашу группу в коридоре, видя, что мы собираемся уходить.
– Так в расписании написано «Теория и история магии», – подала голос одна волшебница, – а её всегда нет. И замены не стоит.
– Всегда не было, – поправила Раварта Дмитриевна, – а с сегодняшнего дня начнётся. Быстро в аудиторию!
Мы кинулись на занятие, боясь гнева Кощея Бессмертного, – звонок должен прозвенеть с минуты на минуту.
Мы стремительно расселись по партам. Самые проворные заняли места подальше и повыше. Мне же досталась парта рядом с педагогом. Да уж, нечего было хлопать глазами. Уселись с Лилией перед самым носом Кощея.
Прозвенел звонок – в аудитории впервые не звука. Все застыли, запуганные рассказами старшекурсников, в ожидании профессора. Я вообще предпочла уткнуться в тетрадь.
Наконец, открылась дверь, и раздались шаги. Мы встали, приветствуя педагога.
Профессор Ледяной не издал ни звука. Но по тому, что все сели, я поняла, что он как-то указал на это. По шагам услышала, что преподаватель подошёл к своей парте и уселся на стул. Я ощутила восточный древесный аромат его парфюма.
Меня колотило от страха. Теперь я точно поняла, что не смогу посмотреть на Кощея. Создалось ощущение, что меня просматривают насквозь, как рентгеном. Наверное, это чувствовали все.
Наконец, с парты педагога раздалось:
– Мы пропустили целый месяц, поэтому будем нагонять.
А почему у Кощея голос не как у дряхлого старика? Я резко оторвалась от тетради и посмотрела на профессора. То, что я увидела, кардинально не походило на то, что представляла ранее. Передо мной сидел мужчина лет тридцати трёх. У него были каштановые, чуть вьющиеся волосы до плеч. Лицо волевое, но не злое. Одет был строго: брюки, жилет и белая рубашка. От взгляда голубых глаз хотелось спрятаться или хотя бы сжаться в комочек.
Я честно старалась конспектировать то, что говорил профессор, но у меня это получалось плохо. Ладно, главное сейчас – сдать реферат. Зачёт я точно получу – в теории и истории магии практику не спрашивают. Не представляю, как тут можно завалить?
Я решила выбрать тему «Формы взаимодействия с магией» и усиленно начала готовиться, не отвлекаясь лишний раз на общение с Ираклием, хотя он не раз предлагал прогуляться.
У Зоремира и Лилии, вроде, всё было нормально – Чернава держала слово и ничего не говорила родителям. Ведомир, за которым она так бегала, не очень ею интересовался, но вида не показывал. А черноволосая красавица этого не видела – была на седьмом небе от счастья.
– Ты хотя бы с Ираклием погуляла, – твердила мама, – с этим университетом совсем себя изведёшь: одни книги на уме, из библиотеки не вылезаешь.
Я же понимала: нужно свою тему вызубрить так, чтобы суровый профессор ни к чему не прикопался.
Дотянуть бы до выпускного
И вот, наконец, настал тот злосчастный день. Первой идти не решилась, тем более половину группы уже отправили на пересдачу.
Я хотела пропустить ещё парочку студентов, но профессор Ледяной сам вызвал меня:
– Пряникова Алевтина, вы готовы?
Я? Почему я? Других студентов, что ли, нет? Огляделась по сторонам – действительно, маловато.
Внезапно сердце начало колотиться со страшной силой, ноги стали ватными, в голове пустота. Надо же было нас так запугать?
«Эх, нужно было идти первой, – подумала я, – наверное, пересидела и переволновалась».
Рядом с партой педагога стоял стул для отвечающих. Плюхнулась на него и я.
– Слушаю вас, – внимательно посмотрел на меня профессор.
Лучше бы я не поднимала головы. Взгляд его голубых глаз буквально выжег оставшиеся умные мысли. Как отвечать?
– Так какие же формы взаимодействия с магией вам известны? – профессор откинулся на спинку стула.