Полюби меня такой
Шрифт:
«Все понятно. Ушла, значит, Влада».
Прибыл к дому несостоявшейся тёщи, поджидая Владу. И она появилась с прогулочной коляской, ребенок в голубеньком костюмчике, панамка на голове. А Влада хорошенькая, стройная, волосы в хвост забраны, серые брючки, белая футболка. Сердце сбилось с ритма… Тарас покинул автомобиль и незаметно последовал за ней. Только при входе в парк окликнул…
Разговору помешал Мирон со своими притязаниями. Она моя жена. «Какой ты на фиг муж!»
??????????????????????????
15.
На следующий день Влада столкнулась с Тарасом при выходе из подъезда. В одной руке она держала Руслана, в другой волокла коляску.
– Влада! Давай помогу, тяжело тебе.
– Ничего, дело привычное – хмыкнула Влада – а ты чего здесь забыл?
Тарас принял у нее складную прогулочную коляску, привел ее в рабочее состояние. Влада усадила ребенка, пристегнула его ремнем. Сказала:
– Поедем гулять, Русик. Да?
Ребенок произвел звук «Ду-у-у» и задрыгал ногами.
– Ты не ответил, Тарас. Зачем пришел?
– За тобой. Поедем со мной на юг, будем там жить. Руслану понравится море.
– Нет, Тарас, не получится.
– Почему? Все еще сердишься на меня? Не простила?
– Не сержусь.
– Что тогда? Мы же собирались, помнишь?
– Помню. Только это же когда было? А сейчас у меня ребенок… Не могу я рисковать, Тарас.
– И что, вернешься к Мирону? – насмешливо произнес Тарас.
– Нет. Но он имеет право видеться с ребенком.
– И часто он с ним видится?
– Нет, не часто. Наверно, у него еще не сформировались отцовские чувства. Ребенок маленький, с ним неинтересно пока – пожала плечами Влада.
Тарас отодвинул ее и взял управление коляской в свои руки, Влада шагала рядом.
– Интересная теория. Отцовские чувства у него не сформировались. Ждать будешь, когда сформируются? Зачем?
– А тебе зачем чужой ребенок? – спросила Влада.
– Затем, что я тебя люблю, значит, и сын твой не чужой.
– А ты уверен?
– Уверен… Я сам приемный, а меня, как родного любят. Я что, думаешь, не сумею твоего Русика воспитать? Разводись с Мироном, выходи за меня.
– Неожиданно это, Тарас. С Мироном-то я все равно разведусь, а во второе замужество как-то не тянет меня. Прости.
Тарас огорчился.
– Не любишь меня больше? Может, и не любила никогда?
– Любила, но все поменялось. Мне теперь о Русике думать нужно, не о любви.
– Одно другому не мешает. Я же о вас обоих заботиться буду, ты что, мне не веришь?
– Не обижайся, Тарас. Я тебе верю, только ты ведь не знаешь, какая она семейная жизнь. Сам разочаруешься.
– Он тебя обижал? Что тебе сделал Мирон, если ты так разочаровалась в семейной жизни?
Она призадумалась, пожала плечами.
–
– И что дальше? Как ты собираешься жить дальше?
– Обычно. Через год выйду на работу, отдам Русика в сад… Мне, конечно, очень приятно, что ты до сих пор меня не забыл. Только я не та, Влада, которую ты знал, я изменилась…
– Что же… будем знакомиться заново – сказал Тарас – и куда мы идем?
– Мы идем в парк, как обычно, прогуляемся, потом в магазин, прикупим продуктов и… домой, - объяснила Влада свой маршрут – как видишь, наша с Русиком жизнь проста. Не интересна.
– Мне все интересно. Если ты не поедешь со мной на юг, я останусь здесь, рядом с тобой – заявил Тарас.
– А как же твоя мечта – жизнь с чистого листа на юге? – усмехнулась она.
– Чистый лист я хотел заполнять с тобой. Но я виноват. Нельзя откладывать счастье на потом. Я должен был тащить тебя в ЗАГС тогда, два года назад, и ничего бы не было: ни Марты, ни Мирона. А Руслан был бы моим сыном – произнес Тарас.
??????????????????????????
16. Мирон
Мирон решил навестить Владу, присутствие в городе Тараса напрягало. Чтобы произвести впечатление на жену, извлек из шкафа новую рубашку и брюки. Но вот незадача, нужно погладить. Обидно, все приходится делать самому. И только он побрился, помылся, нарядился, наодеколонился, явилась Динара.
– Ты уходишь? Снова к ней?
– Не к ней, а к сыну…
Динара опустила голову и произнесла:
– Мирон, я беременна…
Он растерялся.
– Дина… но… наверно, еще не поздно… избавиться – пробормотал он.
Динара взглянула на него дико, и крупные слезы покатились из глаз.
– Ее ты на аборт не посылал!
– Не плачь, Дина. Просто, Владу я любил…
– А меня? Меня не любишь! Но я тебя люблю! А она? Любила тебя?
– Не любила – признался Мирон.
– Я не буду делать аборт – говорила Динара, глотая слезы.
Мирон смирился, деваться некуда, он обнял бедняжку, и она измазала своими слезами его новую рубаху. В последствии Мирон занялся вопросом развода с Владой, чтобы заключить брак с Динарой. Девушка поселилась у него в квартире, и всячески старалась угодить мужу. Мирон с грустью наблюдал, как миниатюрная фигурка новой жены округляется. «Это уже было, в моей жизни» - подумал Мирон. А потом она ушла в декретный отпуск…
– Генеральный директор посылает меня в Китай, на открытие новой линии.