Половинка
Шрифт:
– Перестаньте! Тётя Алла, я вас не прощу: вы испортили мне день рождения. Только вчера я узнала о разводе крёстного и очень расстроилась. Я и его уважаю, и тётю Лену люблю, мне так грустно. А сегодня увидев их, я обрадовалась, но вы всё исковеркали.
Катя встала рядом с сестрой.
– Я тоже люблю свою крёстную. Она добрая и замечательная. А вы, тётя Алла, злая. Не хочу вас видеть.
Алла попыталась возразить девочкам, но Юрий буквально закрыл ей рот ладонью.
Елена сидела как мёртвая: бледная, кровь отхлынула от лица, а глаза превратились в два бездонных тёмных омута из-за расширенных
Филипп стукнул ладонью по столу.
– Юра, будь добр проводи свою жену на выход. Она не имела права лезть в чужие дела со своим мнением, и тем более не должна поганить моему ребёнку день рождения. Да Дмитрий и Алёна развелись, но это их личное дело, которое никого не касается. Мы знаем: они хорошие люди и остаются нашими друзьями. Мы можем только принять их решение с должным уважением. Я всё ясно сказал?
Часть сидящих за столом гостей закивали головами, другие просто промолчали.
Юля поддержала мужа.
– Дело житейское. Я напомню тем, кто забыл: не судите, да не судимы будете.
Юрий молча встал, взял несопротивляющуюся жену за руку и вывел из-за стола. Гордо задрав подбородок, с видом победительницы Юля отправилась следом за ним.
Дмитрий, ещё не отошёл от просмотра записи. Его поразил не только голос бывшей жены, но и её какой-то пофигистичный, безбашенный вид на сцене. Этот вид всколыхнул его, затронул самые потаённые уголки души. Такой он видел Алёну в юности перед прыжком с тарзанки, там на той сцене она словно вернулась к себе прошлой. Слушая её объяснения о том, почему стала петь фальшиво, Дмитрий ощутил укол вины в сердце. Он ведь тоже не раз затыкал Алёну, не заботясь о чувствах и переживаниях жены. Если Светлану Васильевну можно капельку оправдать, она не воспитывала дочь, скинула ребёнка на руки матери, то чем ему оправдываться, он поступал так же, как и её холодная, зацикленная на работе мать. Но больше всего его добили и разъярили слова Аллы. Вот, оказывается, как некоторые люди восприняли его уход от Алёны. А ведь она ни в чём не виновата.
Не успели Федотовы выйти из комнаты, как им в спину понеслись слова Дмитрия.
– Юра, погоди. Я хочу ответить твоей жене.
Алла остановилась, со злорадным любопытством уставилась на него.
– С удовольствием послушаю твои оправдания.
Голос Дмитрия дрогнул, когда он глянул на бывшую жену.
– Алёна замечательный, исключительной доброты, понимающий человек и прекрасная мать, никакой её вины в нашем разводе нет. Лишь я неправ во всём этом. Сам разрушил свой брак, выбрав другую женщину. Поэтому прошу вас, моих друзей, прекратить обсуждения этой темы и просто принять наши новые отношения.
Алла хмыкнула.
– Почти убедил, что твоя бывшая – святая женщина.
Юрий дёрнул жену за руку, и они вышли за дверь.
За столом повисло тягостное молчание.
Алёна поднялась со стула.
– Прошу прощения за то, что случилось. Наденька, между взрослыми случаются кризисы, но жизнь на этом не заканчивается, она продолжается дальше. Твои родители были в длительном путешествии,
Елена ощущала туже решительность, азарт и бесшабашность, что и тогда в караоке-баре, но главное, хотелось вернуть праздник имениннице, который расстроила Алла, она считала, что часть вины есть и на ней, и на Дмитрии.
Надя счастливо заулыбалась.
Катя что-то зашептала сестре, та покачала головой. Катя в умоляющем жесте сложила ладно вместе.
Вздохнув, Надя согласилась.
– Немного необычная просьба. Катя в восторге от песен Елены Воробей, хочет, чтобы вы исполнили её трек «Перелюбила». А для меня «День рождения» группы «Унесённые ветром».
От удивления глаза Елены округлились.
– Разве юмористка Воробей поёт?
Катя закивала головой, как китайский болванчик.
– Офигительно.
– Может лучше то, что я знаю, – неуверенно протянула Елена. – И ваших… унесённых ветром… я не слышала. Ох, налажаю…
– Не бойтесь, мы будем петь с вами, – обрадовала её Надя. – Пап подключи караоке.
Пока Филипп настраивал караоке, гости выпила ещё по рюмочке. Елена залпом выпила бокал шампанского, заставив хозяйку дома ахнуть.
– Когда будешь мучиться от головной боли, то пеняй на себя, мы тут не причём.
Филипп обернулся к дочкам, посмотрел на Елёну.
– Ну что трио готовы зажигать?
Надя и Катя громко крикнули:
– Готовы! Тётя Лена идите к нам.
Катя шустро выбрала из списка нужную песню, нажала на кнопку, музыка заполнила комнату.
Первые пару строк Елена молчала, пели только сёстры, она вслушивалась в музыку, а потом подхватила:
Ты знаешь, уже не болит.
То, что мёртво не может болеть.
Я спокойно могу говорить,
Ни о чём не хочу жалеть.
Перелюбила, переценила, переждала.
Переразбила, перепростила, переспала.
Перелюбила, переценила, переждала.
Перелюбила, перезабыла, пережила.
Хочешь встретиться, а зачем?
Не хочу, да и времени нет.
В этом поиске общих тем
Я вне доступа, всё, привет.
Едва музыка смолкла, Елена с облегчением выдохнула. Всё получилось. Её мощный, красивый голос вплёлся в приятные, но слабые голоса девочек и это вышло довольно органично.
Все захлопали. Филипп засвистел, и тут же получил ложкой по лбу от матери.
– Не свисти, денег не будет.
Юля потребовала продолжение концерта.
Надя выбрал в плейлисте музыку и текст песни «День рождения» любимой группы.
День рожденья у тебя, я к тебе спешу,
<