Полнолуние
Шрифт:
– Путь несет!
– бесшабашно захохотала мадам Баттерфляй, подпрыгивая на марше от возбуждения.
– Средь глобальной общей дури, - не своим голосом запел Семистопный,
Пусть сильнее грянет буря!
Мы
Все отринем атавизмы!
И из недр пустыни дикой
Мы начнем свой путь великий!
Все нам станет по плечу!
Я от счастья хохочу!!!
– Ур-р-ра!!!
– подхватила мадам Баттерфляй.
Сорвем покровы с голых истин,
Подымем время на рога!
Наш бег неудержим - поскольку истин
Вольны мы словно облака!
– Пока... пока... пока...
– откликнулось эхо злым нечеловеческим голосом.
– А три стопы от ямба вам?!!
– проревел Мефодий Угуев, и от его могучего баса стекла лопнули в близлежащих домах, а две новостройки прямо по курсу и вовсе осели кучей праха.
И ударил гром, и сверкнула молния, и хлынул ливень подмывая фундаменты уцелевших строений, взламывая асфальт и заливая окрестности...
Мадам Баттерфляй таки сорвала покровы. Сначала с Аполлинарий Грызюка, который лишь слабо отбивался опустевшим дипломатом, а потом и с самого Мефодия Угуева.
– Голые люди на голой земле, - возбужденно бормотал разгоряченный
Гонит их гибельный ливень,
Туда, где в последнем котле
Тело и разум будут а отрыве...
А В ЭТО ВРЕМЯ в пампасах было тих-тихо, словно у них в пампасах уже лет двести, как обезлюдело.
А потом пошел снег.
Сразу стало тихо холодно и страшно. А вокруг уже расстилались только одни пустыри, над которыми царил мрак...
– Погуляли однако, - громко стуча зубами сказал голый Семистопный, с завистью поглядывая на Аполлинария Грызюка так и оставшегося при дипломате.
– А тебя никто не заставлял раздеваться, - раздраженно фыркнула мадам Баттерфляй, обматывая вокруг роскошных бедер носовой платок Мефодия Угуева.
– Тоже мне секс-символ выискался...
Мефодий Угуев скрестив голые руки на голой груди упрямо набычившись смотрел вперед - на запад, где почему-то начинало всходить солнце.
Начинался рассвет...
Прямо по курсу была цель их похода - поселок городского типа "Светлое Будущее".
Идти до него оставалось часа полтора...
А через час их догнал первый автобус.
Живым уйти не удалось никому...
Даже автобусу.