Чтение онлайн

– Хочу заметить, что вины министерства обороны в пропаже полигона и личного состава нет. Произошло природное явление, типа происходящих в Бермудском треугольнике или еще чего-то, которое не поддается объяснению. Все желающие могут побывать на месте происшествия и убедиться в моих словах. О материальных компенсациях будете уведомлены дополнительно, – закончил

Смирнов.

Какое-то время в помещении стояла гробовая тишина, но потом зал загудел, послышался плач и причитания женщин. Вопросов не было, и Ушаков со Смирновым покинули спорткомплекс. Люди были ошарашены выводами комиссии и в возбужденном состоянии расходились по домам. Донцова тоже шла домой на «ватных» ногах. Уже в своей прихожей села на табурет напротив трюмо, зареванными глазами смотрела на свое отражение в зеркале и прижала к себе ЕГО тапки. Она не хотела верить, что Дымов пропал. Еще вчера она встала на учет в женской консультации и сделала УЗИ. По всем признакам внутри нее билось сердечко девочки. Она и хотела девочку, даже придумала ей имя – Маша. Теперь скрывать беременность смысла не было, поэтому эту новость из посторонних первыми узнали на работе обе Людмилы. Они, конечно, сватали начальницу к командиру, но такой прыти от нее не ожидали. Но все равно радовались за нее. Теперь уже все вместе надеялись на возвращение мужчин домой.

Зазвенел дверной звонок. Открыв двери, она увидела подругу Ленку. Та прибежала с работы узнать подробности. Елена пересказала ей отчет комиссии.

– Что же будет? А как ребенок? – спросила гостья у хозяйки.

– Да как, конечно, рожу и даже для себя, – ответила Елена.

– Больше такой возможности у меня не будет. Если что, буду дочку растить одна, да и родители помогут. Может, и на весь декретный отпуск к ним жить уеду, посмотрю. Завтра поеду в Кунгур и все им расскажу.

– Правильно, – поддержала подругу Ленка. – Хоть память о Дымове будет. Все же, может, они вернутся?

Переживаний хватало и самой Ушкаловой. Ее муж Эдик, командир саперного взвода, тоже был в числе командированных.

Обе

подруги еще долго сидели, успели повспоминать былое, пореветь и попить чаю.

Елена вспомнила самую большую, которую ей когда-либо в жизни писали, СМС-ку от Дымова на снегу, и свои пирожки, и даже рассказала подруге о последней, как оказалось, их встрече.

В тот день, как обычно, они днем по телефону договорились культурно отдохнуть. После работы он встретил ее в целях конспирации в квартале от конторы военторга. Поехали по городу, завернули на речной вокзал. После ужина в летнем кафе прокатились на речном трамвайчике по Каме. Потом гуляли по набережной, сидели в обнимку на лавочке и смотрели на проплывающие корабли. Вечер был теплый, и в сумерках их ходовые огни и свет в иллюминаторах красиво отражались в воде. Между «любчиками», как Елена называла поцелуи, Дымов вдруг предложил ехать к нему.

– А поехали, – решительно ответила она.

Настроение было отличное и обоим хотелось «продолжения». Но когда подъехали к его дому, Елене стало не по себе, охватил мандраж. У подъезда и на улице никого не было. Дымов взял ее за руку, и они торопливо поднялись на его этаж. Ключ в его руке предательски не смог с ходу попасть в скважину. Но все же поддался, и они ввалились в квартиру. В прихожей обоих прорвал смех.

– Проходи, посмотри берлогу холостяка, – предложил Дымов.

Елене давно хотелось здесь побывать, и она с интересом осмотрела квартиру. Та была типовой однушкой, как и у нее, но с казенной мебелью. Так же, в кухне стояли кухонный гарнитур и холодильник. Но вместо уголка были кухонный стол и 4 табурета. В комнате, напротив дивана – тумбочка с телевизором. На стене висело несколько самодельных картин. Из комнаты был выход на крытый балкон. Среди вещей и разных безделушек она не увидела женских. Это ее успокоило. Значит, у Дымова здесь женщин не было. Отметила про себя, что в квартире был холостяцкий порядок, и это ей тоже понравилось.