Полежаев
Шрифт:
Но не утонул его челнок, и узнал пловец «благосклонную тишину». Когда печать проклятий уже клеймилась на его челе и «в душе безбожной надежды ложной он не шпал и из Эреба мольбы на небо не воссылал», в эту последнюю минуту вдруг нежданный
Надежды луч, Как свет багряный, Блеснул из туч: Какой-то скрытый, Но мной забытый Издавна Бог Из тьмы открытой Меня извлек; Рукою сильной Остов могильный Вдруг оживил; И Каин новый В душе суровой Творца почтил. Непостижимый, Неотразимый, Он снова влил В грудь атеиста И лжесофиста Огонь любви.Это был тот самый Бог, который спас и грешницу, – тем, что не осудил ее и не позволил осудить другим;
И как спасен был поэт от своего ожесточенья и от своего бездействия, так и от «Сашки», от цыганки, от греховности спасла его истинная женщина – та, которая написала его портрет. Он умилен был тем, что любимая женщина нарисовала его черты и этим его воскресила, и Полежаев стал дорог, стал нужен самому себе: портрет доказывает важность и значительность оригинала. С восхищением, с признательной радостью обращается наш автор к желанной художнице своей:
Кто, кроме вас, творящими перстами, Единым очерком холодного свинца Дает огонь и жизнь, с минувшими страстями, Чертам бездушным мертвеца?Он нравственно возродился, но его уже подстерегала смерть. Он заболел «чахоткой роковой», и она «пристально» поглядела ему в глаза, и, погубленный своим тяжким временем, он безвременно умер, не расцветший и отцветший в утре своих и русских пасмурных дней. Он оставил родине стихи, полные энергии и сжатости, решительные и сильные; особенной выразительностью звучит его любимый двухстопный размер, в немногие слова которого он влагал так много чувства и мощи, иногда и сатиры. На гроб Пушкина сплел он венок художественных звуков. В нашей литературе слова Полежаева – из самых громких и страдальческих, и, может быть, по яркости окраски, по силе темперамента немногим уступит из признанных поэтов наших эта одаренная душа, растоптанная суровой пятою русского самовластия.
Пламенев. Книга XII
12. Пламенев
Фантастика:
аниме
уся
сказочная фантастика
фэнтези
рейтинг книги
Барон ломает правила
11. Закон сильного
Фантастика:
аниме
фэнтези
фантастика: прочее
попаданцы
рейтинг книги
Курс уголовного права в пяти томах. Том 1. Учение о преступлении
Справочная литература:
прочая справочная литература
рейтинг книги
Статьи
Документальная литература:
публицистика
рейтинг книги
Программирование на Objective-C 2.0
Библиотека разработчика
Компьютеры и Интернет:
программирование
рейтинг книги
Капитализм. История и идеология «денежной цивилизации»
Деловая литература:
экономика
рейтинг книги
Москва в очерках 40-х годов XIX века
Документальная литература:
прочая документальная литература
рейтинг книги
Катастройка, Повесть о перестройке в Партграде
Проза:
русская классическая проза
рейтинг книги