Чтение онлайн

– Я сам отвезу вас, господин барон.

– Нет необходимости. Я вернусь через полчаса.

Грайзер повел его во второй ангар, где стоял автомобиль.

Когда Макс выезжал из ангара, Грайзер отдал ему честь.

У ворот шато в будке стоял молодой эсэсовец. Макс подъехал к шлагбауму и приказал: «Поднимите эту штуку! Я барон фон Хальдер. Я только что прилетел и безумно устал».

Мальчишка даже не попытался ничего выяснять. Он увидел мундир Люфтваффе, подполковничьи петлицы, Рыцарский крест, подошел к шлагбауму и поднял его. Макс въехал на территорию

поместья. У дверей парадного входа стоял еще один часовой.

– Барон фон Хальдер. Меня ждут, – сказал Макс.

Этот часовой был старше и опытнее. И повел он себя совсем по-другому.

– Ваш пропуск, господин барон.

– Разумеется.

Макс вытащил из кармана «вальтер» с глушителем и выстрелил часовому между глаз.

При входе за столом сидел молодой капрал в форме СС. Он поднял голову, и Макс дважды выстрелил ему в сердце.

Постояв несколько секунд, Макс стал подниматься по лестнице. Никогда в жизни он не чувствовал в себе такой решительности и силы. По коридору, покрытому ковровой дорожкой, он направился к комнате своего брата. Он шел тихо и был абсолютно в себе уверен.

Часовой у комнаты Гарри сидел и читал книгу. Его «шмайссер» лежал на полу. Как только он поднял глаза, Макс приставил глушитель к его лбу и выстрелил. Он повернул торчавший в двери ключ и вошел: «Гарри, это я».

Лежавший на кровати Гарри не верил своим ушам.

– Макс? Что, черт возьми, происходит?

– Слушай и не перебивай. Все рухнуло. Меня арестовали, и Манро отвез меня в Колд-Харбор. Я угнал «шторх» и прилетел сюда. Я отвезу тебя в Англию. Ты что, думаешь, я оставлю тебя здесь, Гиммлеру?

– А как же мутти?

– Мутти погибла. Ее застрелили еще до того, как я улетел.

– Не может быть! – простонал Гарри. Он натянул ботинок на правую ногу, взял костыли и в полном смятении захромал за Максом.

Когда они дошли до лестничной площадки, внезапно отворилась дверь ванной комнаты и оттуда вышел Буби.

– Макс, это ты?

Макс мог бы его пристрелить, но вместо этого он дважды ударил его пистолетом по виску. Буби рухнул на пол как подкошенный.

Макс помог брату сесть в автомобиль, и они поехали. Часовой у ворот стремглав выскочил из будки и поднял шлагбаум. За воротами Макс прибавил газу. Наконец машина въехала на аэродром. Макс остановился около «шторха», помог Гарри взобраться в самолет, закрыл за ним дверь и пошел к кабине пилота. Залезая в кабину, он увидел бежавшего к самолету Грайзера.

– Могу ли я чем-нибудь вам помочь, господин барон?

– Нет, спасибо. Вы отлично поработали, – сказал Макс.

Через мгновение «шторх» оторвался от земли и исчез в темноте.

Придя в себя, Буби с трудом поднялся на ноги. Через минуту он уже бежал по коридору: «Поднимите тревогу и подгоните машину к парадному подъезду». Пять минут спустя он сбежал по ступеням лестницы и прыгнул на заднее сиденье своей машины. «На аэродром», – приказал он шоферу.

Макс мог оказаться здесь, только прилетев

на самолете. Бог мой, они снова вместе. Это произведет впечатление даже на Гиммлера. Весь расклад может поменяться.

Зек бросил карты на стол: «Вот так, бригадир. Думаю, вы наказали нас на десять фунтов».

– Что я могу поделать, имея более сильную карту, – ответил Манро.

– Да, а я ничего не могу поделать со своим нюхом. Там, в море, я все носом чую, сэр, я держу его по ветру. Я не могу сидеть здесь. Мне кажется, что нам лучше отойти от берега на пятнадцать-двадцать миль и ждать там.

Манро даже не колебался: «Я доверяю вашему опыту».

– Уходим. – Зек повернулся к своей команде. – Пошли!

Добравшись до аэродрома, Буби выпрыгнул из машины и побежал через бетонную площадку. Он открыл дверь радиорубки. Грайзер обернулся. На его лице было написано удивление: «Полковник?»

– Барон фон Хальдер был здесь?

– Да, полковник, а что? Он прилетел на «шторхе», сказал, что выполняет задание рейхсфюрера Гиммлера. Двадцать минут назад он взлетел с пассажиром на борту.

– Вы кретин!

Буби повернулся и побежал к «Ме-109», стоявшему в ангаре. «Шторх» был медленным самолетом, «Ме-109», напротив, был очень быстр. Буби надеялся, что положение еще можно исправить.

Прогноз Жюли оказался абсолютно верным. Когда «шторх» пролетал над морем, облака рассеялись и на небе появилась луна, залив все вокруг холодным белым светом. Макс повернулся к Гарри, который надел запасные наушники и микрофон, и спросил его: «Как ты себя чувствуешь?»

– Превосходно!

Макс улыбнулся.

– У нас получилось, братец. Мне жаль Буби. Как бы мне хотелось посмотреть на физиономию Гиммлера.

– Мне тоже. – Гарри посмотрел на приборы. – Будем на месте примерно через полчаса.

Внезапно послышался рев, «Ме-109» пронесся мимо, и «шторх» сильно тряхнуло. В наушниках раздался голос Буби: «Поворачивай, Макс. Игра окончена. Я не могу тебе позволить сделать то, что ты задумал. Это смертный приговор мне и моим близким».

– А как же наша мать, Буби? Ты солгал.

– Это случилось не по моей вине. Клянусь.

– Очень плохо, – произнес Макс. – Буби, неужели ты и вправду хочешь, чтобы я повернул назад?

– Если ты этого не сделаешь, я тебя собью.

– Буби, я всегда испытывал к тебе симпатию, но как пилот ты никогда не блистал. Что скажешь, Гарри?

– Скажи ему, чтоб проваливал, – ответил Гарри.

– Ты слышал, Буби. Если тебе интересно попробовать нас сбить, попробуй. На это уйдет гораздо меньше времени, чем на то, чтоб подвесить нас на мясных крюках.

Макс резко пошел вниз, и на высоте полутора тысяч футов Буби зашел к нему в хвост. От крыльев и фюзеляжа «шторха» полетели куски. Макс продолжал снижаться, и Гарри спросил: «Все тот же старый фокус?»

– На днях он спас от смерти Эйзенхауэра. Я расскажу тебе как-нибудь.