Чтение онлайн

В большинстве случаев день Гэта начинался с того, что, проснувшись, он обдумывал события, которые произойдут в ближайшие несколько часов. Наверное, все так поступают, но в отличие от других Гэт точно знал, что это будут за события. Иногда он успокаивался и снова засыпал, а порой лишался сна от тягостных предвидений, которые подкрались к нему ночью.

В это утро первое, о чем ему пришлось подумать, была ужасно вонючая нога, уткнувшаяся ему в лицо. Он перевернулся на другой бок, но и там обнаружилась такая же. Видимо, Ворк снова принялся за свои дурацкие шутки. Гэт выбрал один из возможных вариантов развития событий, более ему приглянувшийся, и укусил первый попавшийся палец. Противно

на вкус, но вопль, как он и предвидел, оказался вполне удовлетворительным, так же как и визг, последовавший после того, как Ворк толкнул одного из моряков и тем, конечно, вызвал истинно етунскую реакцию. Теперь его украсит синяк королевских размеров. Ничего, наука пойдет ему на пользу!

Экипаж спал в трюме, на груде мешков с грузом. Ворк мог бы найти себе местечко в каюте отца, а Гэту император предлагал свободную койку в своей каюте, но устроиться внизу среди моряков казалось намного заманчивее. В этом было что-то мужское, несмотря на то, что груз, состоявший из лопат и мотыг, не самый удобный матрас. К тому же по ночам здесь велись настоящие мужские разговоры о моряках, пиратском ремесле, женщинах. Гэт узнал много нового, а также уточнил свои понятия о вещах, о которых прежде лишь подозревал. Очень поучительно.

Затем он увидел, что для него приготовило это утро, и вскочил, будто подброшенный пружиной. Святое Равновесие! Бог Безумия! Ууу!

Вот уже три недели «Гуркс» – старая неуклюжая калоша – бороздил разлившиеся по весне воды Темной реки. Формальный капитан и большинство его помощников были дварфами, как того требовал закон Двониша, но настоящий капитан – боцман Тумуг – и все матросы принадлежали к етунской расе. Посланник относился к ним с откровенным презрением, называя барахлом и пресноводными рыбами, и Ворк, разумеется, тоже, хотя ему хватало ума не повторять этого в присутствии матросов. Наличие или отсутствие должной сноровки у экипажа в этом путешествии не играло никакой роли. Огибая грязные унылые городишки Двониша, река несла корабль, как лист по канаве. Сегодня судно прибыло в Ургаксокс. В Ургаксоксе все и должно было произойти.

Гэт выбрался на палубу и, дрожа от холода, оглянулся. Теперь юноша одевался как матрос: кожаные штаны и ничего больше. Он и работал как настоящий матрос, когда ему разрешали, – тянул канаты, скоблил палубу, и это было здорово. У него появились неплохие мозоли, и он надеялся, что плечи стаяли немного шире, ну уж по крайней мере бицепсы тверже. Конечно, чтобы плечи стали как у настоящего моряка, нужно грести, а «Гуркс» не галера. В отличие от Ворка он и не хотел бы этого, но любой корабль все же лучше, чем повозка дварфов. Етун есть етун. Даже если он етун лишь наполовину.

Солнце едва взошло над горизонтом. Хребет Зогон исчез из виду два дня назад, сейчас по правому борту показались горы Калип. Около Ургаксокса в последнем рывке к морю река поворачивала на восток, и здесь проходила граница Двониша. Ургаксокс – передовой пост Империи, за ним начинался Гувуш, cтрана гномов. Именно здесь «Гуркс» должен оставить и свой груз, и своих пассажиров.

Ворк уже стоял впереди и как раз опрокидывал на себя ведро воды. Некоторое время Гэт молча изучал его, оценивая в свете тех весьма удивительных событий, которые должны были произойти в ближайшие пapy часов. Прошло три месяца с тех пор, как они покинули Краснегар, и Гэту очень не хватало друзей-сверстников. Особенно он был бы рад одной-двум девочкам, так как к этому времени уже научился разговаривать с ними, но и Ворк мог оказаться вполне приемлемым спутником. Во всяком случае, лучше, чем вообще никого.

Ворк – сын посланника Крагтонга, младший из шести единокровных братьев Джарги и единственный,

кто еще жил вместе с отцом. Он был на год старше Гэта, но не такой высокий. У него не исчез еще детский жирок, и голос только начал ломаться. В общем, типичный етун – уродливый, с рыжими волосами, зелеными глазами и слегка приплюснутым носом. Казалось, он считал, что всеми своими злоключениями обязан Гэту.

У Ворка были три цели в жизни, и говорить он мог только о них. В будущем Ворк собирался стать великим пиратом, как его печально известный кузен Келькор. Если заглядывать не столь далеко, то он стремился домой в Нордленд и мечтал побывать на великой летней сходне в Нинторе. Гэт, пожалуй, тоже не отказался бы от этого, хотя у него и были кое-какие сомнения: стоит ли любоваться, как люди рубят друг друга на куски топорами. Разве что один раз, чтобы потом можно было сказать, что он видел побоище.

Наиболее близким к осуществлению было желание Ворка размазать по стенке Гэта. Он не упускал случая затеять драку, и отказы Гэта принять вызов приводили его в бешенство.

По традиции борьба должна была проходить на берегу. «Гуркс» за последние три недели приставал к берегу лишь дважды, и оба раза Гэт оставался на борту. Ворк обзывал его трусом, но Гэта это не слишком-то волновало. Он знал, что при желании сможет поколотить Ворка.

Обхватив себя руками за плечи, чтобы скрыть дрожь, Гэт неслышно подошел к Ворку и тут же отскочил назад, когда тот попытался бросить ведро ему на ноги.

– Знаешь, что произойдет сегодня? – спросил Гэт, на лету схватив ведро.

Ворк не отозвался на его слова, выжимая воду из рыжих волос.

– Прочисти уши, похоже, они у тебя забиты рыбой.

– Я не разговариваю с трусами.

– Я скажу тебе, что сегодня произойдет. Мы причалим в Ургаксоксе.

Ворк обернулся, его зеленые глаза блеснули.

– Ну и?.. – На его щеке расплылся здоровенный желто-фиолетовый кровоподтек.

– Пора нам с тобой сойти на берег, – сказал Гэт вежливо, как и подобает морякам, произнося формулу вызова пронзительным фальцетом.

Ворк вспыхнул до корней волос:

– Пора?.. Да я пытался заставить тебя сойти на берег несколько недель, ты, трусливый ублюдок!

Гэт улыбнулся:

– А еще произойдет то, что я ткну тебя носом в грязь.

Он поставил ногу на край палубы и пнул ведро за борт.

Гэт не знал этого наверняка. У него было лишь очень слабое видение Ворка, лежащего ничком и колотящего землю обоими кулаками, но он не собирался об этом говорить.

– Ты-то все знаешь заранее! – сказал Ворк с необычной для него осторожностью.

– Ты можешь и не ходить, если не хочешь. Я имею в виду, если боишься.

Однако Ворк был етуном. Это и определило все.

Времени оставалось немного. Гэт окатился водой, как и положено моряку, и бросился вниз на камбуз, чтобы перехватить что-нибудь на завтрак и заодно согреться. Через несколько мгновений он уже спешил обратно на палубу, роняя капли воды и жуя ломоть вязкого черного хлеба.

«Гуркс» уже приближался к докам. Ургаксокс оказался больше, чем он думал, но вода стояла так высоко, что города было не видно за множеством кораблей. Он заметил солнечные блики, отражавшиеся от каких-то блестящих металлических предметов на причале, и догадался, что это шлемы легионеров. В этом одном из самых крупных портов можно увидеть лица и гномов, и дварфов, и етунов, но в данный момент люди его не интересовали. За один раз он увидел здесь больше кораблей, чем за всю свою предыдущую жизнь, – речные суда, как их «Гуркс», и океанские галеры. Они приткнулись к причалам, как поросята, сосущие матку. Тут и там он видел галеры, низкие и зловещие, но ту галеру – пока еще нет.