Покрывало тьмы

Девочка, сидя на низком диване, рыдала, прикрыв лицо ладонями. Растрепанные волосы какого-то тусклого невзрачного цвета падали ей на глаза. Девочка то тихо почти беззвучно всхлипывала, то моментами переходила на истеричный плач. Босые ноги утопали в мягком ворсе ковра. А платье…хм…инспектор Торн сжал кулаки. Платье было практически изодрано в клочья, оно обнажало худые плечики и тонкую почти мальчишескую фигуру малышки. Синяки, оставленные на плечах и руках, налились синевой. Инспектор Торн подошел к креслу, сдернул плед и бережно набросил его на плечи девочки. Та испуганно дернулась и на мгновение перестала плакать, ладони осторожно разъехались в стороны. Инспектор

увидел светлые голубые глаза ребенка, припухшие губы, которые едва заметно дрожали от сдерживаемых слез.

– Не бойся, малышка, тебя больше никто не обидит.
– Пообещал Торн, придав голосу уверенность, которую пока и сам не чувствовал.

Девочка всхлипнула и уткнулась лицом в плечо красивой синеглазой блондинки, которая выглядела изможденной и старше своих тридцати пяти лет.

– Тише, тише, родная.
– Прошептала блондинка, судорожно сжимая плечи дочери.

Инспектор Торн вышел из комнаты, по лестнице поднялся на второй этаж, едва обращая внимание на вычурный интерьер и богатое убранство поместья. В коридоре инспектор замешкался, а затем ударил кулаком по стене, появившаяся было служанка испуганно вскрикнула и сбежала. Инспектор зло усмехнулся.

– Ненавижу ездить на подобные вызовы,- признался невысокий коренастый мужчина с легкой сединой на висках. Он взглянул на отбитую штукатурку.
– Ночью потом не уснуть,- неожиданно признался Борс.

Торн согласно кивнул, он тоже не мог потом уснуть, стараясь не думать, что должны были чувствовать жертвы подобных историй.

– Что там у тебя?- Устало спросил инспектор.

– Провел первичный осмотр комнаты и самого виконта, последний пьян. Судя по всему, выпил не одну бутылку коньяка и вина. В комнате видны следы борьбы, у виконта на теле и лице царапины. Видимо, девочка сопротивлялась… Кровь на простынях.

– Что сам виконт говорит?
– Торн поморщился, вновь сжал кулаки, напомнив себе, что он на службе, так что никакого рукоприкладства.

Борс хмыкнул, не стал повторяться, что разделяет чувства инспектора. Хотя такие как хозяин этого дома должны быть наказаны и желательно на земле, нечего свою работу оставлять богам. Тем более что остается надежда, что грехи можно отмолить. Ведь боги тоже падки на посулы, подношения и жертвы.

–

Пришлось использовать магию, чтобы привести его в чувство. Утверждает, что девочка сама пригласила его в комнату, угостила вином, а дальше он видите ли ничего не помнит.

Торн поморщился. «Ублюдок», тихо сорвалось с уст.

– Использовал магический допрос?
– с кровожадностью во взгляде поинтересовался инспектор.

– Он весь обвешен амулетами и артефактами.
– С неприязнью сообщил Борс.
– Причем не дешевыми.
– С намеком добавил маг.

Торн понимающе хмыкнул, женщины, рыдающие на диване, что мать, что дочь были одеты в обычные суконные платья. Разбогатевшие купцы и то дороже одевали своих любовниц нежели виконт. Мужчины понимающе переглянулись, они не были скупы в отношении своих женщин.

– Мне придется осмотреть девочку и допросить ее.
– Нехотя добавил Борс.

Торн нахмурился, перед глазами возник маленький перепуганный комок. Все-таки надо ввести в штат магиню.

– Малышка и так на грани нервного срыва.

– Не волнуйся, я буду очень осторожен и бережен.
– Серьезно пообещал маг. – К тому же не забывай, не все повреждения видны невооруженным взглядом. Я просканирую ее, в случае необходимости попрошу заехать друга целителя.

Торн вошел в комнату, осмотрел ее беглым взглядом. Небольшая комнатушка с дешевой обивкой и старой мебелью. Подавшись порыву, Торн открыл шкаф. Несколько платьев на выход и еще несколько застиранных невнятных одеяний, затертые туфли и старомодные сапожки. Инспектор поморщился, да, отчим явно не баловал девочку.

Два стража стояли возле виконта. Торн пристально, не скрывая презрения, взглянул на виконта. Мужчине было не меньше пятидесяти, высокий и широкоплечий, с выпирающим животом и двойным подбородком. Мешки под глазами и дряблая кожа довершали картину.

– Сколько лет вашей падчерице?

Виконт потянулся к бокалу с недопитым вином, рыгнул и почесал волосатый живот.