Покореженное эхо
Шрифт:
Девушка зашла в квартиру. Уваров закрыл дверь и провел ее в гостиную. Все чисто, опрятно, никакого холостяцкого беспорядка.
— Что там с вашим помещением? — спросил он, усаживаясь в кресло. — Присаживайтесь.
— У меня очень приличное кафе на Смоленской. Триста семьдесят квадратных метров. Рядом через стену находился магазин. Это еще четыреста метров. Они торговали канцтоварами, но не выдержали конкуренции. Сейчас свое помещение продают. У меня руки чешутся его купить, объединить залы арками, сделать надлежащий ремонт и превратить эти шестьсот метров
— У вас есть бизнес-план, поэтажный план помещений, договора?
— Конечно. Я деловая женщина и понимаю, что без соответствующих документов разговоры ни к чему не приведут.
— Покажите, что у вас есть.
Таисия открыла сумочку и достала из нее бумаги. Уваров развернул их и начал просматривать, не понимая, что ему дали.
— Это не то…
Он поднял глаза и увидел черный зрачок револьвера. В ту же секунду раздался сухой хлопок выстрела. Уваров дернулся, и голова его откинулась назад.
Бумаги посыпались на пол. Волосатая грудь хозяина обагрилась кровью. Пуля попала точно в цель. Уваров умер мгновенно.
Таисия положила револьвер в сумочку, подняла с пола бумаги, сложила их и накрыла ими оружие. Перед уходом она надела перчатки, чтобы не оставлять следов на замке и тихо ушла, захлопнув за собой дверь.
Обратный путь претерпел некоторые изменения. Машину она оставила в гараже одного из домов возле Киевского вокзала, затем на десять минут зашла в Ольгину квартиру, переоделась и пешком отправилась в гостиницу. То, что она будет делать дальше, Журавлев уже знал. Однако последовал за ней. Он упустил главное.
Очень важный момент. Вышла ли Таисия Лучникова из дамского туалета после Ольги?
Ответ на этот вопрос играл решающую роль.
И опять то же самое кафе. Ольга прошла в туалет, а через десять минут вместо Ольги появилась Тая в джинсовом костюме. У обеих сестер — неизменная спортивная сумка.
Идти за ней не имело смысла. Как только девушка вышла на улицу, Журавлев направился в дамскую комнату. Народу в кафе было немного, и он улучшил момент, когда можно проскочить в интимное помещение и никого не смутить внезапным появлением.
Тут было чисто, светло и просторно. Всего две кабинки, но места для переодевания хватало. Никакой Ольги здесь не оказалось. Этого он боялся больше всего. Одна в двух лицах. Подтверждение он нашел на полу. Нужную кабину легко было определить по насыщенному запаху духов. Маленький черный кругляшок со старую копеечную монету лежал на полу — откатился к перегородке, вот почему она не заметила потерю. Это была контактная линза коричневого цвета.
Выходя из туалета, Журавлев наткнулся на полную женщину. Все получилось наоборот. Она извинилась и направилась в мужскую половину.
Вадим подошел к бармену и попросил разрешения позвонить. Ему позволили, но за пятьдесят рублей.
Трубку сняла Настя.
— Привет, голубушка.
— Привет, голубок. Какие новости?
— Новости потом. Сначала задание. Ты срочно должна приехать
Можешь сказать мне любую чушь. Смысл один: твой звонок означает, что ты у нее в комнате и она в твоем поле зрения. Побудь у Таи часок или больше. Будешь уходить, опять позвони. Это будет сигналом, что она вышла из-под твоего контроля. И второе. Проверь по компьютеру, кто проживает по адресу Ащеулов переулок, дом семь, квартира тридцать восемь. И третье. Обрати внимание, много ли вещей в ее номере. Запомни все, что там есть. Можешь в шкаф заглянуть при случае.
— Поняла. Объяснений, как я догадываюсь, не будет?
— От Таи приезжай в контору. Я тоже подскачу, как только освобожусь.
— Не успел приехать, как закрутил водоворот. Как без тебя было спокойно.
— Действуй. Стоит мне уехать, как вы тут по десять килограммов в весе прибавляете.
Журавлев положил трубку и направился в сторону выхода.
Настя перезвонила через час, уже стемнело. Журавлев сидел в своей «четверке» и докуривал пятую сигарету подряд.
— Алешенька, ты уже покушал?
— Маковой росинки с утра во рту не было. Я ведь прямо с поезда в контору приехал.
— Ну и умничка, тогда ложись спать.
— Мечты, мечты, где ваша сладость.
— Спокойной ночи, деточка. Я скоро приеду.
— К сожалению. А куда ты денешься. Мне нужен час, не меньше.
В трубке послышались короткие гудки.
Журавлев вышел из машины и направился к дому. С квартирным замком он справился в считанные минуты. Проникнув в помещение, он закрыл за собой дверь, и включил свет.
Небольшая скромная квартира с убогой мебелью напоминала ему ту, в которой жила Тасина соседка в Азове. Молодая женщина в такой жить не могла определенно.
Квартиру снимали, и устанавливать имени хозяина не имело смысла. Его больше интересовал хозяин квартиры на Сретенке в Ащеуловом переулке. А в этом доме она переодевалась. Перевалочная база. Содержимое шкафа подтвердило его правоту.
Женских платьев здесь хватало на любой вкус, и все из дорогих фирменных магазинов. Периферийная дамочка из Азова такой роскоши себе позволить не может.
Да и купить не успела бы. Хуже всего, если здесь снимает квартиру Ольга, которая и дала сестре дубликат ключей. Но пыль на кухонном столе и тумбочке в спальной однозначно говорили о том, что постоянно квартирой никто не пользуется.
Обыск производился тщательно и по всем правилам хорошего тона. Все складывалось на свои места. Портфель он нашел за шкафом. Чистый. Пользуются часто. Содержимое показалось ему интересным. Видеокассету просмотреть не удалось — видеомагнитофона в квартире не было. Ксерокопия рукописи. Автор Вениамин Гортинский. Название: «С головой в омут». Читать нет времени. Журавлев любил детективы и этого автора знал, но это название не помнил. Пакет с фотографиями его заинтересовал больше остального.