Покинутые
Шрифт:
Но по правде говоря, я никогда не волновалась о своей матери. Ее присутствие было чем то
статичным, как лампа или машина и я не задумывалась есть ли у нее своя жизнь, пока не встречала ее.
Чем она занималась когда я училась в колледже? О чем она думала, когда оставалась одна? Кто ее
обидел, что она стала такой холодной?
И сейчас, впервые в жизни, кто о ней забеспокоился.
Вывернув на подъездную дорогу, остановившись возле дома, я вышла из машины и достала
ключи
ключами входную дверь, тут же увидела гору писем на полу и столике у входа.
Какого черта?
Я осмотрела по сторонам, на первый взгляд все остальное в норме. Чистый дом,
отполированные полы, вроде все как всегда. Вот только посреди коридора стоял пылесос.
Не считая этого и почты, остальное было в порядке. Должно быть ее не было в городе, и
прислуга просто складывала полученную почту на столике.
Я немного расслабилась.
Ну, с моего последнего визита … У меня все еще оставалась тут кое какая одежда, некоторые
вещи отца, и если я сейчас быстро соберу свою коллекцию винтажных книг о Нэнси Дрю, то вовремя
приеду на вечеринку Мэдока и Фэллон.
Я положила сумочку на стол, и в припрыжку поднялась по лестнице. Я толкнула дверь своей
комнаты и застыла и затаила дыхание – Мама?
Одетая в голубой халат, она лежала на кровати, свернувшись в позу эмбриона, и как я потом
разглядела, глаза ее были открыты. Что она делала в моей постели?
Ее взгляд был устремлен на стену перед собой, и казалось, она не замечает ничего вокруг, но
затем она моргнула и посмотрела на меня.
Грусть в ее карих глаза просто поразила меня. Это не моя мать.
Ее всегда аккуратно уложенные волосы сейчас были собраны в небрежный хвост, часть
прядей
закрывала ее лицо, и ранее гладкая кожа на лице и шее, сейчас без труда выдавала ее возраст и
ее состояние.
И она плакала. Много.
Она опустила взгляд, и я смотрела как она пыталась подняться на дрожащих руках. Она едва
держалась на ногах. Ее огромные глаза были уставшими, и мне сдавило горло, при виде ее
несчастного лица.
– Мама? – прошептала я.
И этого слова хватило, чтобы она снова потеряла самообладание. Она залилась слезами,
закрывая лицо руками, я же стояла не понимая какого черта здесь происходит, и не сон ли это. Мое
сердце было готово разорваться на пополам.
В моих глазах тоже появились слезы. Это все не по настоящему. Она притворяется.
Но мама лежала на кровати, всхлипывала,
происходящее. Я понятия не имела, что надо сейчас делать.
А затем я посмотрела на прикроватную тумбочку. Там стояла фотография папы и меня.
Меня.
Джульетты, не Кейси.
Мне было 10, он отвел меня на ярмарку, тайком от мамы, как раз в один из его приезд из
больницы. Эта фотография стояла в его больничной палате, и я не знала что с ней случилось после его
смерти.
Она была у мамы.
Затем я увидела еще одну фотографию. Она была выцветшей и старой. Подняв ее я увидела на
ней маленькую девочку, рядом двух взрослых. Это была моя мама со своими родителями. Ее отец был
в костюме и стоял позади жены, которая сидела в кресле, аккуратно сложив руки на коленях. Моя
мама, ей здесь лет 12-13, стояла по другою сторону. Ее не обнимала. И никто не улыбался.
Я посмотрела на нее, видя как она убрала руки с лица, но голову так и не подняла, она плакала
вцепившись руками в халат.
Я моргнула, позволяя слезе скатиться по щеке. Я не знала что надо делать. Я не любила свою
мать, я ее даже не знала.
Но видя ее сейчас, ее поломанную жизнь, как груз ошибок давил на ее плечи, я почувствовала
отчаяние, которое она сейчас испытывала. Как же ужасно наконец понять, как далеко ты зашла, и
обратной дороги уже нет. И как же наверно больно, когда твоя жизнь полна сожалений и осознаний,
что прошлого не вернешь и ничего не исправишь.
Из-за ее злобы, порицаний, и холодности, она потеряла все что у нее было в жизни, и сейчас я
была счастливее ее. Я не боялась ее, и я могла спокойно развернуться и уйти, ничего при этом не
потеряв. Но я не ушла.
Я села рядом с ней на кровать, и ждала пока она не выплачется.
****
– Привет – Тэйт упала на диван рядом со мной – Где ты был?
– Съездила в ад и обратно – бормотала я, отпивая свой коктейль- Ты же знаешь, занималась
обычными делами.
После того, как моя мама успокоилась, я помогла ей принять душ, переодела в чистую
пижаму, и приготовила ей сэндвич.
За все это время она не произнесла ни слова, и после того как она легла, на этот раз d своей
комнате, я дождалась пока она не уснет.
Завтра я снова к пойду, и если она заговорит, и скажет мне какую-нибудь гадость, то я уйду.
Но мне придется возвращаться, проверять ее состояние, поэтому я должна быть сильной.