Чтение онлайн

– Прошлый раз я визуализировал его только для тебя, мне это не нужно. Моё зрение на несколько порядков лучше обычного человеческого, я могу видеть в большем диапазоне, чем ты. Есть, нашёл. Три девочки посещали психолога, Платова Юля очень боится змей, София Елизарова обычных тараканов, а Маша Данилова терпеть не может голубей. Та-а-ак Ольга Садовникова даже лечилась у невролога, она плохо переносит темноту и спит с включённым ночником. А ты оказывается, не любишь находиться в толпе.

Алёна хмыкнула:

– Понятно, ты залез в компьютер школьного

психолога. Помню, как она допытывалась, что беспокоит меня больше всего. Как чувствовала: нельзя отвечать правду. И чем эти сведения мне помогут?

У Неркана на одной из ладоней появилась ещё одна коробочка на этот раз чёрного цвета. Поверхность прибора засветилась, пальцы тарийца заскользили по узорам.

– Я запрограммировал голограф, – объяснил Неркан, нажимая на красный зигзаз у края коробочки.

В метре от Алёны из травы подняла голову жуткого вида кобра, она высунула раздвоенный язык и зашипела.

– Мамочки! – испугалась Алёна и отскочила подальше от змеи.

Земноводное поползло по камню в сторону девочки.

– Убери её, убери!

Змея растаяла в воздухе.

– Не бойся – это всего лишь голограмма. Ты тоже не любишь змей?

– Их многие не любят.

– Нажмёшь вот здесь, появится меню с картинками, выберешь нужную позицию. Голограммы отключаются вот здесь,– Неркан дотронулся до квадратика в середине прибора. Действие голографа в радиусе десяти метров, тебе придётся быть неподалёку от тех, кого хочешь напугать. Для Садовниковой сама выберешь что-нибудь.

Алёна взяла коробочку, нажала на картинку со змеёй. Снова возникла мерзкая кобра.

– Принцип поняла. А откуда у тебя эти приборы, если у вас всё давно исчезло.

– Эти приборы когда-то существовали у нас, – переменчивые глаза Неркана дважды поменяли цвет. – Я их просто воссоздал. Торопись, там на твоей земле уже прошло больше трёх часов.

– Ой, скоро мама вернётся домой. Мне нужно спешить.

– Не потеряй маяк, – напомнил Неркан и помахал сразу обеими руками.

Алёна помахала в ответ и скрылась в светящемся овале.

Дома она тщательно отряхнула одежду, вытерла пол в центре комнаты от тонкого слоя серого налёта, похожего на пепел. И вовремя. Хлопнула входная дверь, послышался голос матери.

– Я дома. Алёнушка, поставь чайник на плиту, я по пути купила пиццу.

Алёна скривилась, она терпеть не могла, когда мама называла её так. Быстро постелила ковёр на место и отправилась на кухню.

– Как дела в школе? – Марианна Авдеевна с наслаждением сделала глоток горячего чая.

– Нормально, – Алёна откусила кусочек пиццы и вспомнила, что сегодня ещё не делала уроки. О них она попросту забыла.

– Завтра я немного задержусь – ужинай сама.

– Ладно.

Раз или два в неделю мать приходила домой позже. После этих задержек какое-то она время находилась в прекрасном настроении и даже забывала подробно расспрашивать о прошедшем дне в школе.

– Нормально – это никак. Что проходили? Тебя спрашивали?

Алёна вздохнула,

придётся рассказать, иначе мать не отстанет. Она уже давно к обычному рассказу добавляла выдуманные истории. Не говорить же правду, что сидит за партой одна и толком ни с кем не общается.

– Я не закончила уроки, – Алёна торопливо свернула повествование о прошедшем дне.

– Только не сиди допоздна. Я уже не раз тебе говорила, выбери те предметы, которые тебе пригодятся в будущем и налегай на них. Ты надорвёшься, пытаясь выучить на пятёрку все задания. Это ещё никому не удавалось. Ну разве что гению, а ты у меня умница, но не гений.

Алёна допила чай, отряхнула с рук крошки пиццы.

– И уступить Платовой. Ещё чего.

– Так ты стараешься из-за неё?

– Какая разница из-за чего?

– Есть разница. Учиться ради знаний для себя или из желания доказать кому-то.

Алёна насупилась. «Ну теперь начнётся. Лекция на полчаса»

– Да я просто так сказала. Конечно, ради знаний. Я пойду, ладно?

С уроками на этот раз она покончила быстро. Не стараясь, написала короткое сочинение, лишь просмотрела параграфы по истории и географии, сделала задачи по алгебре. На следующий день в школе она вся изнервничалась, впервые опасаясь вызова к доске. Думала о том, как будет радоваться её неподготовленности банда Пановой. Она не желала доставлять им такое удовольствие. Алёна даже забыла о своей обиде на Диляру.

Исполнение плана мести она решила отложить на более подходящее время. Алёна достала голограф, покрутила в руках и сунула обратно в сумку.

Вечером на занятии в театральной студии еле высидела два часа прогона нового спектакля.

«Зачем вообще сюда хожу? Мне совсем не нравится это», – мучилась Алёна, слушая, с каким пафосом произносит текст Соня Елизарова.

– Мышинская, чего такая кислая? Не можешь успокоиться, что не досталась роль Ларисы, – прошипела Платова.

Алёна только хмыкнула. Даже в фильме Михалкова бесприданница Островского тёмненькая. Елизарова, будучи жгучей брюнеткой и, если честно признаться, красавицей, идеально подходила на эту роль.

– Чего язык проглотила? Признай, на этот раз мы обставили тебя.

Алёна покосилась на слегка выпуклые голубые глаза Юли, немного нескладное длинное тело.

– Говорят, ты боишься змей.

Юля приоткрыла рот, влажно блеснули крупные зубы.

– А причём здесь это?

Алёна усмехнулась.

– Да так захотелось, посмотреть, как ты пищишь от страха.

– Ага, щас. Так я и доставила тебе удовольствие.

– Ты уж постарайся.

Алёна не собиралась пугать Платову прямо в театральной студии, но уж очень нудным показалось сегодняшнее занятие. Ещё дома она потренировалась, направлять невидимый луч голограммы в нужное место. Она незаметно вытащила чёрную коробочку из сумки, включила голограф – изображение королевской кобры возникло рядом со стулом Юли. Змея зашипела, капюшон раздулся, узкая голова повернулась к Платовой.