Поход
Шрифт:
Гаржапак колебался несколько часов. Он хотел бы проиграть в уме все возможности, но на собственном опыте знал, что это невозможно. В любом случае, жизнь внесет свои коррективы, и возникнут один или два варианта, которые не мог предусмотреть никто. Больше всего главаря мучил вопрос: почему нападение на чужестранцев закончилось так плачевно? Мальчишка уверяет, что они были предупреждены и все знали заранее. Считает их колдунами.
Но это самое простое объяснение на все случаи жизни! Во-первых, мальчишка оказался трусом, в атаку он шел в последних рядах. Значит, как убивали паука не видел. Вполне возможно, произошла
В конце концов, Гаржапак пришел к следующему выводу: до Города пауков путникам осталось около трех дней. Надо сейчас же собрать отряд из шести самых отчаянных бойцов и послать на перехват. Причем, наказать им устроить засаду и нападать только из засады! Никаких ночных налетов, никаких попыток подобраться к врагу по-тихому: выскочить из-за кустов и свалиться с деревьев. Даже если в результате такой акции попадется кто-то еще, хуже не будет. А остальным надо уходить, уходить как можно дальше. С посланным отрядом достаточно просто договориться о месте встречи. Никто не должен знать, куда уходит банда: восьмилапые слишком хорошо умеют докапываться до истины.
С этим решением он вышел на крыльцо своей хижины.
Гаржапак подозвал к себе Нургана, одного из самых своих доверенных головорезов. Нурган, так же как и Фамут и Гарт, обладал даром посылать и чувствовать мысленные импульсы. К тому же он, пожалуй, лучше всех представлял всю сложность ситуации. Если большинство видело здесь только опасность быть раскрытыми, то помощник главаря понимал и другую сторону случившегося: при большом шуме покупатель мог отказаться от их услуг. Тогда пропадал всякий смысл нападать на караваны: детей никто покупать не будет, а просто разбоем особо не разживешься. Когда подошел коренастый плотный мужчина, Гаржапак пригласил его внутрь хижины, что делал довольно редко, и там, за кружкой вина описал свое решение.
— Возьми с собой лучше всего тех, кто согласится на дело сам, — сказал он своему помощнику. — Расскажи им, насколько важно для нас разделаться с чужестранцами. Отправляйтесь немедленно. Сейчас вы еще можете перехватить их до прихода в город Пауков, но с каждым часом этот шанс уменьшается. Учти и то, что чем ближе вы будете к городу Пауков, тем труднее устроить засаду. Не мне тебе объяснять, что если нам некуда будет продавать детей, то лучше будет разойтись в разные стороны и никогда не вспоминать, что мы были вместе. О том, как мы будем прозябать поодиночке, рассказывать тебе тоже ни к чему…
Нурган согласно кивнул.
Выйдя из хижины, Нурган довольно быстро обошел лагерь. Бойцов в отряд он выбирал сам, но и желание учитывал. Надо сказать, что трое из тех, кому он предложил пойти на важное рискованное дело, от этого отказались. И все же через час после его беседы с Гаржапаком он собрал отряд даже не из шести, а из семи человек.
Отряд выступил в погоню за чужестранцами уже через три часа после
ГЛАВА 16
СВЕЙЛИ
Свейли сидела у себя в хижине, склонившись над миской с водой. Несколько ночей назад она видела, как на отряд Баста напали бандиты. Видела она и результат этой схватки. В силе и способностях гостя она не сомневалась с самого начала, и все же надо было посоветоваться со Служителем Мага и попробовать оказать их избраннику хоть какую-то помощь.
Чужеземец еще не дал согласия примкнуть к ним, но это никого не смущало: рано или поздно он обязательно должен был понять, что он один из них.
Лицо Служителя заняло почти всю площадь миски. Оно даже казалось больше своих естественных размеров: из миски выглядывали только нос, глаза и рот. Ни борода, ни длинные седые волосы в ней не помещались. И вообще — все лицо покрывала словно бы вуаль или дымка. Ясными и живыми оставались только глаза. — Ты знаешь, что на них напали, — сказала Свейли. — И ты знаешь, что они отбились. Но сейчас на них начали охоту. Как мне следует поступить?
Лицо Служителя долго оставалось задумчивым и ничего не говорило, но вот губы раскрылись, и послышались неспешные слова:
— Он достаточно силен, чтобы одолеть их. Однако он может совершить ошибку, которую нельзя будет исправить. Наша задача — уберечь его от неожиданностей. Пока что он не знает наших приемов, наших возможностей. Надо помочь ему незаметно. Следи за теми, кто хочет на него напасть. Лиши их хотя бы частично того, на что они рассчитывают. Предупреди избранного об опасности. Пошли ему сигнал тревоги. Ни он, ни его враги не должны понять, что мы вмешиваемся в их ссору. И, конечно, как я уже не раз тебе говорил, надо выяснить, с какой целью он сюда явился.
— Я подумаю, как можно незаметно и надежно предупредить избранного. А вот как выяснить цель его путешествия сюда, даже не представляю. Я уже несколько раз пробовала просмотреть его мысли, но он умеет ставить надежный барьер такому проникновению в его сознание. То же самое сказала и Тивар, — прошептала над миской Свейли.
— Вы мне это уже говорили, — кивнул головой старик. — Но надо попробовать еще раз. Попробуйте застать его врасплох. В конце концов, попробуйте просмотреть мозг его друга. Ведь он тоже, наверное, знает о цели их путешествия? Насколько я понимаю, такими способностями, как Баст, он не обладает. Вряд ли проникнуть в его сознание окажется трудной задачей.
— Об этом я как-то не подумала, — прошептала ведьма. — Хотя у меня сложилось такое впечатление, что он знает очень мало. Мне он показался больше слугой, чем другом.
— В иных случаях слуга может знать больше, чем друг, — возразил Служитель Мага. — Слуга постоянно находится при хозяине и слышит многое из того, что говорится вовсе не для его ушей.
— Я подумаю над этим, — согласилась Свейли. — Мне это раньше как-то в голову не приходило.
Глаза Служителя, смотрящие на Свейли из воды, потускнели, поверхность подернулась рябью, и все исчезало. Свейли еще несколько минут посидела над миской, потом встала и подошла к развешенным на стене пускам трав. Она долго и внимательно рассматривала каждый пучок, потом решительно взяла с десяток разных травинок и направилась к очагу.