Чтение онлайн

Рорк встал сначала на одно колено, затем во весь рост и швырнул камень в сторону хвоста поезда. На этот раз он услышал, как камень ударился о землю, отскочил и запрыгал по гравию.

Все трое резко обернулись. Один что-то произнес и пошел на звук к месту, где упал камень. Он исчез по другую сторону поезда, а двое других остались наблюдать.

Рорк выжидал, не зная, на что решиться. Если отошедший от группы эфиоп намерен вернуться назад, надо бежать немедленно: лучше рисковать сейчас, пока те двое заинтересованы случайным звуком. Однако если они присоединятся к третьему, тогда он сможет добраться до поезда фактически

без всякого риска.

Он взял карабин, поднялся и сделал шаг, но один из двух поменял положение, и Рорк снова упал на землю.

С другой стороны поезда раздался крик, и двое пошли на него. Вот их тени слились с темной громадой поезда.

Пора!

Огибая кусты, наступая босыми ногами на острые камни и гравий, Рорк преодолел отделявшие его от поезда тридцать ярдов примерно за десять секунд. Оказавшись в голове состава, он присел, карабин на коленях, и попытался успокоить частое от бега дыхание.

Меж колес он с трудом различил три пары ног и услышал приглушенные голоса. Шел спор, вероятно, возникли разногласия по поводу того, как реагировать на эти странные вещи: вначале – неизвестно каким образом возникший огонь, теперь – непонятные звуки. Один голос что-то упорно доказывал, другой, не менее властный, в целом был безразличным, а третий – подобострастно просил о чем-то, все время пытаясь встрять в разговор. Рорку стало все ясно: спорили, видимо, два начальника, а машинист выражал беспокойство по поводу задержки поезда.

Пары ног двинулись в сторону головы состава. Рорк пошел вдоль поезда в обратном направлении, теряя на некоторое время чужие ноги из виду. Он вновь присел на корточки и посмотрел сквозь пространство под вагонами. Трое эфиопов стояли у тепловоза и явно собирались обойти его спереди.

Рорк приблизился к грузовому вагону и попробовал открыть дверь. Она оказалась заперта. Применять силу он не хотел, опасаясь ненужного шума, и перебрался к другому вагону. Результат такой же. Боже мой, если эфиопы покажутся сейчас из-за тепловоза, они наверняка увидят его! Бежать к последнему вагону было уже поздно.

Ему не оставалось ничего другого, как втиснуться в промежуток между вторым грузовым и хвостовым вагонами. Рорк снова присел на корточки так, что букса оказалась над одним его плечом, а сцепное устройство – два мощных крюка с цепью – над другим. Карабин он зажал между коленями.

Глупо, но он, оказывается, смотрел не в ту сторону. Он повернул голову и пригнул ее ниже. Сделал он это вовремя – две пары ног шли прямо на него. Машинист, видимо, уже поднялся к себе в кабину, и через минуту-другую поезд тронется.

Двое эфиопов прошли настолько близко, что даже при слабом лунном свете Рорк сумел разглядеть их. Они были в военной форме. Куртка одного была расстегнута, видимо, он спал, и скрежет тормозов, и внезапная остановка поезда прервали сон самым грубым образом.

Они постояли у одной из дверей, обменялись парой фраз, и Рорк услышал, как дверь со скрипом открылась и они вошли в вагон. Рорк поднял голову. Прямо над ним, выше уровня сцепного устройства, была дверка. Через нее можно было попасть на маленькую платформу, служившую мостиком для перехода между вагонами. Чтобы добраться до дверки, ему надо было ухватиться за платформу, потом вскарабкаться на цепь... Нет, это глупо. Он сразу попадет в руки этих военных.

Со стороны тепловоза донесся звук запускаемого дизеля, и он почти мгновенно заработал.

Шипение выходящего через клапаны воздуха и глухие металлические удары явно указывали, что тормоза отпущены. Поезд вот-вот тронется, а он вновь останется сидеть у этой колеи. Надо немедленно за что-то схватиться и взобраться на поезд.

Рорк выпрямился насколько мог в этом тесном пространстве, ухватился за находящийся под дверкой мостик и забросил одну ногу на цепь. Едва он успел сделать это, как поезд резко дернулся, а потом медленно пришел в движение.

Цепь под его ребром с лязгом натянулась, оторвав его от земли и защемив при этом часть мякоти ноги. Рорк вскрикнул от боли и чуть было не выронил карабин, потому что рука, в которой он его держал, лихорадочно старалась дотянуться до какой-нибудь опоры. Когда вагон немного наклонился и цепь прогнулась, ему удалось освободить ногу.

Поезд набирал скорость. Рорк все время пытался найти для себя более надежную и удобную опору, поскольку его нога свисала почти над самыми шпалами, левая рука крепко вцепилась в платформу, а правой он держал карабин.

В какой-то момент, впервые за эти минуты, он заметил сбоку от дверки маленькую лесенку, прикрепленную болтами к задней стене пассажирского вагона. По ней он мог бы забраться на крышу, но сделать это будет не так-то легко. Теперь он сидел верхом на цепи, хотя сама мысль о том, что может произойти, если она вдруг снова натянется, доставляла ему беспокойство. Ведь он может лишиться главных своих достоинств, которые всегда делали Люси такой счастливой. Как жаль, что он когда-то снял и выбросил ремень карабина. Теперь он был бы кстати: карабин можно было забросить за плечо и иметь свободными обе руки.

Несмотря на ограниченность пространства, темноту и тряску, ему в конце концов удалось поставить ногу на сцепной крюк грузового вагона, положить карабин на платформу и подтянуться самому. Уже стоя на платформе, Рорк ухватился за железные перекладины лесенки и стал подниматься. По пути он заглянул через открытую дверь в полумрак вагона – деревянные сиденья, спящие в неуклюжих позах люди и повсюду узлы с вещами.

С крыши вагона мир выглядел куда более привлекательным. Со скоростью около двадцати пяти миль в час поезд шел по необъятному, залитому лунным светом простору пустыни. Рорк сидел спиной к локомотиву, наслаждаясь теплым потоком ветра, который ласково массировал его уставшее тело. Назад от него убегали две узкие блестящие полоски рельсов, а еще дальше при свете низких звезд он мог даже различить призрачные очертания гор. Это действительно было красиво.

Но самым прекрасным было ощущение свободы. Еще совсем недавно у него не было иной перспективы, как, превозмогая боль, плестись по пустыне и ожидать мучительной смерти от жажды. Теперь, достаточно комфортно и спокойно лежа на крыше, он движется в сторону спасительного убежища, куда, по его расчетам, должен прибыть еще до рассвета.

Вторник, 13 апреля

Не могло же бесконечно все идти так гладко. Пара остановок, которые сделал поезд, заставили Рорка изрядно поволноваться. Однако было все еще темно; несколько зданий, встретившихся на пути, были в основном одноэтажные, и из их окон Рорка вряд ли могли заметить. Два-три сошедших с поезда пассажира также не обратили на него внимания.