Похищенная
Шрифт:
– Я не хочу, чтобы меня спасали! – простонала Тэсс.
Боинг подхватил ее и, потянув вверх, посадил на свое седло.
Боинг развернул лошадь, и Тэсс обернулась, чтобы в последний раз взглянуть на Ворона.
– Ворон! Ворон! – повторяла она. Ей казалось, что она кричит, но из горла вырывался только хрип. Тэсс протянула к нему руку, взывая о помощи.
– Не оставляй надежды, ки-ти-хи! Жди меня в безлунную ночь, и я приду!
Это было последнее, что услышала Тэсс. Раздался грохот, и все покрыл сизый пороховой дым. Ворон
Все кончено. Тэсс закрыла лицо ладонями и зарыдала. Ей не хотелось жить. Ей было все равно, что будет дальше. Ворон погиб, и жизнь потеряла всякий смысл.
«Погиб. Погиб…» – гулким эхом звучало в голове Тэсс.
25
Ворон смотрел, как Тэсс скрылась в сизом пороховом дыму. Глаза защипало от слез.
Он всегда был воином, много раз видел смерть и разрушение. Но еще ни разу ему не было так больно и страшно, как в эту минуту, когда он смотрел, как Тэсс исчезает в никуда. Все было против них. Что их ждет? Увидит ли он ее когда-нибудь снова?
Ворон огляделся вокруг. Французы поливали англичан из засады непрерывным шквальным огнем. Английские солдаты бессмысленно пытались удержать боевой порядок, построиться в шеренги, но у них ничего не получалось. Они наугад палили по лесу. Противник был невидим. Призрак смерти навис над лесом. Армия Брэддока погибла. Это было ясно, как Божий день. Французы и их союзники-индейцы не закончат атаку, пока последний английский солдат в красном мундире не упадет на землю.
Ворону показалось, что сквозь густой дым он увидел знакомое лицо. Ему показалось, что это тот самый охранник, что привязал его к дереву. Не может быть! Значит, он еще жив? Да, это он. Надо позвать его. Надо попросить, чтобы он отдал ему ключ от этой проклятой цепи.
Ленапские воины никогда не просили о пощаде. Они всегда умирали достойно. Но мог ли Ворон позволить себе умереть? Мог ли он вот так сдаться? Сидеть и ждать, пока его расстреляют, как беспомощное животное? Он не мог быть воином, закованный в цепи. И Тэсс… Как же его Тэсс? Он любит ее, теперь он это знал точно.
Охранник двигался как-то неуверенно. Наверное, он был ранен. Он шел в направлении Ворона, но, казалось, идет наугад. В его глазах был смертельный страх.
Появление этого человека рядом с Вороном не было случайным. Ворон вспомнил, что мать всегда говорила, что в жизни не бывает случайностей, все предопределено планом Создателя, замыслом великого Манито.
«Еще не время умирать!» – подумал Ворон.
– Эй! – крикнул он охраннику и помахал ему рукой.
Тот повернул голову в его сторону. Когда он подошел ближе, Ворон увидел, что он ранен в ногу и истекает кровью.
– Отпусти меня! – прокричал Ворон. – Я – воин. Я не могу погибнуть вот так, как животное, привязанный к дереву.
Слезы градом текли по лицу охранника. Он не вытирал их.
– Господи Иисусе! Мы все
– Отвяжи меня, и я выведу тебя отсюда. Я отведу тебя туда, где ты будешь в безопасности.
Охранник прислонился спиной к клену и тяжело дышал. От потери крови он слабел на глазах.
– Ты – пленный. Я не могу отпустить тебя, – прохрипел он. – Они обещали, что, если я буду хорошо следить за тобой, они дадут мне много денег, когда мы придем в форт.
– Мы никогда не придем в форт, брат – сказал Ворон, глядя ему прямо в глаза. – Дай ключ. – Ворон поднял вверх закованные в цепи руки. – Освободи меня, и ты получишь возможность спастись.
Охранник молча смотрел Ворону в глаза, будто оценивая его слова.
– А, черт с тобой! – ответил он наконец. – Мне никогда это не нравилось, что они заковывают в цепи людей, как диких животных. Самое худшее, что может из этого получиться, – это то, что ты убьешь меня. Какая разница кто? Ты, или французы, или какой-нибудь другой индеец. Видно, мне уже никогда не вернуться домой.
Он полез в карман за ключом, и сердце Ворона бешено заколотилось.
Рядом просвистел снаряд, и оба, как по команде, закрыли головы руками.
Охранник достал ключ и стал возиться с замком. Наконец цепи звякнули и упали к ногам Ворона.
Ворон растер запястья, взял ключ из рук слабеющего охранника и освободил от цепей ноги.
Он поднялся и только теперь понял, как тяжелы были цепи.
Ворон наклонился и вытащил мушкет из-под убитого солдата. Охранник в ужасе отпрянул.
– Не бойся. Я не собираюсь убивать тебя, друг.
Он подобрал с земли мешок с порохом и патронташ.
– Нам нужно оружие, чтобы защищаться. Иди за мной! Поторопись! И тогда мы с тобой еще увидим закат солнца.
Охранник послушно последовал за ним.
Ворон двигался перебежками. От дерева к дереву, от куста к кусту.
Увидев, что Ворон направляется прямо в сторону противника, откуда шел непрерывный огонь, его спутник остановился.
– Иди за мной! Если я скажу бежать – беги, если крикну лежать – ложись!
Охранник кивнул.
– Понял, – неуверенно улыбнулся он Ворону. – Так ты все-таки надеешься прорваться туда?
– Видишь, вон там, на холме, засели стрелки? – объяснил Ворон. – Если мы сможем дойти до леса прежде, чем они нас подстрелят, то у нас все получится.
Охранник отер пот с лица.
– Я стану предателем, если пойду с тобой, – тихо сказал он.
Ворон уставился на него.
– Оглянись! Ты еще мало смерти видел сегодня? Посмотри вокруг!
Он стукнул себя кулаком в грудь.
– Этот человек сам по себе. Я ни на чьей стороне. Я выбираю жизнь. Я хочу вернуться домой, в родную деревню.
«К своей жене, – добавил он про себя. – К своей Тэсс, если найду ее».
Охранник в нерешительности оглянулся назад. Англичане падали и падали.