Шрифт:
1
Паола Романо поняла, что теперь у нее начались неприятности. Лишь несколько минут назад она ехала по Ричмонд-авеню, думая о своих делах, наслаждаясь бархатным октябрьским днем, обычным для Хьюстона, и подпевала записям Билли Джоэла. И вот она стоит на проезжей части, посреди битого стекла лицом к лицу с разъяренным мужчиной. Да, на такого нельзя не обратить внимания, мелькнуло у нее в голове.
– Вы что, рехнулись? – кричал он, наступая на нее. – Зачем
Только спокойно!
– Я не хотела наехать на собаку. Она метнулась прямо передо мной.
– Какую еще собаку? – прошипел он сквозь зубы. – Никакой собаки не было! – Он надвигался на нее своей громадной фигурой.
– Большой черный пудель. – Паола не намеревалась отступать, пусть даже у мужчины был угрожающий вид. Будто желая найти подтверждение, она оглянулась вокруг. – Вот здесь… здесь он пробежал минуту назад. – Ее голос дрожал, и это ее раздражало. А чего, собственно, она так нервничает? Она не сделала ничего дурного и не позволит себя запугать.
– Была собака или нет, вам не следовало так резко тормозить! Если, конечно, вы не желали, чтобы вас изо всех сил шмякнули по заднему бамперу.
– И что же мне оставалось делать? Сбить животное? – Теперь уже Паола почувствовала себя раздосадованной. – В любом случае, вам надо винить себя. Не нужно было наступать мне на пятки.
– Наступать на пятки! Я вам на пятки не наступал!
– Нет, наступали. Я заметила вашу машину еще за два квартала. И уже тогда вы пытались обогнать меня. Почему вы не хотите это признать? Вам еще повезло, что я не пострадала!
Лицо мужчины по-прежнему было мрачнее тучи, но ее последнее замечание заставило его призадуматься. Он взглянул на нее пристальнее и сказал уже спокойнее:
– Вы уверены, что с вами все в порядке?
Паола разжала кулаки и кивнула.
– Да. А вы? – Пусть этот вопрос был скорее задан ради приличия, но прозвучал кстати.
– Со мной все в порядке. – Он произнес это с чувством брезгливости. – Зато машина здорово искорежена. – Он указал на поврежденный капот своего новенького черного «БМВ», и его лицо исказилось как от боли.
Паола заморгала.
– Мне действительно жаль.
Она наклонилась, разглядывая погнутый бампер его автомобиля. Несколько царапин на капоте, разбитые фары. Паоле показалось, что задняя дверь вообще не откроется.
Глубоко вздохнув, мужчина снял темные очки. Теперь Паола могла, как следует его разглядеть.
Она с трудом сглотнула. Ну, до чего же хорош прямо кинозвезда: с зелеными глазами и бронзовым загаром гармонировали шелковистые светлые волосы. Он напоминал ей гибкого золотистого дикого кота, скрывавшегося в зарослях джунглей.
Паола вдруг сильно
– Я только что купил эту машину, – с горечью в голосе сказал он.
Улыбка тут же сошла с губ Паолы. Она сочувственно хмыкнула. Ей представилось, что если бы такое произошло с ее «БМВ», она тоже очень огорчилась бы. Но она была уверена и в том, что не стала бы рисковать такой машиной.
Он опять повернулся к ней. Зеленые глаза блестели на солнце.
– Я рад, что вы не пострадали, но, полагаю, это послужит вам хорошим уроком.
– Мне? – Паола просто остолбенела.
– Не следует отвлекаться, когда ведете машину, – продолжал он менторским тоном.
Да кто этот парень? С чего это он ее отчитывает? Она ведь за ним не гналась.
– Это вам следует поучиться водить машину, – парировала она. – Если бы вы не наезжали на меня, столкновения не произошло бы. – Ее итальянский темперамент снова дал о себе знать, пусть она и помнила увещевания матери придерживать язычок…
«Мужчинам не нравятся много мнящие о себе женщины, – мать повторяла это ей много раз. – Им нравятся такие, которые соглашаются с ним, прислушиваются. Особенно же они не терпят тех, кто оставляют за собой последнее слово». – «Да мне все равно, что думают мужчины», – отвечала ей Паола. «А пора бы задуматься, – не отставала Дот Романо. – Тебе уже двадцать восемь, и годы вспять не пойдут». Ее мать отказывалась верить в то, что Паола совершенно не рвется замуж. И дочь не собиралась ее в этом разубеждать…
Но совет матери куда-то испарился, лишь только зеленоглазый красавец внимательно посмотрел на нее.
Паола ответила таким же пристальным взглядом. Она знала, мужчины не любят, когда их считают в чем-то неправыми, особенно если речь идет об умении водить автомобиль. Например, ее отец уверен, что он лучший в мире водитель. Зачастую даже слова «женщина за рулем» произносят как оскорбление.
Прищурив глаза, ее собеседник полез во внутренний карман полосатого пиджака и вынул аккуратную записную книжку в кожаном переплете. Достал ручку с золотым пером.
– Как ваше имя? – В его голосе было раздражение.
Она пыталась изобразить улыбку. Внезапно и его ярость и вся ситуация показались нелепыми. Но сейчас улыбаться это все равно, что подливать масла в огонь.
– Паола Романо, – робко произнесла она. – А ваше?
Из другого внутреннего кармана он извлек визитную карточку, что-то написал на обороте и протянул ей. Их взгляды опять встретились: может быть или ей только показалось – в глубине холодных зеленых глаз мелькнул намек на интерес.