Подруга Мародеров
Шрифт:
– Сходите без меня! – не выдержала всего этого хаоса Джейн. – Я приду, как смогу. Встретимся там.
– Отлично, - захлопал в ладошки Петтигрю. Он явно засиделся без вылазок и совсем зачах от учебы, ведь ему, не такому талантливому и умному, как друзья, приходилось тратить на нее куда больше времени и сил.
– Уверена? – сдвинул брови Джеймс. Джейн лишь передернула плечами.
– Еще бы. Сохатый, мне не пять лет, дорогу в Хогсмид я как-нибудь найду. Слизнорт подержит меня часа два, не больше. И я вас догоню.
– Сходим пока в «Зонко», - поддержал идею
– А потом можно в «Трех метлах», как и хотели, - тоже согласился Римус. – Мы займем места, а ты как раз подойдешь.
– Ну, вот и решено, - улыбнулась Джейн. Слизнорт не испортит ей этот вечер. Порой, за последние дни, Картер казалось, что на самом деле мало что способно сейчас вновь ее сломать. Не после того, что она пережила. С чем смирилась. А теперь ее словно защищало и грело изнутри тепло надежды и жизни. Будто в душе зажегся яркий свет. И зажег его Эдгар Боунс. Наверное, Джейн никогда не сумеет его отблагодарить. Она всегда будет ему должна. Ведь он ее спас.
На защите Джейн уже привычно села с Сириусом сразу позади Джеймса и Лили. Ко всему привыкаешь, так что Картер почти не задело, что рука Поттера легла на спинку стула Эванс, небрежно касаясь ее плеч. А свой осадок ревности Джейн давно научилась засовывать куда подальше, проглатывая желчь.
– Я рад, что ты это сделала, - прошептал, прикрывшись учебником, Сириус, когда профессор Нолан начала читать вслух очередной параграф из книги самым нудным на свете тоном.
– Сделала что? – не поняла Джейн.
Уроки Нолан идеально подходили для тайных разговоров, ведь профессор не обращала на шепот, подобный гулу, внимания, а рассказывала все равно настолько неинтересно, что слушать ее не было ни малейшего желания.
– Отпустила его, - пояснил Сириус, пристально глядя ей в глаза. И (возможно ли?) во взгляде его горела надежда. Джейн вдруг стало неловко от того, как он смотрел на нее, от этой надежды, словно связанной с ней и тем, что она не замечала. Или просто боялась заметить?
– Я давно его отпустила, - фыркнула она, пытаясь прогнать внезапный мысли, вызывавшие смятение и страх. Сириус мягко улыбнулся, так по-домашнему, и покачал головой.
– Это ты так думала, но все ещё продолжала его держать.
Джейн опустила взгляд, невольно закусив нижнюю губу. Возможно ли, что друг прав? Может, потому им с Джеймсом и стало легче общаться, что их история закончилась навсегда, и они разлюбили друг друга?
Но ведь это не так! Не с ее стороны. Джейн знала, что до сих пор, всегда бы выбрала Джеймса, перед каким бы выбором ее ни поставили. Она по-прежнему мечтала о его улыбке и губах, она терялась в воспоминаниях о нем, ворочаясь в постели перед сном, она подавляла в себе ревность. Но просто теперь она научилась жить, осознавая, что Джеймс никогда к ней не вернется, и что как раньше не будет. Она это приняла. Так что, выходит, Сириус прав. Она отпустила Джеймса. Но ведь Сохатый-то отпустил ее куда раньше. Ведь да?
Джейн вырвалась из размышлений и заметила, что Бродяга все это время не отводил от
– Наверное, ты прав, - произнесла она, чувствуя необходимость что-то сказать. Сириус коротко усмехнулся.
– Конечно.
Джейн отвернулась, и взгляд ее уткнулся в широкую спину Джеймса. И от слов Сириуса, от осознания, что она отпустила Поттера, девушку вдруг накрыла тоска. Она бы отдала жизнь за то, чтобы Джеймс еще хотя бы раз сказал «Джейни» и поцеловал её. Один только раз.
– Джейн, - вновь зашипел Сириус. Джейн не повернула головы, но дала понять, что слушает. – Ты должна знать кое-что.
– Что? – Джейн сделала вид, что пишет, так как Нолан внезапно сделала паузу и уставилась в их сторону. Но замечания не последовало. И когда профессор возобновила лекцию, Картер взглянула на Блэка.
– Что я должна знать? – повторила вопрос она.
И теперь во взгляде Сириуса не было надежды. Скорее – пустота. И Джейн вдруг поймала себя на странной мысли – так же она смотрела на Джеймса с тех пор, как узнала, что он влюблен в Лили. Но почему Сириус так смотрит?
Она не успела развить мысль, как Бродяга зашептал:
– Джеймс. Даже если он сейчас с Эванс и действительно влюблен в неё, это не значит, что он тебя разлюбил. Думаю, в глубине души он никогда не перестанет тебя любить. Так же, как и ты его. Даже когда будешь с другим.
И Джейн ведь это знала. Не про Джеймса – про себя. Знала, что даже если найдет себе другого мужчину, через время, выйдет замуж, родит ему детей, в ее сердце всегда будет место, навеки принадлежащее Джеймсу Поттеру. Потому что то, как сильно и искренне она его любила, никакое время не сможет изменить.
Джейн закрыла лицо руками. Ей внезапно стало трудно дышать. Она и не думала, что то же самое может испытывать Джеймс. Точнее, она просто боялась в это поверить. И пусть это ничего не меняло, ведь Джеймс любит Лили, он никогда не вернется к своей Картер, но в груди Джейн теплело от мысли, что их с Джеймсом любовь была так же важна для него, как и для неё. Жаль только, что он так и не узнает, почему она его бросила.
Сириус изучающее наблюдал за подругой, и она, убрав руки, сдержанно улыбнулась ему.
– Кто же в меня такую влюбится? – попыталась отшутиться она. – С чувствами к другому парню.
Сириус склонил голову, и сейчас напоминал собой свою анимагическую форму – милого пса, с искрами в глазах смотрящего на обожаемого им хозяина. И от этого взгляда в голове Джейн вновь зашевелились странные мысли о том, что есть нечто важное, что она упускает.
– Как знать, - поджал губы Сириус и в этот раз отвернулся первым.
И Джейн вдруг показалось, что она в чем-то виновата перед другом. Стараясь загладить это, она легонько толкнула парня рукой в плечо, пока профессор не видела.