Подданная
Шрифт:
— И что ты предлагаешь с ней сделать? Извини, чем просто так убить, не лучше ли хотя бы попытаться? Это повысит наши шансы, пусть и на несколько процентов.
— Зачем убивать? Я бы забрал ее себе. С этими темными волосами она вполне сойдет за жительницу этой страны. — Колдун рукой подхватил ее прядь. — Мягкие. Как шерстка маленького тигренка.
Только в фильмах герои могут пафосно встать и заявить «А у меня спросить не хотите?». Ире же хотелось провалиться куда-нибудь под землю, проснуться, вернуться, в конце концов, обратно в камеру. Потому что разговор о смерти напугал ее. Напугал так, что она даже пошевелиться не смогла,
— Я тебе серьезно. Жительницы этого мира поголовно так выглядят: темные волосы, кожа чуть светлее, но в пределах допустимого, а глаза, пусть и зеленые, но не до такой степени яркие, чтобы на них обращали внимание, не присматриваясь. Красивая, конечно, но в сравнении со всеми остальными из ее мира кажется посредственностью. Ни светлых волос, ни высокого роста. Глаза интересные, но вон у той рыжей они гораздо лучше.
— Вот и не трожь, раз посредственность. Тебе борделей мало?
— Смеешься? Ты думаешь, в борделях можно найти такую вот? Чтобы так же беспомощно хлопала глазами, чтобы щурилась, когда кровь еще не до конца запеклась на губах? — Колдун погладил Иру по щеке, почти нежно. Но ее едва не передернула от отвращения. Пожалуй, прикосновение змей или пауков было бы приятнее. Этот мужчина просто мерзкий урод. И после его слов она бы с радостью бросилась к старику-алхимику и его зельям, лишь бы этот человек больше не касался ее, не трогал так, словно она уже принадлежит ему.
— Не знаю. Я по борделям не хожу. Но и девочку не трожь. Помрет — пожалуйста, а всего остального мне тут не надо. — Старик подошел поближе и стукнул колдуна по руке, заставив отойти от Иры. — Негативный фон плохо влияет на мою работу. А ты, думаю, слышал, что бывает с тем, что плохо влияет на мою работу.
Глава 78
Ире казалось, что главным был колдун. Но сейчас она четко поняла, что ошиблась. Возможно, алхимик и не был тем, кто все затеял: похищение ради неясных целей, стирание памяти, вкладывание знаний. Но в том тандеме, который Ира видела, он был главнее.
Старик не угрожал, только рассказывал. Так рассказывают о запланированном убийстве и случайных жертвах: без сожалений, без размышлений, с холодным расчетом.
И колдун тут же отступил от Иры, разочарованно цокнув. А ведь Ира заметила, сколько в колдуне непомерной гордости. И трусом тот отнюдь не был. Кем же надо быть, чтобы одним словом, легким ударом, который даже вреда не нанесет, заставить отступить явно не безобидного колдуна?
— Сходи пока за рыжей. Сильная, с ней придется прилично повозиться. Но у меня для нее есть одна штука, подчиняет даже сильнейших магов.
— А темненькую куда? Мне ж ее завести обратно надо.
— Полежит вон там. — Алхимик кивнул на широкую скамью. — Выживет — отлично, нет... значит, не судьба. Сам понимаешь, что если закинуть ко всем, а она там помрет, то начнется паника. А паника нам ни к чему. Так что давай пока за рыжей.
Когда колдун послушно ушел, алхимик повернулся ко мне и приставил зелье к губам.
— А ты пей. И не вздумай выплюнуть. Ты же не хочешь стать игрушкой этого? Поверь, тут даже смерть предпочтительнее. Хотя ты не умрешь: я ослабил твое зелье. Так что не бойся. Жалко такую красоту убивать. Пусть большой силы ты не показала, но иногда это не главное.
Ира судорожно сглотнула, едва не закашлялась: вкус был похож на смесь спирта и грязи.
Лена рассказывала о таком. Внутри будет что-то похожее на ластик. И нужно будет его остановить: не позволить стереть яркую картинку перед глазами. Но никаких событий прошлого, ластиков и чего-то подобного не было
Ира очнулась на мягкой траве, такой нежной, что подниматься не хотелось. Чуть прохладная, но без капель росы. Боли не было: рука была здорова, голова не раскалывалась. Более того, Ире казалась, что она давно не чувствовала себя настолько хорошо. Легкость и бодрость переполняли. Ира приподнялась и стала осматриваться. Нет, не луг, не лес, как она решила сначала. Пещера, поросшая мхом. Причем не склизким и противным мхом, а мягким, как коврик. Чуть светились голубоватые кристаллы в стенах.
Чуть дальше Ира увидела спуск. Опасливо озираясь, она подошла поближе. Куда ее занесло, что здесь происходит и как выбраться? В любом случае, надо попробовать спуститься, чтобы осмотреть все пространство. Как ни странно, но это место не вызывало тревоги, лишь умиротворение и желание задержаться здесь подольше. Всяко лучше, чем пить неясные жидкости и терпеть двух похитителей, один из которых хотел ее в личное использование.
Лестница уходила в воду, а вода была до того прозрачной и кристально чистой, что казалась отфотошопленной. Никакой живности Ира не заметила, потому рискнула шагнуть в воду: один шаг, не больше. Уровень воды был маленьким, не вызывал никакой опаски, а сама вода ласково-теплой. По плечам пробежал теплый ветерок, а озеро словно всколыхнулось. Появилось абсолютно иррациональное чувство чужого присутствия.
— Здравствуйте. — Ира и сама не поняла, зачем это сказала. Было чертовски глупо разговаривать в пустом пространстве. Но вода окутала ноги и поднялась до бедра. Окутала как кокон, а вот в остальном озере осталась примерно по щиколотку. Ира испуганно вскрикнула и отступила, падая назад на ступеньки. Однако удара не произошло: Ира поняла, что лежит на воде. Лежит и не тонет, словно на мягкой уютной подушке.
«Здравствуй».
Глава 79
Галлюцинация? Бред измученного разума?
«Мы не галлюцинация. Нет-нет!»
— А что тогда, — спросила Ира. Разговаривать с голосом в голове было странно. Странно, но не страшно. Даже интересно.
«Мы... Истоки».
— Истоки чего? — Ира не удержалась и провела рукой по воде. Та ласково, словно кошка, погладила ладошку в ответ.
«Истоки есть истоки. Тебе здесь нравится?»
— Да, очень! Хорошо, что я здесь. — Ира вспомнила о том, где должна была находиться сейчас. Магия или нет, она была безумно рада, что выбралась из лаборатории алхимика.
«Мы рады. Ты здесь. Это хорошо. Мало тех, кто говорит с нами. Ты можешь. Радостно. Здесь только разум. Тело там».
Ира не могла оторвать руку от воды. Ее хотелось касаться, в ней хотелось поплавать. И, словно чувствуя желание, вода тихонько поднялась, намочила одежду, но это было приятно.
«Алтарь. Плыви. Будет хорошо».
И Ира поплыла. Она помнила о словах Елены, что нельзя ни соглашаться, ни доверять. Но и откуда-то знала, что это не враг. Была прагматиком, а кем стала?
— Что это такое? — спросил Ноэль. Он не решался двигаться и осматриваться, лишь заворожено следил за происходящим. — Впервые вижу.