Подчини волну!
Шрифт:
Яр ничего ему не ответил. Прикурил сигарету - огонек был не красным, а серо-пепельным. С кряхтением порылся в кармане на штанах, выудил фонарик и перебросил его Вару. Тот в ответ буркнул что-то неразборчивое, что с равным успехом можно было принять и за благодарность и за совет обслужить себя самостоятельно.
– Дай прикурить, - подал голос Пал, - моя сдохла...
Он еще раз впустую щелкнул зажигалкой, как будто надеясь, что у нее проснётся совесть. Не проснулась. Меченный раздражённо швырнул ее на дёргающегося, словно через него ток пускали, ракшаса.
– Вот ведь, твари
Правда, повод для зависти был сомнительный. У черного не только лицо отсутствовало, но и затылок стал странно плоским. С провалами. Да и вообще его голова напоминала сырые «ежики» - тефтельки из фарша с рисом. Тоже круглая, слепленная из мяса, с торчащими кусочками чего-то белого. Правда, этого «ежика» соусом уже полили.
В таком положении жить вряд ли захочется.
– Слышь, Яр, а как ты думаешь, чем любовь пахнет?
– Пал, явно оберегая левый бок, уселся у стеночки прямо на асфальт и глубоко затянулся.
– В смысле?
– спокойно отозвался красавчик.
Подобные вопросы у него удивления давно не вызывали. Любил Меченный после хорошего расслабона пофилософствовать о чем-нибудь странном.
– Ну... любовь, - Пал неопределенно повел рукой.
– Не в смысле трах, а вообще.
– Не знаю, - Яр выдохнул дым через ноздри. След, прочерченный в темноте горящим кончиком сигареты Меченного был красным.
– И чем?
– Яблоками, - уверенно отозвался Пал.
– Хреном немытым она пахнет, - гавкнул неромантичный Вар.
– Давай, звони Изу. Пусть тачку подгоняет.
– А может так?
– с надеждой спросил Яр, которому совсем не улыбалось паковать трупы, а потом еще и тащиться в крематорий, умасливая старого Жила, чтобы он их тихонько оприходовал без регистрации.
– Давай оттащим их.. Ну вон хоть в щель эту, где мы торчали...
– Звони-звони, - отозвался татуированный, в котором совсем не вовремя проснулась ответственность.
– И пусть он по базе пробьет, не живет ли тут кто поблизости.
Лейтенант выругался под нос, выуживая из кармана мобильник. Конечно, никакой мистики могло и не быть. Даже можно было поспорить с точки зрения чистой логики. Граница совсем рядом. И ракшасы могли с равной долей вероятности как идти на охоту, так и возвращаться с нее. Или просто ошиваться поблизости. Может, они тоже хотели расслабиться?
Ну, это если не учитывать тот факт, что у Вара был нюх не только на ублюдков. Но и на их жертв. И ошибался он крайне редко. На памяти Яра... никогда.
***
После долгих препирательств с Изом отправили Меченного. Пал окончательно скис, не смотря на все его уверения, что с ним полный порядок. Все-таки, черный урод его отделал знатно. И парню стоило отлежаться. Тем более что ночью ему в патруль идти надо было. И Тир вряд ли бы поверил, будто лейтенант упал с кровати, совершенно случайно сломав себе пару ребер. Лучше дать кэп шанс ничего не заметить.
Вар быстро пробежал глазами список адресов, присланных ему Изом, и убрал телефон, снова к чему-то прислушиваясь. Яр отвернулся, чтобы не видеть его подергивающихся ушей. На сугубо лейтенантский вкус это выглядело кошмарно. Нечто
– Пошли, - скомандовал татуированный.
Красавчик безропотно двинул вслед за коротышкой. Пошли так пошли, ему виднее. Хотя идти хотелось как раз в обратном направлении. В этом ничего хорошего не предвиделось. Сколько раз уже видено, а кишки все равно вворачивает. И тошнотворнее всего чувство собственной беспомощности.
Как-то по пьяни Тир признался, что больше всего ненавидит в таких вот ситуациях то, что лично он ничего сделать не может. Тогда все сидящие за столом дружно промолчали. Видимо, не только капитана с Яром доставала беспомощность.
А что можно сделать? Только круша все на своем пути, нестись на улицы, чтобы отправить побольше уродов прямым экспрессом в ад. Но - засада!
– мертвые от этого не возвращаются.
Дом был совершенно обычным человеческим муравейником, даже еще и получше своих соседей. Монолитная семиэтажка на шесть подъездов с подобием детской площадки и чахлыми, засыпанными невесть откуда взявшимися листьями, газончиками. Даже решетка вокруг этого чуда архитектуры имелась. И калитка, запертая на замок, который не то, что гвоздем - пальцем можно было открыть не напрягаясь. Странно еще, что забор вместе с калиткой до сих пор был на месте. В таких кварталах тяга разрушения подобные ограждения сметает первыми. Хотя нет, вторыми. Первыми страдают как раз качели с каруселями.
Обойдя забор по периметру, и обнаружив-таки в нем дыру, в которую, не напрягаясь, въехал бы грузовик, они пересекли стоянку, забитую дешевыми машинами - преимущественно седанами с максимально вместительными багажниками, принайтованными детскими креслами и самой дерьмовой системой безопасности, которую можно купить за деньги. Видимо, местные жители считали, что запихать в машину как можно больше продуктов из супермаркета гораздо важнее, чем обеспечить сохранность собственных детей. Люди, что с них взять?
На фоне этого дерьмового глянцевого великолепия старенький «Ангел» выглядел как учительница пения в толпе дешевых проституток. Яр подошел к нему, заглянув в салон, заслонившись ладонью, словно его солнце слепило. Хотя даже Луна уже успела скрыться за топорщащимися антеннами крышами домов. Просто не хотелось заглядывать внутрь. Не хотелось - и все.
Увидел он почти то, что и ожидал. Вот только детских кресел, подмигивающих зелеными индикаторами полных батарей, было три. Три детских креслица максимальной степени защищенности. Два голубых с белыми мишками и одно розовое - в бабочках.
– Я их помню, - буркнул за спиной лейтенанта Вар.
– Им предлагали на Базу переселиться. Все-таки тройня.
– И чего они?
– тупо переспросил Яр.
Как будто непонятно, «чего они». Все-таки, приходилось признать, что акшара иногда были не умнее людей. Хотя, конечно, дело не в мозгах. Просто некоторые из них слишком упорно стремились отгородиться от реалий собственной жизни. Будто если сам поверишь, что ты человек, и семья у тебя человеческая, и жизнь у тебя человеческая, то и все поверят. Странно, но ракшасы в это почему-то не верили.