Чтение онлайн

— Вы не ответили, Константин.

— Я… даже не знаю, что вам сказать — запинаясь, попробовал отвертеться парень — просто я не вполне уверен…

— Хорошо, мой друг! — ответ молодого человека, похоже, вполне удовлетворил профессора — Это замечательно, что вы не пытаетесь рьяно отрицать его существование, сомневаясь в глубине души. По сути, мы все сомневаемся, даже не взирая на то, верим ли мы сильно, или вообще нет.

— Сейчас вы кое что увидите, и это обязательно оставит свой отпечаток на вашей вере, так как я до сих пор не вполне понимаю, ЧТО ЖЕ на самом деле открыл.

Сказав

эту загадочную фразу, Николай Михайлович кивнул в сторону стоящей за пультом дочери.

— Включайте, помощник.

С этими словами профессор, наконец, отпустил ладонь парня и отошел от колеса, взмахом руки попросив Константина сделать шаг назад.

Раздался щелчок тумблера и колесо, которое, только что мертвым грузом лежало на опорах, взмыло слегка в воздух, оставаясь в том же вертикальном положении, как оно и стояло до этого. Тумблер щелкнул второй раз, и, открыв рот, Кот увидел, что колесо сразу же стало вращаться, оставаясь, тем не менее, подвешенным в воздухе, словно при воздействии силы какого-то магнитного поля.

— Добавьте оборотов — негромко распорядился профессор, обращаясь к Алисе.

Сразу же после того, как Алиса что-то там подкрутила на панели управления, скорость вращения устройства резко увеличилась.

Теперь колесо, вращающееся в данный момент словно будучи надетое на невидимом валу, крутилось со скоростью обычного электродвигателя — примерно тысячи две-три оборотов в минуту.

Константин внимательно следил за всеми манипуляциями Алисы. Когда колесо завращалось, он долго не мог понять, что же сейчас было перед ним: очередной обман, или долгожданная истина.

Самообладание, наконец, вернулось к парню. Он медленно, молча обошел устройство со всех сторон, заглянул сбоку, и внимательно осмотрел его снизу. Далее, зачем-то, встав на табурет, он провел рукой над вращающимся колесом, словно ища невидимые провода или нити, идущие с потолка.

— Хм… интересно. — негромко проговорил он вслух.

Внезапно, чуть при этом не опрокинув пару штативов с пробирками, парень буквально ринулся к большому шкафу, где хранилось различное измерительное оборудование. Достав оттуда счетчик Гейгера он принялся снова деловито ходить вокруг устройства, собранного профессором.

— Странно, реакции ноль… — задумчиво пробормотал Константин.

Озадаченный парень почесал затылок, но сдаваться вовсе не собирался. Извлеченные им из шкафа разного рода дозиметры не показывали совершенно никакого вида радиоактивного излучения.

— Что ж, а как насчет электромагнетизма? — разговаривая скорее сам с собой, пробубнил Кот, и снова двинулся к шкафу с оборудованием.

Однако, ни обычные приборы, ни более сложное оборудование, не показывали какого-либо существенного изменения электромагнитного поля вблизи от чудо-машины профессора, колесо которой упорно продолжало совершенно бесшумно вращаться, порождая своим движением лишь слабый поток ветра.

Профессор Светлов, замерев на стуле, словно истукан, все это время восседал в сторонке, с любопытством наблюдая за сложными манипуляциями парня. Слабая улыбка замерла на его лице. Его можно было понять, ведь ученый был чрезвычайно доволен тем,

что смог запустить свою установку с первого раза.

Примерно то же самое касалось и его дочери, которая сидела рядом со своим отцом, облокотившись на плечо отца. Алиса точно так же не сводила своего взгляда с Константина. Со стороны могло показаться, что в данный момент эти двое наблюдают за действиями годовалого ребенка, который пару дней назад научился самостоятельно ходить.

Наконец, опробовав массу вариантов каких-то хитрых проверок, ошарашенный молодой человек сдался.

— Но в чем же тут подвох? Ничего не понимаю — произнес, наконец, он.

Устало, с обреченным видом, словно последние полчаса отобрали у него все имеющиеся силы, Кот сел, глубоко вздохнул и непонимающе уставился в одну точку.

— Но почему же нет никакой радости? — наконец подал свой голос профессор — Разве вы не убедились, что никакого подвоха тут нет.

— Но как… почему оно вертится? — Константин попытался задать вопрос, ответ на который у него, похоже, и так был — Что за принцип вы использовали?

— Хотите еще проверить? — подлил масла в огонь профессор — Давайте подключим сюда генератор. Поверьте, он будет вырабатывать обычный электрический ток настолько долго, насколько… — профессор на секунду задумался, обведя взглядом помещение лаборатории — …насколько, к примеру будет существовать это здание. Или эта планета. Или вся вселенная, если, конечно, генератор не выйдет из строя раньше…

— Подождите-подождите, профессор, получается, что мы тут имеем дело с чем-то потусторонним? — Кот подозрительно взглянул на чудо-агрегат — Вы поэтому спросили меня, верю ли я в Бога?

— Я вовсе не утверждаю, что здесь мы имеем дело с дьявольщиной, молодой человек — ответил Николай Михайлович, — однако, не все тут так просто, как может показаться с первого взгляда…

— Не все так просто? — поднял брови Константин — Да уж, может еще скажете, что с этой задачей смог бы справиться даже обычный студент!

В этот самый момент в лабораторию спустилась Лариса Петровна. Все обернулись на звук ее шагов.

— Господа ученые, прошу на кухню пить чай, я напекла оладий на ужин. Только не забудьте помыть руки.

За кухонным столом, медленно попивая из небольших чашек чай, сидели четверо. Почему-то все смотрели на Константина, словно чего-то от него ожидая. Первым нарушил молчание профессор Светлов.

— Каковы будут наши дальнейшие планы? — с энтузиазмом спросил он.

— Я… ну, как вам сказать… — Кот замялся, словно мучительно собираясь с мыслями, — а могли бы вы еще рассказать о своем открытии, профессор? — вдруг оживился он.

— Что ж, — как бы издалека, начал свою речь Николай Михайлович — как я уже упоминал, однажды мне удалось понять кое что из того, как устроена эта вселенная: чистая, безграничная энергия наполняет ее пространство, источник которой лежит вне досягаемости нашего обычного восприятия. Вполне может быть, что этот источник вовсе не принадлежит известному нам обычному материальному миру. Это, собственно, и стало теоретической основой для создания моего устройства.