Подарок мертвеца

Несколько

человек помогали мне собирать материал для этой книги, и, хотя я не смогла воспользоваться информацией должным образом, мне хочется поблагодарить их за добрые намерения и за то, что не пожалели для меня своего времени. В первую очередь я благодарю свою подругу Треву Джексон, которая помогала мне с деталями этой и нескольких других книг. Ее дочь Миллер тоже время от времени вносила свою лепту. Еще мне оказал огромную помощь мой собрат-писатель Робин Барселл: он не только подсказал мне детали полицейской процедуры, но и представил меня агенту ФБР Джорджу Фонгу, который совершенно не похож на агента в моей книге. Мой товарищ по колледжу Эд Утман поделился несколькими забавными воспоминаниями о студенческих годах в Мемфисе. Джулия Рай Херман и Рошель Крич с доброжелательностью исправили некоторые мои ошибочные представления об иудейской вере. Я очень ценю помощь всех этих людей.

Когда мы встретились с Клайдом Нанли на старом кладбище, он не понравился мне с первого взгляда. Дело было не во внешнем виде: его одежда вполне подходила для мягкой зимы в Южном Теннеси, тем более учитывая, чем он собирался заниматься. На нем были старые голубые джинсы, рабочие ботинки, бесформенная шляпа, фланелевая рубашка и вполне уместный жилет с начесом. Но доктор Нанли излучал вкрадчивость и самодовольство, говорившие о том, что он привел меня сюда, чтобы сделать объектом насмешек. Он явно считал меня мошенницей.

Нанли потряс мне руку и втайне позабавился, пристально разглядывая меня и брата, стоящих бок о бок в ожидании его указаний.

На факультете антропологии под эгидой колледжа Бингэм доктор Клайд Нанли читал курс «Открытый ум: что происходит за пределами нашего мирка». От меня не укрылась ирония этого факта.

— На прошлой неделе у нас был экстрасенс, — сказал доктор.

— На обед? — спросила я.

Он сердито взглянул на меня.

Я же искоса посмотрела на Толливера. Тот слегка сощурил глаза, давая понять, что его это развлекает, но предупреждая, чтобы я вела себя вежливо.

Если бы не присутствие засранца профессора, я бы была полна предвкушения. Сделав глубокий вздох, я посмотрела мимо доктора Нанли, на надгробия, старые и поблекшие. Место как раз по мне.

По американским меркам кладбище могло считаться старым. Здесь росли почти двухвековые деревья. Некоторые из них могли быть всего лишь побегами, когда тех, кто лежал на кладбище Святой Маргариты, предали земле. Теперь деревья стали высокими, с толстыми ветвями, летом их тень наверняка была благословением. Но сейчас, в ноябре, ветки лишились кроны, а выцветшую траву усыпали высохшие листья. Небо, холодное и серое, навевало печаль.

Я ожидала бы в подавленном настроении, пока здесь соберутся остальные, если бы меня не ждало угощение.

Надгробия, все еще не покосившиеся, были разными

и по цвету, и по положению. Под ними меня ждали мертвецы.

Дождя не было уже около недели, поэтому я надела не сапоги, а кроссовки «Пума». Контакт будет лучше, если я сниму обувь, но студенты и профессор, без сомнения, примут такой поступок за еще одно подтверждение моей эксцентричности. К тому же было немного холодновато для того, чтобы разгуливать босой.

Студенты Нанли явились сюда, чтобы посмотреть, как меня будут «демонстрировать». В том и заключалась суть дела. В группе было около двадцати человек, двое из студентов — постарше прочих: одной женщине перевалило за сорок. Я могла побиться об заклад, что она явилась сюда в вышедшем из моды мини-фургоне, который выдавался среди других машин, припаркованных за проволокой, натянутой между белыми столбиками, которые отделяли кладбищенскую парковку от травы погоста. Женщина рассматривала меня с открытым и полным любопытства лицом.

Еще одним «нетрадиционным» членом группы был мужчина, на мой взгляд, лет тридцати с небольшим, одетый в вельветовые брюки и пестрый свитер. Ему, наверное, принадлежал сияющий «колорадо»-пикап. Клайд Нанли, скорее всего, приехал на древней «тойоте». Остальные четыре машины, потрепанные и маленькие, должно быть, принадлежали «обычным» студентам, которые столпились плотной группой, чтобы наблюдать за демонстрацией.

Хотя кладбище Святой Маргариты вообще-то находилось на территории колледжа Бингэм, старая церковь располагалась на самых задворках университетской территории — за небольшим стадионом, теннисными кортами и футбольным полем, — поэтому неудивительно, что все студенты приехали сюда на машинах, тем более в такую зябкую погоду.

Собравшиеся здесь парни и девушки входили в обычную возрастную категорию от восемнадцати до двадцати одного года. Я испытала странное потрясение, осознав, что они всего на несколько лет моложе меня. Они носили обычные голубые джинсы, спортивную обувь и утепленные куртки — примерно так же оделись и мы с Толливером.

Куртка Толливера была из «Лэндз энда» [1] , ярко-красная с голубыми полосками. Красное шло к его черным волосам, и куртка была достаточно теплой для большинства южных штатов. Я носила свою серо-голубую утепленную куртку, потому что чувствовала себя в ней уютно и безопасно и потому что мне ее подарил Толливер.

Все мы выделялись яркими пятнами на фоне серого цвета вокруг. Деревья, окружавшие старую церковь, ее двор и кладбище, давали чувство уединения, как будто здесь, на задворках университетского городка, мы оказались на необитаемом островке.

— Мисс Коннелли, нам не терпится увидеть вашу демонстрацию, — сказал доктор Нанли, чуть ли не смеясь мне в лицо.

Он сделал стремительный вычурный взмах рукой, охватывавший множество надгробий. Студенты не отличались энтузиазмом, они казались замерзшими, скучающими и лишь слегка заинтересованными. Я подумала: кто был тот экстрасенс, которого им демонстрировали раньше? Немногие экстрасенсы обладают истинным даром.