Шрифт:
Пролог
Почему люди уезжают из городов в горы? Причин может быть ровно столько же, сколько этих самых горожан — чудаков, без всякого сожаления покидающих цивилизованные и обжитые мегаполисы.
Это и неважная, мягко говоря, экология больших городов, и, в противоположность ей, живительный и здоровый климат гор. Это проблемы трудоустройства или вопросы жилья. А может, всего-навсего желание освоить наконец горные лыжи и ощутить радость скольжения — почти полета! — по заснеженным склонам.
Некоторых горожан, уставших от скучных городских
Есть и еще один фактор, который пока еще принято относить к сверхъестественному. Он влечет в горные районы тех, кто обладает эзотерическими познаниями. Они стремятся испытать на себе гипнотизирующее и очищающее влияние гор, верят в их магнетизм и животворную силу…
И вообще — горцы составляют львиную долю долгожителей нашей планеты. Так почему бы под конец жизни не попытать счастья и не влиться в их число?
Иным же нравится удаленность и труднодоступность горных районов — никто не доберется, не побеспокоит, не будет мешать жить так, как хочется…
А вот в маленьком американском городке Монтроз, что в штате Колорадо, труднодоступность иных районов создает немалые трудности для его обитателей. Например, для учеников начальных и средних школ, живущих в таких «укромных местах», уже давно установлены долгие зимние каникулы — с января по март. В эти месяцы зима здесь бывает настолько суровой и дороги так заносит снегом, что выбраться куда-то из дома становится проблемой. Кстати сказать, есть тут места, где зима преследует горцев и летом. В высокогорной долине Саут-Парк — географическом центре штата Колорадо — зима, как любят шутить местные жители, начинается в августе, а кончается в июле. Снег тут может выпасть в любой день года.
Вот мы и добрались до сути нашего повествования.
У нашего героя, Бардалфа Гидеона, была абсолютно нетипичная причина для того, чтобы уехать из Нью-Йорка в горы. Он отправился в район самого крупного горного массива Северной Америки — Скалистых гор, чтобы написать там очередной детективный роман. Причем выбрал Бардалф тот самый городок Монтроз, который был упомянут выше, и остановился в том же особняке, где когда-то провел несколько нелегких отроческих лет.
Правда, с написанием романа получилась некоторая неувязка… Нет, роман был, был… Но только не детективный. О чем Бардалф, впрочем, нисколько не жалеет. Вот как это начиналось…
1
Бардалф Гидеон налил из термоса чашечку кофе и поудобнее расположился в плетеном кресле на крыше небольшого особняка, который он снимал в китайском квартале Нью-Йорка вместе с собирателем лекарственных трав из Индии и двумя стриптизершами из Канады. Был уже поздний час, в темном небе над огромным городом зажигались далекие звезды, и теплый воздух начинал как будто звенеть от тишины, все явственнее воцарявшейся среди небоскребов и других зданий американского Вавилона.
Рядом с Бардалфом сидел его литературный агент, и оба развлекались тем, что наблюдали импровизированное представление, разыгрывавшееся внизу на нешироком деревянном помосте. Вокруг помоста стояли зеваки, туристы,
Внешний вид человека нередко бывает обманчив, подумал Бардалф. Вот, к примеру, под этими нелепыми тряпками уличных отщепенцев общества могут биться бесстрашные сердца и таиться добрые, чистые души, а за лоском дорогого костюма или модного платья порой скрываются трусость, жестокость или разврат.
— Иногда мне кажется, — лениво заметил он вслух, — что время, эпохи, ход истории не очень-то меняют людей. Меняются ценности, но не основные человеческие желания и инстинкты. Человек всегда хочет быть сытым, иметь крышу над головой и кого-то любить.
Бардалф был добровольным рабом сильных ощущений. Он мог получать неподдельное удовольствие как от знакомства с необычными людскими судьбами, так и от острых запахов китайской кухни, доносящихся из ресторанчика, расположенного вблизи особняка, в котором он прожил уже больше года. А сейчас он наслаждался ароматом хорошего бразильского кофе и с любопытством спрашивал себя: интересно, куда же теперь метнет меня эта чертовская, ненасытная жажда жить настоящей, полнокровной жизнью?
Литературный агент повернулся к своему собеседнику и сказал:
— Итак, теперь, когда ты закончил книгу, я полагаю, тебе было бы неплохо слетать вместе с сыном в Скалистые горы и отдохнуть. Ведь там у тебя есть собственный дом…
— У нас с Уиллом нет собственного дома, — ответил Бардалф и тяжело вздохнул.
И вдруг, будто в противовес его словам, перед ним ярко всплыли картины далекой, невозвратимой поры. Он четко вспомнил уходящие в небо пирамидальные пики Сангре-де-Кристо — одного из звеньев цепи Скалистых гор в штате Колорадо, вспомнил многочисленные ранчо у подножия этого крупнейшего горного массива Северной Америки, и ему впервые в жизни захотелось вновь увидеть эти места, которые он так любил в отроческие и юные годы. Особенно ему захотелось побывать на высокогорном плато Анкомпагре и в почти забытом городке Монтроз…
Во взрослой жизни, став уже писателем, Бардалф привык тасовать места своего обитания, как карты. Стоило ему закончить очередной остросюжетный детектив, действие которого развертывалось там, где он поселялся, как его тут же обуревало желание перебраться в какое-нибудь другое незнакомое место, и он срывался туда, чтобы приняться за новый роман.
— И все же тебе следует отдохнуть, глотнуть воздух свободы, почувствовать себя раскрепощенным, не прикованным рабочими цепями к письменному столу, — продолжал настаивать литературный агент.
— Я никогда не теряю свободы, — спокойным тоном ответил Бардалф, которого его собеседник знал под псевдонимом Джим Вулф. — Если бы я хоть однажды почувствовал, что она находится под угрозой, я тут же отказался бы от писательства.
— О, черт возьми, еще чего не хватало! Ради Бога, выбрось эти мысли из головы, — воскликнул агент. — На нашем горизонте появился еще один кинопродюсер, готовый сделать фильм по твоей следующей книге. Было бы глупо с нашей стороны упускать очередной шанс хорошо заработать.