Под присягой

«Под присягой»

Серия: «Соблазняя формами – 5»

Майра Стетхем

Аннотация

Мои сестры любят говорить, что я притягиваю неприятности.

Я же просто думаю, что знаю, как повеселиться. Но когда ограбили новый бар, в котором я работаю, и мне пришлось давать показания, даже я должна признать,

что это немного пугает.

Оут Харрисон — один из штатных сотрудников на моем новом месте работы, а также окружной прокурор, ведущий это дело. Его улыбка с ямочками на щеках притягивает меня, но то, как он смотрит на меня, не дает мне покоя. Его прикосновения не дают мне возможности прерваться и немного отдохнуть. Особенно когда это заставляет меня задуматься, каково было бы угостить его чем-то большим, чем просто выпивкой.

Мы противоположности во всех отношениях. Желать большего от такого вспыльчивого мужчины значило бы напрашиваться на разбитое сердце, ведь я даже не верю в любовь.

Но когда я нахожусь под присягой, я ни за что не смогу солгать о своих чувствах. Я просто надеюсь, что когда дело будет закрыто и обвинение успокоится, мое сердце все еще будет в безопасности.

? Автор: Майра Стетхем

? Книга: «Под присягой»

? Серия: «Соблазняя формами – 5»

? Содержание: Пролог + 14 глав + эпилог

? Переводчик: Denika

? Редактор: Эвелина С.

? Обложка: Wolf A.

Переведено для группы « Золочевская Ирина и её друзья »

Мы в ВК: https://vk.com/zolochevskaya_irina

Мы в ТГ: https://t.me/zolochevskaya_irina_and_friends

Внимание!

Текст переведен исключительно с целью ознакомления, не для получения материальной выгоды. Создатели перевода не несут ответственности за его распространение в сети. Любое коммерческое или иное использование, кроме ознакомительного чтения, запрещено.

Приятного прочтения!

Пролог

Фернанда «Ферни» Мартинес

Я поняла это в тот момент, когда он вошел в бар, не отрывая взгляда от напитка, который я готовила. Мое тело стало подстраиваться

под него.

И мне это не понравилось.

Прошло два месяца с тех пор, как я переехала в Лас-Вегас из Лос-Анджелеса. Конечно, я скучала по своим сестрам и маме, но, честно говоря, теперь, когда я была в другом штате, я общалась с ними больше, чем когда жила дома.

Одного за другим их всех покусал любовный жук. Это о чем-то говорило, поскольку нас шестеро. Сказать, что у моей мамы было полно забот, когда она воспитывала нас в одиночку после смерти моего отца, было бы преуменьшением.

За два месяца, проведенных в Вегасе, в фешенебельном баре на стрип-стрит, недалеко от здания суда, я познакомилась с самыми разными людьми. Ничего необычного, к чему бы я не привыкла, поскольку я начала пить с тех пор, как мне исполнился двадцать один год.

Я знала, как работать с людьми.

Мама всегда говорила, что я люблю общаться с людьми. Если сравнивать меня и мою близняшку Фабиолу, я была экстравертом, быстро возвращающимся к действительности, с кокетливой улыбкой и непринужденным отношением.

Но я ставила деньги на то, что буду последней, кто влюбится. Жизнь слишком коротка, чтобы привязывать себя к одному человеку. Я на собственном опыте убедилась, как это больно, когда теряешь любовь всей своей жизни. Я видела это собственными глазами и рано поняла, что завтрашний день не гарантирован.

Трое из нас семерых все еще были одиноки. Хотя я была уверена, что нас осталось только двое, так как я верила, что с моей мамой что-то происходит. Я была уверена, что она с кем-то встречается, но по какой-то причине она не признавалась в этом. Самая младшая из нас, Джемма, только что окончила среднюю школу и собиралась отправиться в годичное туристическое путешествие по Европе со своим лучшим другом. Другом, который, я была почти уверена, испытывал к моей забывчивой сестре нечто большее, чем дружеские чувства, поскольку он смотрел на нее так, словно она подвесила луну.

Все падали духом, покоряясь Купидону, кроме меня.

Не то чтобы я возражала или даже завидовала. Какой в этом был смысл? Если бы вы спросили меня, я была самой умной из всех. По крайней мере, я так думала, пока три недели назад, во вторник вечером, он не зашел в бар чуть позже девяти. Другой бармен подошел и поговорил с ним. От одного его вида во мне что-то встрепенулось.

Насыщенный тембр его голоса был похож на зов сирены, а когда он улыбнулся, у меня в груди что-то странно защемило.

То, что я была категорически против того, чтобы когда-либо чувствовать.

Это было три недели назад.

Я работала шесть дней в неделю, и он появлялся почти каждую смену. Две недели назад он начал сидеть в моей секции. Он представился в первый же вечер.

Сначала он флиртовал. Рассказывал о своей жизни, каким-то образом заставив меня рассказать о себе. Он был красив и обаятелен. Харизматичен. Из-за его темно-карих глаз невозможно было не пофлиртовать в ответ. Но когда неделю назад он пригласил меня на свидание, я отказала ему. В нем было что-то такое, что, как я сразу поняла, делало его намного сложнее, чем мне хотелось бы.