Под напряжением

Annotation

Он выбрал одиночество и бесчувственность. Он уже давно не испытывает жалости к представительницам противоположного пола, считая их или жадными сучками, или легкомысленными дурочками, или психопатками. И если первые 2 качества можно было выявить сразу, то последнее могло проявиться слишком поздно. Как и произошло в последний раз, когда Ник Торнадо пожалел девушку. Теперь он стал умнее. Вся ее жизнь делится на до и после. До автокатастрофы она была жизнерадостной и счастливой. Сейчас ее жизнь наполнена чувством вины и безнадежности. Она не верит в счастливое будущее, но вынуждена жить. Они совершенно разные, но жизнь такая сука…

ПРОЛОГ

Оглушительный визг шин, резкий удар и неестественная тишина… Лара медленно открыла глаза и увидела перед собой густую паутину трещин, покрывающих лобовое стекло серого «Вольво». Первая мысль, которая прорвалась в сознание девушки –

почему оно не рассыпалось? Миллионы крохотных осколков переливались на солнце и слепили глаза. Вторая мысль была о Дэне. Он сидел на соседнем сидении, глядя перед собой. Следов крови и повреждений не было видно, и Лера решила, что все обошлось. Однако что-то в этой картине вызывало тревогу. То ли ее смутил немигающий взгляд мужа, то ли его неестественная поза, но в следующую секунду всепоглощающий ужас зародился внутри ее живота и с рекордной скоростью стал распространяться вверх, расталкивая и парализуя все органы, пока не вырвался наружу в каком-то болезненном хрипящем крике. На этом месте Ларин сон всегда прерывался, оставляя ее обессиленной, задыхающейся в море вины и безнадежности. Переживая один и тот же кошмар ночь за ночью девушка уже не испытывала такого ужаса, который заставлял ее в первые месяцы после аварии съеживаться под одеялом и рыдать до утра либо бежать в ванную, включать горячую воду и сидеть часами под обжигающими струями воды. За 6 месяцев, прошедших после аварии, она даже стала привыкать к этому кошмару, как неотъемлемой части своей жизни, как к заслуженному наказанию. Ложась спать, она брала с собой побольше воды, которая выпивалась после болезненного пробуждения среди ночи, а также, учебник по ядерной физике, забытый в дальнем углу шкафа бывшими владельцами. Изучение сверхсложных формул может и не приносило душевного покоя, но служило эффективным способом уснуть.

ГЛАВА 1

«Работники этого офиса за что-то мне мстят». Так думала Лара, выметая смятые бумажки из-под компьютерного стола в финансовом отделе компании «Game Time». Упрямые бумажные комочки отчаянно цеплялись за все возможные предметы, прятались в дальних углах, выпрыгивали из рук. А рядом стояла практически пустая урна для мусора. Девушка громко вздохнула, пытаясь дотянуться до смятого листа, застрявшего за системным блоком. С самого утра этот ничем не примечательный день не задался. Лара не выспалась, так как после ночного кошмара долго не могла успокоиться. Книга по высшей математике сегодня не помогла. Девушка так и просидела до рассвета у окна, глядя в одну точку. Она уже давно не пыталась избавиться от ноющей боли в груди, а просто проживала каждый новый день. Лара вынуждена была жить ради дочки. Это единственное, что она могла сделать для погибшего мужа.

София тоже проснулась без настроения. Нет, она не капризничала. Девочка была слишком послушной и понимающей, чтобы капризничать без причины. Вчера в маршрутке по дороге домой Софи увидела у незнакомой девочки красивую куклу в наряде принцессы. С тех пор дочка либо говорила о ней, либо мечтательно молчала. От этого у Лары разрывалось сердце. Софи не просила купить ей куклу, она знала, что у мамы нет денег. Девочка с надеждой сказала, что попросит куклу у Деда Мороза и весь год будет самой послушной дочкой. Лара была полна решимости помочь Деду Морозу. На предыдущий Новый год Софи просила живого попугая, но Лара могла себе позволить только набор карандашей и раскраску с наклейками. И не только из-за денег, но и потому, что 14-метровая комната, в которой они ютились, маловата для девочки с попугаем. В следующую новогоднюю ночь Лара не разочарует дочку. Такие невеселые мысли носились у нее в голове, пока девушка собирала мусор в пакет и несла его к лифту. Софи тихо сидела за столом и рисовала. Обычно Лара включала дочке мультфильмы на компьютере, а сама подкреплялась чашкой бесплатного кофе из автомата и приступала к уборке.

Это было самое любимое время дня у дочери и самое спокойное – у Лары. Но только не сегодня. Начальник финансового отдела Патрик Маршалл выбрал именно этот день, чтобы остаться на работе допоздна. Лара шла от лифта со шваброй и наблюдала через прозрачное, предназначенное для того, чтобы держать под наблюдением подчиненных в течение дня, стекло, как он сосредоточенно работает на компьютере.

– Ну кто сидит на работе в пятничный вечер? – тихо пробубнила Лара, выжимая половую тряпку.

Подчиняясь правилам отношений между богом и обычной смертной, Лара должна бы преклоняться перед Патриком за все те благодеяния, что он ей оказывал: взял на работу без прописки, терпел присутствие ее ребенка в офисе, даже предложил подработку в качестве уборщицы его квартиры два раза в неделю. Один из таких дней наступал завтра, с сожалением подумала девушка. Если бы не эти жизненно важные пять тысяч, которые Маршалл платил ей за уборку, Лара ни за что не связалась бы с ним. В присутствии Патрика девушка всегда чувствовала себя неуютно. Может быть дело было в чувстве вины за то, что она не испытывала к нему той благодарности, которой несомненно ожидал начальник, а может – в холодности его светло-голубых глаз, снисходительно смотрящих на нее каждый раз при встрече. Если бы кто-то спросил девушку о начальнике, она вряд ли смогла бы объяснить, какие чувства к нему

испытывает. Он был довольно симпатичным. Русые, а при более пристальном рассмотрении – рыжеватые волосы обрамляли бледное, немного веснушчатое лицо. Светло-голубые глаза, острый нос и губы педанта довершали образ типичного офисного работника. Невысокого роста, но с подтянутой фигурой он наверняка казался многим женщинам красивым, только Ларе никогда не нравился подобный тип мужчин. К тому же, по мнению девушки, у него были какие-то худые невыразительные плечи. Но это никак не влияло на тот факт, что Маршалл слыл одним из самых перспективных управленцев в компании. Аккуратный и подтянутый, с симпатичным, немного смазливым лицом и располагающими манерами, если этого требовала ситуация, он, в тоже время, был самым педантичным и честолюбивым человеком, какого девушка когда-либо знала.

Лара наклонилась, чтобы оттереть пятно на полу и, почувствовав резкое головокружение, схватилась за спинку стула. Вероятно, сказывался недостаток сна и один бутерброд из хлеба, посыпанного сахаром, съеденный девушкой за весь день. Денег оставалось только на несколько дней скромного питания, поэтому Лара старалась экономить на всем, лишь бы ее дочери не пришлось голодать. Зарплата, полученная неделю назад, утонула в море неотложных потребностей, не принеся ни грамма облегчения. Лара оплатила коммунальные платежи, купила Софии весеннюю курточку и ботинки, так как прошлогодние отказывались больше служить. Ларины заношенные кроссовки тоже кричали о помощи, но девушка не слушала.

Головокружение прошло, и Лара смогла выпрямиться. От облегчения она чуть не закричала «ура!». Патрик уже выключил компьютер и сейчас стоял у выхода из кабинета, надевая кожаные перчатки. Он бесшумно закрыл за собой дверь и уверенной, возможно даже, заранее отрепетированной походкой двинулся к выходу. Кожаные ботинки поскрипывают, пальто безупречно обнимает спину, волосы примерно лежат в модной прическе без намека на неповиновение. Настоящий приспевающий бизнесмен. По пути начальник резнул Лару критическим взглядом и, бросив на ходу «Не забудьте выключить свет!», вошел в лифт. Интересно, он заранее просчитывает, когда лифт будет на нашем этаже, или это лифт научился подстраиваться под Патрика? Лера не исключала оба варианта.

– Мама, фасист ушел! Включай мультики! – радостно протараторила Софи, подбегая к матери. После того, как Лара однажды назвала Патрика финансистом, дочка ухватилась за это слово, но произношение маленького ребенка немного хромало. А Лара почему-то не слишком стремилась исправить дочь.

Звонок лифта радостно сообщил, что Маршалл уехал. Лера тут же бросила швабру, включила ближайший компьютер и пошла за кофе. Да, две чашки будут в самый раз! Когда Софи с удовольствием смотрела мультики, а кофе был допит, Лара подумала, что этот день не так уж и плох. Осталось домыть пол и убрать в кабинете начальника. Это всегда было самым легким и самым трудным делом. Патрик оставлял рабочее место в идеальном состоянии: все вещи строго на своих местах, стол очищен от документов, жалюзи завешены. Даже кофейная чашка с фирменным логотипом компании вымыта и скучает на своей полке, повернувшись ручкой к двери. Как всегда! Если бы в кабинете не витал столь знакомо-отвратительный запах туалетной воды мужчины, сложно было бы догадаться, что здесь весь день кто-то работал. Заходя в кабинет, Лара всегда терялась, не зная, что делать. Не находя никаких признаков беспорядка, девушка просто протирала все доступные поверхности, выносила мусор и вымывала полы. Но даже после того, как все убрано, Лара чувствовала какое-то внутреннее напряжение. Даже своей педантичностью Маршалл умудрялся показать Ларе всю ее никчемность. Девушка считала, что такая патологическая тяга к аккуратности свидетельствует о серьезном нарушении психики, о чем-то, соседствующем с шизофренией. Девушка всегда содержала свое жилье в чистоте, ненавидела несвежее постельное белье и знала сотню способов вывести сложные пятна с одежды, но никогда не была одержима чистотой. Ладно, она не будет сегодня на этом заморачиваться, просто сделает свою работу и уйдет.

Таща огромный пакет от здания компании к мусорным бакам, Лара подумала, что вот так и еще один день ее жизни выброшен на помойку. А ведь у нее диплом о высшем педагогическом образовании и опыт работы учителем младших классов. Она вспомнила, как когда-то с воодушевлением бежала на работу, думая, что это ее призвание и ее будущее. Как уходила с занятий, уверенно постукивая каблучками по школьным коридорам. Как верила в счастливое будущее и завтрашний день. Сегодня она старалась не думать о будущем, ни в чем не была уверена и устало тащилась с работы в промокших насквозь кроссовках. Нью-Йорк ее не принял. Ему не нужны были Ларино воодушевление и постукивание каблучков.

Вот уже полгода этот город прямолинейно давал понять, чтобы Лара убиралась отсюда, и столько же времени она упрямо цеплялась за это место. Не из любви к Нью-Йорку! Ей просто некуда и не за что было бежать. Девушка приехала в город в октябре и с каждым днем ее жизнь здесь становилась все хуже. Оказавшись в Нью-Йорке, она сняла небольшую квартиру с мебелью, заплатив за полгода вперед из своих сбережений. Девушка планировала найти работу в какой-нибудь школе, заодно, устроив туда Софи. Но не имея рекомендаций и с маленьким ребенком на руках она слышала везде только отказы.