Чтение онлайн

– Куда мы едем? – тревожился этот недоделанный, со страхом глядя на обступившие дорогу сосны.

– Ты что, с дерева упал? Или ку-ку совсем не работает? Нам нужно избавиться от трупа.

– Понял, – приободрился парень.

Завернутая в ковровое покрытие Рафа лежала на заднем сидении, а кресло я запихнул в багажник. Оно было массивным, и крышка багажника не закрывалась; пришлось привязать ее проволокой.

– Тормози, приехали, – сказал я, когда мы углубились в достаточно отдаленное от шоссейной дороги место.

Машина

остановилась. Я забрал ключ зажигания и вышел из салона. Мой нечаянный шофер устремил на меня вопрошающий взгляд. Он не знал, что ему делать.

Я достал пистолет Анубиса и сказал:

– Ну вот и все. Здесь закончатся твои земные деяния.

– Как… Почему!? Ведь вы обещали мне!?

– Ничего я не обещал. Это твои фантазии. Просто тебе очень хочется выжить. Увы, это невозможно. Ты нежеланный, опасный свидетель.

– Я ничего никому не расскажу!

– В этом у меня нет сомнений, – сказал я, не скрывая сарказм. – Значит, ты хочешь остаться в живых?

– Да, да! Пощадите… – Парень смотрел на меня обезумевшими от страха глазами.

– Тогда назови хотя бы одну причину, которая помешала бы мне нажать на спусковой крючок.

– Я жить хочу! Жить!

– Причина веская. Но к тебе она не имеет никакого отношения. Вспомни тех, кого ты убил. Они ведь тоже хотели жить. Ты их пощадил? Нет. Мало того, ты со своей Рафой намеревался отобрать и мою жизнь. Я тебе сделал что-нибудь плохое? Молчишь? Правильно – сказать в свое оправдание тебе нечего. То-то…

– Не убивайте… – Он совсем помертвел.

Не будь за ним тени Анубиса, я бы его отпустил. Мне судейская мантия и даром не нужна. Я был не вправе судить этого парня.

Но инстинкт самосохранения присущ всем людям – и хорошим, и плохим. А в особенности диверсантам, которых натаскивали годы. Выжить любой ценой и победить – вот девиз специальных частей, в которых я нес службу.

Оставить в живых этого киллера-недоучку – все равно, что стать на табурет и засунуть голову в петлю.

Анубис сразу поймет, на кого наткнулись его люди, и тогда я так легко не отделаюсь.

Он раскопает всю мою подноготную (ладно, пусть не всю, но значительную ее часть) и поставит на моей жизни свинцовую точку.

И не из-за того, что ему просто не нравится бывший коллега. А по той причине, что я нечаянно стал большой помехой в осуществлении его планов. Его и тех, кто за ним стоит.

Диверсант-ликвидатор ГРУ, пусть и бывший, это такой камень на пути, что его не так просто объехать. А тем более, перепрыгнуть.

Поэтому наша схватка, начатая возле трехэтажки, – это всего лишь цветочки. Ягодки будут впереди.

Я нажал на курок…

Когда я отошел от машины примерно на двести метров, сзади раздался грохот, и пламя взметнулось почти до верхушек угрюмых елей, окружавших поляну, где стояла "шестерка". Это взорвался бензобак.

Я поджег машину, чтобы скрыть

все следы, предварительно бросив в салон пистолет Анубиса. Пусть те, кому положено, гадают, как он здесь очутился.

Оружие "незадачливого киллера – пистолет "макарова" – я тщательно завернул в промасленную ветошь и припрятал в дупло дерева. Авось, когда-нибудь пригодится. Для этого мне пришлось поупражняться в гимнастике, так как дупло было на высоте четырех метров от земли.

Себе я оставил лишь ствол Рафы. Похоже, девка хорошо разбиралась в оружии. Ее девятимиллиметровый "вальтер" Р88 с емкостью магазина пятнадцать патронов был ничуть не хуже "зауэра".

Когда я выбрался на большак, стояла глухая ночь. Мимо изредка проносились легковушки, но я даже не думал их останавливать. Кто возьмется подвезти пассажира под два метра ростом, который почему-то стоит среди леса, да еще в такое позднее время?

Поэтому я, не мудрствуя лукаво, потопал в направлении города, прикинув, что мне придется идти не менее двух часов.

Но мне повезло. Примерно через полчаса меня подобрал водитель фуры, с которым я и доехал почти до своего дома. Не перевелись еще у нас добрые люди…

Вместо сна я занялся уборкой. Я буквально вылизал пол и все щелочки, использовав разнообразные моющие средства. А кусок стены, на который попали брызги крови, я просто закрасил, благо у меня осталось немного краски от недавнего ремонта.

Довольный своими успехами в малярном ремесле, я уснул, как убитый. Мне даже ничего не снилось. А утром, ближе к десяти часам, я наскоро позавтракал, позвонил Марье, чтобы сказать, что сегодня я на работе не появлюсь, сел в машину и поехал по адресу, который дал мне Мазай.

Пора было знакомиться с "клиентами" поближе.

Юноша застал Дрозда злым и издерганным. Он с кем-то говорил по мобильному телефону, и, похоже, новости, которые услышал Дрозд, были не очень приятными. Он стал бледным, а на скулах заиграли желваки.

– Получилось? – наконец обратив внимание на Андрея, спросил Дрозд, болезненно морщась и массируя ладонями ушные раковины.

Видимо, у него все еще болели уши.

– Да, – коротко ответил Андрей.

– Каким образом? – Дрозд был удивлен.

– Я влез через окно.

– На второй этаж? – Во взгляде Дрозда сквозило недоверие.

– Чего проще… – пожал плечами юноша.

– И что, тебя никто не видел?

Андрей замялся, но все-таки ответил правдиво:

– Меня вычислил наш участковый. Хитрый, гад…

– Что ему от тебя нужно?

– Я думаю, он догадывается, кто избил мать. И хочет, чтобы я дал показания.

– Ну, а ты?

– Так я ему и сказал. Это моя проблема.

– Молодец, – похвалил его Дрозд. – Ты поступаешь по-мужски.