Почему я не пою

Петр Иванович СУВОРОВ

ПОЧЕМУ Я НЕ ПОЮ

Я очень люблю петь. И раньше я всё время пел. Делал что-нибудь пел, загорал на песочке - пел, сидел у костра - пел, плыл в лодке пел. Даже когда ловил рыбу и то тихонько мурлыкал себе под нос. Только когда ел

или спал, ну тогда, может, и не пел и не мурлыкал. Но теперь уж давно не пою. Правда, это не совсем так: я и сейчас пою, но только если около меня никого нет.

Да и пою я теперь не очень громко. Больше мурлыкаю.

А сколько я знаю разных песен, романсов, арий - не перечислить! И пел я их всегда с душой. И теперь я пою с душой, но только это бывает реже, так как много души в мурлыканье не вложишь.

Ведь у меня, наверное, есть способности к пению. Я легко усваиваю мотив и могу петь всё, что угодно. Могу петь и грустные народные песни, и трогательные романсы, и героические арии из известных опер. Да всё, что хотите!

Любовь к пению у меня с детства. Я был совсем ещё мальчиком, а уже пел и даже выступал на школьных вечерах. Несколько раз даже на левом клиросе в церкви певал. Тогда у меня был альт. Ну, а теперь, конечно, альта у меня нет, но зато я могу петь любую партию. Всё, что поёт Козловский, я пою; что пел Шаляпин - пою. Даже репертуар Вари Паниной и Христофоровой - и это пою. Вот только всегда мне не очень удавалось петь так, как пела Русланова. Не получается у меня так залихватски, как у неё!

И всё, что знаю, я раз по сто пел Борису за годы, которые мы вместе рыбачили. Он даже

и не просил меня петь. Я всегда пел, а он слушал. Ему, видно, нравилось, что я пою. Он никогда не сказал, что у меня что-нибудь плохо получается.

Наоборот! Если я почему-либо надолго замолкал, он с беспокойством спрашивал меня:

– Тебе что, нездоровится? Заболел?

– Нет! А что?

– Да что-то ты замолчал. Спой-ка лучше!

Я, конечно, снова с удовольствием запевал.

А вот однажды сидели мы с ним как-то в Тамбове на вокзале, дожидались поезда на Москву. До поезда долго ещё было, и мы зашли в буфет пообедать.

Ну, закусили там, пообедали, сидим прохлаждаемся, вспоминаем Ворону, которую только что оставили. Строим планы уже на будущий год. И как-то, слово за слово, перешли на нашу давнюю дружбу, как у нас всё хорошо получается...

Вот Борис тут и скажи:

– Не могу я себе представить товарища по рыбалке лучше, чем ты. Наверное, такого другого нет. Вот только разве... есть у тебя один недостаток...

– Какой же, Боря?
– спрашиваю я.
– Скажи, пожалуйста... Я не обижусь.

– Да ничего! Людей без недостатков нет, а твой и совсем маленький!

– Нет, уж ты лучше скажи, а то я всё время об этом буду думать.

– Ну ладно, скажу: поёшь ты!.. Только, пожалуйста, не обижайся. Да я уже и привык к твоему пению.

Я сказал, что, конечно, не обижаюсь. Но с тех пор вот я и перестал петь на людях.