Чтение онлайн

А еще рассмешило то, что она назвала Клыкова хорошим. Хорошим? Серьезно? Хотя нет, меня это не только рассмешило, но и порядком задело – я был уверен, что ее взгляды в мою сторону что-то значат, а выходит, ошибся, либо на Клыкова она смотрела еще красноречивее.

Как она сказала? Его даже наличие денег не спасет?

Возникло непреодолимое желание проучить эту вертихвостку, в которой так жестоко ошибся, сравнивая с ангелом.

Ангелина

Когда пара

закончилась, я, а со мной и Наташа, не торопились покидать спортзал – я не хотела столкнуться ни с Женей, ни тем более с его другом, поэтому и до раздевалки мы дошли позже всех, несмотря на ворчание Наташи о том, что было бы здорово еще раз пересечься с красавчиком. А так как места были заняты, пришлось ждать еще и когда девушки переоденутся, и можно будет спокойно присесть на освободившееся место. Переодевалась я тоже не спеша – возможно сказалась физическая нагрузка, от которой все же отвыкла, а может и испорченное настроение из-за высказывания блондина обо мне. Тупо, но почему-то мне хотелось нравится именно ему, несмотря на то что и Женя очень и очень привлекательный, и понравится такому – плюс сто к самооценке.

Наташа будто читала мои мысли и, когда в раздевалке мы (что неудивительно) остались одни, заговорщицким тоном спросила, кто мне больше понравился из третьекурсников: Клыков или Смольнов. И добавила:

– Ты бы с кем, ну…? – нарисовав при этом в воздухе сердце двумя указательными пальцами.

Ох, будто такие парни спят и видят, как закрутить любовь с провинциалкой-первокурсницей. И еще бы я знала всех по фамилиям. Ну допустим с Клыковым понятно – сам представился, а Смольнов это кто? – этот вопрос, немного напрягшись, произнесла вслух.

– Друг Клыка – с мышцами, светленький такой, лучше всех играл ещё, – подтвердила мою догадку Наташа – про кого же еще она могла спросить, если не про того, о ком я думала сейчас и практически всю пару.

Я чуть не фыркнула: “Лучше всех!” Хотела бы сказать, что не смотрела, как он играет, но это было бы ложью. Смотрела. И он играл не просто здорово, а действительно лучше всех.

И фамилия у него Смольнов.

На вопрос откуда она их знает, Наташа сказала, что живет с их одногруппницами. Боже, хорошо, что я живу не с его потенциальными однокурсницами, которые ещё и обсуждают этого “Аполлона” в стенах комнаты – хоть от этого меня Вселенная огородила.

– Так с кем? Мне, например, Клыков больше нравится. Смольнов как небожитель себя ведет, а остальные типа все его подданные. Ну, мне так показалось.

Я усмехнулась про себя: какое точное описание. Значит не только мне он показался таким.

– Эмм, не знаю… – попыталась отвертеться от ответа я.

– Только не говори, что Смольнов…

В этот момент я почувствовала себя неправильной. И правда: человек так высокомерно ведет себя с самого начала, и главное все это замечают, а мне признаваться, что такой мне нравится? Вот еще!

– Нет, конечно. Я на него даже не обратила внимания толком. Он мне показался слишком… скучным, – эти слова я, естественно, запомнила, поэтому и ляпнула от обиды, – и такие не в моем вкусе, – зачем-то добавила для убедительности. – А Женя прикольный, не корчит из себя никого, естественный такой, хороший.

Может и не такой хороший,

учитывая, что на тех фотках на сайте он обнимал то одну, то вторую, но все же лучше того же Смольнова, который относился ко мне как к пустому месту. Мне показалось, если я совру, то утешу свое самолюбие. И действительно стало легче от того, что никто кроме меня не знает о моей истинной симпатии, но все же любая ложь ложится неприятным осадком, будто предаешь сама себя, и эта ложь не стала исключением.

– И симпатичный, – заключила Наташа.

– И симпатичный, – подтвердила я, пытаясь отогнать неприятный озноб от своих же лживых слов.

– А я так и думала. Я видела, как ты на него смотрела, а он на тебя.

– Как? – засмеялась я. Не стану скрывать, слова Наташи меня немного вогнали в краску – приятно осознавать, что понравилась такому обаятельному парню, хоть и не тому, кто показался действительно интересным. Да, несмотря на кажущуюся открытость Жени, его друг был для меня по-прежнему интересней, и даже внешность Смольнова мне нравилась больше, хотя по многим параметрам Женя был даже симпатичней своего друга. Смольнов мне казался мужественнее, сильнее, а ямочки на щеках – это конечно мило, но не то, что цепляет в первую очередь. И еще мне в Жене не понравилось, как он разговаривал немного изъезженными фразами типа прекрасные, красивые. Он наверняка умело использует свое красноречие для известных целей.

– Ну как-как. Заметно было, что вы понравились друг другу. Единственное, Смольнов вроде как обеспеченнее будет, девчонки сказали у него машина есть и даже бизнес какой-то.

– Его даже это не спасет, думаю. Деньги вообще не важны в общении с человеком, – сказала, а сама поняла, какую чушь сморозила – естественно не важны, но элементарный доход, конечно, должен быть, или выше элементарного… Вот, например, не зарабатывай мой отец мне на репетиторов, не поступила бы в этот универ.

– Классно. А ко мне только незрелые клеятся. Терпеть не могу ровесников, – о чем-то своем толковала Наташа, слава Богу не став развивать тему денег.

Громко хлопнула дверь мужской раздевалки. Ну и слышимость…Холодок прошёлся по телу, когда поняла, что там находился какой-то студент. А вдруг наш разговор слышал этот Клыков или кто-то ему передаст? Подумает, еще, что запала на него…

Удалось успокоить себя тем, что вообще мне было пофиг – главное никто не узнает правду.

– А как зовут Смольнова? – спросила очень тихо, на случай если еще кто-то остался в раздевалке.

– Андрей. На первых курсах по нему все девчонки вздыхали.

Не удивительно. Удивительно, что перестали вздыхать.

– А живет он в общаге?

– Нет, квартиру снимает вроде. Богатый же.

Мда, желание, чтобы жил подальше оказалось уже воплощенным. Как же хотелось узнать о нем побольше, но все же я не хотела, чтобы Наташа что-то заподозрила. Итак уже многовато вопросов про того, кто якобы даже не интересует.

…

А в понедельник я поняла, что разговор в раздевалке все же не остался незамеченным – слишком уверенно вел себя Женя, когда подошел ко мне на перемене после первой пары, будто мы знакомы сто лет. Он и в спортзале-то не был стеснительным, но здесь даже от него не ожидала такого напора.