Чтение онлайн

Митч покосился на Джейсона. Маленький, худенький, с пегими волосенками и такими же глазками. Парень напялил свое главное богатство – кожаную куртку, на которую копил деньги целый год, последний писк постпанковой моды.

– Вот что я тебе скажу. Хочешь пожить своим умом? Валяй! Я дам тебе полсотни баксов. Пятьдесят дохлых президентов, – поправился он, переходя на уличный жаргон, – если ты проведешь тут пару часиков.

Джейсон посмотрел на море огней, не замечая, что творится на тротуаре, где было похуже, чем в аду.

– А ты молодец! – сказал он, когда Митч

затормозил.

– Я подберу тебя здесь же, – крикнул Митч вдогонку Джейсону, – ровно через два часа!

Дождавшись, пока мальчишка исчезнет в толпе, он взял трубку и нажал пару кнопок.

– Пол! Ты его засек?

– Все в порядке, Митч, остынь. – Сладкий голос Пола Талботта заполнил машину. – Мы пустили за ним хвост.

– Отлично. Припугните его хорошенько. И, кстати, отнимите у него курточку.

Митч положил трубку и с ходу вклинился в поток машин. Отъезжая от тротуара, он едва не задел передвижной аптечный киоск и погрозил кулаком сутенеру, который попытался остановить его, хлопнув ладонью по капоту.

По дороге в офис он думал о Ройс Уинстон. Ловкий он, сукин сын, сумел-таки ее пронять! От удовольствия он громко прищелкнул языком. По крайней мере в одном отношении истекшие пять лет ничего не изменили. А ведь у него были сомнения на этот счет.

Воспоминания бывают обманчивы. Они соблазняют и предают. Он знал это лучше, чем кто-либо еще. Из-за воспоминаний он однажды чуть не поплатился жизнью.

Ничего, на этот раз в отличие от первого он и бровью не поведет. Наплевать ему, что подумает о нем Ройс Энн Уинстон. И все же где-то в потайной глубине, там, где открывается окошечко в самую душу, еще тлел уголек прошлого, который оказалось легче раздуть, чем он предполагал. Но что толку, раз она решила выйти за это ничтожество!

Что же теперь? Он в задумчивости вышел из машины, в задумчивости отпер кабинет. Ответ никак не шел в голову. Ничего, он обязательно что-нибудь придумает. Он всегда находил выход из любого положения. Очень жаль, что шум, оборвавший их поцелуй, никак не был связан с Брентом Фаренхолтом. Черт возьми, он бы отказался даже от места в Верховном суде, лишь бы увидеть выражение лица Фаренхолта, заставшего Ройс в его объятиях!

Брент, заносчивый мерзавец! Очень средненький интеллект. Неспособность к оригинальному мышлению. Вот вам еще одно доказательство того, что за деньги можно купить далеко не все. Хорошо бы ему знать, что влюбленная женщина не станет с такой страстью целовать другого мужчину. Тем более того, кого она якобы ненавидит.

Телефон на рабочем столе Митча зазвонил еще до того, как он успел сесть. Это был Пол.

– Парень торчит на углу, ждет тебя – уже. Его куртка у нас. Она тебе нужна?

– К черту куртку! Отдайте ее первому бездомному, которому она окажется впору.

– Она же совсем новая, Митч!

– Наплевать! Джейсон запомнит только самый горький урок.

Митч выждал два часа и только потом спустился к машине. Стояла обычная для мая прохладная ночь. С залива на город полз влажный туман. Из подземного гаража доносились приглушенные голоса: там собрались бездомные, спасаясь от» промозглой погоды.

Потерянные души, живущие в потемках, подумал о них Митч.

Наверное, они найдут там деньги и пакетики с кетчупом из «Макдональдса», которые он оставил специально для них. До него донесся запах томатного супа, который бедолаги варили из кетчупа и воды. Его едва не вырвало. Он с детства не переваривал томатный суп.

Увидев его машину, Джейсон сбежал с тротуара и распахнул дверцу. Он дрожал, в лице у него не было ни кровинки.

– Ну как, понравилось? – с ухмылкой спросил Митч.

– Нормально, – отозвался Джейсон, чуть не плача.

– Куда ты подевал куртку?

– У меня ее отняли.

– Как же ты позволил?

– Позволил? – Джейсон разревелся и стал судорожно вытирать слезы кулаком. – Банда вьетнамцев затащила меня в проулок.

– Господи! – простонал Митч с неподдельным состраданием. Пол превзошел себя. Из всех банд, бесчинствующих в городе – негритянских, латиноамериканских, корейских, даже японских якузо, – вьетнамские нагоняли больше всего страху. В городе они оттачивали искусство, приобретенное в своих джунглях.

– Сдается мне, там оказалось покруче, чем ты предполагал.

Джейсон мрачно кивнул.

– Один схватил меня за… – Он указал глазами себе на ширинку. – Но я его отпихнул.

– Тебе повезло. – Митч сунул ему пятидесятидолларовую бумажку. – Получай заработанное. Один дохлый президент – Улисс С. Грант.

– Моя куртка! – простонал Джейсон, кладя в карман деньги. – Что я скажу матери?

– Это твои проблемы.

– Уолли. – Ройс чмокнула дядю в щеку и оглядела пластиковый пенал – кабинет Уолли в «Сан-Франциско Экземинер».

На компьютерный дисплей поступали международные новости ЮПИ. На столе не было свободного места из-за распечаток и стаканчиков с недопитым кофе. Единственным украшением на стене была фотография Уолли в момент получения Пулитцеровской премии.

Они тепло обнялись. У обоих были одинаковые зеленые глаза. Уоллес Уинстон уже разменял седьмой десяток, но оставался подтянутым и не лысел. Он был самым уважаемым в городе репортером, ведущим расследования.

– Я не ожидал увидеться с тобой до субботнего аукциона. Что, горящая тема?

– Нет, я здесь не по газетным делам. – Она присела за стол и рассказала об изменении темы телеинтервью.

– Сочувствую. Знаю, как много для тебя значит Центр помощи бедствующим женщинам. Поэтому я и иду на аукцион в субботу, хотя терпеть не могу напяливать обезьяний наряд.

Ройс улыбнулась. Дядя Уолли не смог бы заменить ей отца, но всегда оставался самым близким после отца человеком. После смерти отца они сблизились, хотя она последние пять лет жила с родственниками в Италии, так как не могла находиться в Сан-Франциско, где все напоминало об отце.

Они с Уолли регулярно переписывались и еженедельно разговаривали по телефону. Теперь, когда она вернулась, они виделись чаще, чем когда-то.

– Насколько я понимаю, тебе нужны кое-какие сведения о бездомных. – Он постучал по клавиатуре, вызывая необходимые файлы.