Чтение онлайн

– С чего это вдруг?

– Чтобы ей не было страшно, чтобы она не боялась папиного наказания, – нашлась девочка.

– Нет, – ответила Дэрин. – Все должны спать в своих кроватях. К тому же Кэйтлин взрослая, ей стыдно бояться.

– Понятно, – протянула девочка.

– Ну все, пойдем. Желай Кэйтлин спокойной ночи и в кровать.

Милли подошла к девушке и посмотрела на неё:

– Спокойной ночи, Кэйтлин, – а потом наклонилась ближе и прошептала: - Если будет страшно, ты не стыдись, приходи ко мне в комнату, вместе будем бояться.

– Спасибо.

Спокойной ночи Милли.

Глава 12.

Кэйтлин решила дождаться мужа внизу, она, конечно, могла укрыться в их спальне, но решила, что это ни к чему хорошему не приведет. Лучше встретить его здесь и сразу дать понять, что она не жалеет о своем поступке – те девушки не были в паре, а значит могло и не найтись желающих вступиться за них.

Долго ждать не пришлось, вскоре в дверь постучали. Девушка с тяжелым сердцем пошла открывать затвор. Бартон вошел в дом, но дверь не закрыл:

– Где Дэрин и Милли?

– Пошли спать.

– Хорошо. Иди за мной.

Кэйтлин повиновалась и медленно пошла за мужем. Нет смысла просить пощады, он поступит так, как решил, а у него было достаточно времени подумать, как наказать её. Знакомый путь привел к бане, и она покорно вошла, глянув на лавку – место ее прошлого наказания. Муж зажег свечу и отошел к печи, он медленно потянулся к поясу и снял с себя кожаный ремень. Сердце Кэйтлин ухнуло вниз – это будет больнее, чем розги, намного больнее.

– Ложись на скамью, – тихо велел он.

Кэйтлин не двинулась с места, мужчина обернулся:

– Что, в этот раз смирения не будет?

– Я хочу объяснить.

– Объяснить? Все только и делают, что объясняют: мужчина, который хотел тебя увезти, эти плачущие девчонки, что лепетали всю дорогу, их семьи. Все объясняют мне и просят не наказывать тебя. Но никто не объясняет мне, почему ты в очередной раз меня не послушала. Ты хочешь объяснить это?

– Я должна была их спасти.

– Благородно. И за это я не буду наказывать тебя. Я не стану наказывать за то, что ты оказалась в руках другого мужчины, не стану наказывать, что из-за этого мне чуть не пришлось его убить. Это я оставлю. Я накажу тебя лишь за то, что ты снова не послушалась меня. Ослушалась моего слова. Похоже, первый урок ничему тебя не научил.

Кэйтлин ощетинилась:

– Ты можешь забить меня хоть до смерти, но и в следующий раз я поступлю точно так же!

Бартон сжал кулаки и шагнул к ней, ярость полыхнула на его лице:

– Так же? Ты хочешь сказать, что, что бы я не делал, ты не станешь меня слушаться? Будешь так же пренебрегать моими словами?

– Если я могу помочь кому-то, я помогу!

– Помочь? А кто поможет тебе? Кто?! Что-то я не вижу толпы добровольцев?!

Кэйтлин сжала кулаки, усмиряя раздражение:

– Хочешь наказать, наказывай, и дело с концом.

Она подошла к лаве и уже собиралась лечь, когда мужские руки схватили её. Бартон удержал девушку за плечи и с силой сжал:

– Ты будешь слушаться меня. Будешь! Потому что я твой муж! Потому что иначе не может быть! Я в ответе за тебя

и твою жизнь, ты слышишь?! Ты будешь подчиняться, иначе все это не имеет смысла, иначе мне проще задушить тебя своими собственными руками, так как ты все равно погибнешь из-за своего упрямства и глупой храбрости! Ты слышишь?!

– Я слышу. Ты так громко кричишь, что слышит вся стая.

Бартон внимательнее вгляделся в лицо жены, усмиряя гнев, бушующий в нем:

– Тогда обещай мне, что больше не будешь рисковать собой. Что будешь слушать, что я тебе говорю, слушать и делать.

Кэйтлин затаила дыхание, смотря в глаза мужа:

– И ты поверишь моему обещанию? Найдешь в себе силы?

– Я попробую их найти.

Девушка опустила глаза. Как бы было хорошо, если бы она могла дать такое обещание, а потом сдержать его. Но была маленькая загвоздка, она готовила побег, а значит, нарушит свое слово, если даст. Бартон ждал ответа, а Кейтлин вела спор со своей совестью. Все это ради него, в очередной раз напомнила она себе и подняла глаза:

– Я постараюсь, – нашла она компромисс.

Похоже, он не очень устроил Бартона, но мужчина кивнул, довольствуясь малым. Он отступил и положил ремень на лавку. Кейтлин спросила:

– Наказания не будет?

– Какой смысл мучить нас обоих, тебя болью, меня – тем, что приходится её причинять, если это все равно не приводит к ожидаемому результату, – он вздохнул и провел рукой по волосам.

– Мне обработать твои раны? – спросила Кэйтлин, замечая большой синяк на его руке.

Бартон посмотрел на неё:

– Там нет ничего страшного, – он молчал пару секунд, а потом притянул жену к себе и обнял: – Ты испугалась?

Сам Бартон только сейчас, держа её в своих объятиях, смог подавить своё беспокойство. Он до сих пор помнил то чувство, что вскипело в нем, когда он увидел Кэйтлин около чужого мужчины. В её глазах был испуг, они искали его в толпе, а найдя, она, кажется, испугалась еще больше. Гнев и ярость загорелась в нем, а еще то чувство, которое не красило мужчину. Страх. Он испугался за неё, за то, что может её потерять. Она была такой беззащитной там, в кругу незнакомых мужчин, такой юной, такой красивой и такой родной. А потом её глаза стали молить о пощаде к человеку, которого он намеревался убить. И Бартон уступил и сам не мог понять почему: то ли он не желал выглядеть в её глазах кровавым убийцей, то ли просто потому, что она просила об этом. Как за такое короткое время она стала всем для него?

Бартон крепче обнял жену, и Кэйтлин, вдохнув аромат его кожи, наконец расслабилась, слезы полились из глаз:

– Я испугалась, что ты убьешь его. Не хотела, чтобы ты пролил кровь из-за меня.

– Я готов на многое ради тебя, – тихо сказал Бартон. – Он не успел сделать ничего плохого? – спросил муж, обхватывая ладонями её лицо.

– Нет. Он был предельно вежлив, – пошутила Кэйтлин, а муж смахнул её слезы.

– Хватит о нем! А то я передумаю и доведу начатое до конца. Меня до сих пор мучает ярость, как представлю его руки на твоей коже. Но главное – ты в порядке.