Чтение онлайн

Не берусь судить, что повлияло на перемену в поведении Плохиша: нависшая над нами смертельная опасность или уверенность в том, что в следующий раз мы с ним увидимся не скоро. Так или иначе, но это был другой Плохиш. Вместо грубоватого, дурашливого бандита перед нами стоял хитрый, расчетливый и совершенно бесстыдный коммерсант. Ему было глубоко наплевать на наше мнение о нем, как, впрочем, и на нас самих, поскольку возможности извлечь из нас выгоду он в данную минуту не видел.

Вася смотрел на Плохиша таким пылающим взглядом, словно надеялся испепелить

его на месте. Но толстокожий Плохиш лишь усмехнулся и поднялся, потягиваясь.

— Спать пойду, — произнес он, зевая. — А то совсем поздно.

Его никто не удерживал. Он направился к двери, но, что-то вспомнив, остановился и повернулся к Пономарю.

— Не знаю уж, зачем ты к ним опять примкнул, чего добиваешься? Мало, что ли, они тебя чморили? Если ты собрался что-то с них получить, то зря время теряешь. Сейчас они ко дну идут, вот и поют по-другому, но суть-то у них не переменилась. С этими ребятами каши не сваришь. Они только под себя привыкли грести. Им и то отдай, и еще вот это. А остальное они и сами возьмут. Молодцы, кстати. Бандитам у них еще учиться надо.

Пономарь не ответил, и по его молчанию я догадался, что тему жадности и непорядочности партнеров они с Плохишом обсуждали часто. Плохиш открыл дверь, но вместо того чтобы выйти, невольно отступил.

— Батюшки! — воскликнул он, оглядываясь на нас. — Вася, кажись, за тобой пришли.

На пороге стояла Ольга, раздраженная, в роскошной соболиной шубе до пола.

— Закончили, что ли?! — нетерпеливо осведомилась она. — Сорок минут уже здесь под дверью с охраной прыгаю. Как уборщица.

Она шагнула в комнату мимо Плохиша, пряча за поднятым широким воротником ненакрашенное мучнистое лицо с воспаленными глазами без ресниц. Было заметно, что она сегодня не ложилась и взвинчена до предела.

Вася испуганно метнулся ей наперерез.

— Оля, — зашипел он, растопыривая руки и стараясь загородить ей дорогу. — Мы уже расходимся. Еще секунду. Не мешай. Я же сказал тебе, жди меня дома.

— Нечего меня пихать! — отрезала Ольга, вырываясь. — Я тебя уже и дома ждала, и здесь в машине сидела, и в коридоре курила. Сколько можно переливать из пустого в порожнее? О чем тут совещаться? Все и так ясно. Нам через три часа в аэропорт, а твои вещи еще не собраны. Я же не могу их без тебя складывать.

— Оля! — взмолился Вася. Но было поздно.

— Улетаешь?! — протянул Виктор, бросая на Васю убийственный взгляд. — А зачем тогда спектакль устраивал, отпрашивался?

— Да я просто заранее билеты заказал, — мямлил Вася, оправдываясь. — А то вдруг потом не окажется. Вопрос-то ведь сам понимаешь, жизни и смерти.

— А если бы Виктор тебя не отпустил? — не утерпел Плохиш, все еще топтавшийся у выхода.

Отвечать Плохишу Вася счел ниже своего достоинства. А может быть, ему просто нечего было сказать. Но взвинченная Ольга расслышала в реплике Плохиша нечто обидное для Васи и мгновенно отреагировала.

— Вася не нуждается в разрешениях, — колко отозвалась

она. — Он сам в состоянии решать, когда ему лететь и куда.

Разумеется, Вася был не способен ни принимать, ни осуществлять самостоятельные решения. Иначе он немедленно провалился бы сквозь землю, ибо, судя по его несчастному, измученному лицу, это было единственное, чего он сейчас жаждал.

— Ольга! — снова воскликнул он, отчаявшись ее унять. Но хотя он и повторял ее имя на разные лады, она оставалась непреклонной.

— Ты едешь домой или нет? — требовательно осведомилась она.

Вася, понурившись, побрел к выходу. Чтобы скрыть обуревавшие его чувства, Виктор опять взялся за дротики, но на сей раз промахнулся, и Лисецкий на портрете не пострадал.

— Во вторник я жду тебя на работе! — напомнил он Васе металлическим голосом.

Вася молча кивнул, но Ольга снова вскинулась.

— В какой еще вторник?! — сердито переспросила она. — Во вторник мы будем в Лондоне!

— Оля! — взревел Вася в голос.

— И не появимся здесь, пока все не уляжется! — неумолимо договорила она.

Виктор замер с дротиком в руке. Плохиш хлопнул в ладоши.

— Опаньки! — в восторге выкрикнул он. — Похоже, не я один о своей шкуре переживаю!

Вася бессильно рухнул в кресло. Ольга недоуменно уставилась на него.

— Ты скрывал от них наш отъезд?! — запоздало догадалась она. — Но почему? Ведь это глупо!

Я не понял, что именно она считала глупым: оставаться здесь или таиться от нас. Впрочем, она не собиралась делать ни того, ни другого. От гнева на Васю ее бросило в жар, и она широко распахнула шубу, забыв, что на ней нет макияжа. Стало заметно, что у нее дряблая, неровная кожа и тонкие злые губы.

— Мы завтра, то есть уже сегодня, вылетаем в Москву, — твердо объявила она. — А оттуда — в Лондон.

— Понятно, — хмыкнул Виктор. — А переговоры с большими людьми?

Я не удержался и взглянул на Васю. Низко опустив голову, вдавившись в кресло, Вася сидел не шевелясь, боясь поднять глаза. Морально он был раздавлен.

— Но мы же через Москву летим, — пролепетал Вася еле слышно. — Я как раз и собирался там встретиться.

— Никаких встреч! — оборвала его Ольга. Она, видимо, подумала, что Виктор заставляет Васю вступать с кем-то в переговоры. — У нас совсем не будет времени. Мы прямо с самолета на самолет!

Это добило Васю. Он совсем сгорбился и пожух.

— А как же, в натуре, дружба?! — вдруг подал голос Плохиш. — Неужто ты и на дружбу забил?

Вася не ответил, лишь сильнее зажмурился.

— Он спасает семью! — Ольга встала за Васиной спиной и положила руки ему плечи, словно закрывая его от врагов. — Вы можете плевать на своих близких, это ваше личное дело. Но настоящий мужчина обязан в первую очередь позаботиться о своем ребенке! — ее голос опасно зазвенел сухими слезами. — И у тебя, Виктор, между прочим, тоже есть те, кто нуждается в твоей поддержке! Ты забыл о них? А я сегодня несколько раз разговаривала с Анжеликой. Она в ужасе. И она мечтает немедленно уехать.