Чтение онлайн

На землю были брошены пистолет, нож, свисток, портативный радиотелефон, счетчик Гейгера, медицинский пакет и удостоверение личности. Ничего другого в карманах Фишера не оказалось.

— Действительно, он ничего не спрятал от нас, — сказал Портбейн. — Извини, Фишер. Ты и сам понимаешь, какая осторожность требуется от нас всех. До той поры, пока мы будем находиться здесь, в осажденном лагере, нам нужно быть начеку. Они ежедневно нападают на нас.

Зильберман и Хорстоковски переглянулись и отошли в сторону.

— Теперь и я все понял, —

заговорщицки произнес Зильберман.

— Так-то, — кивнул головой Хорстоковски. — Фишер успел что-то спрятать. Мы раскопаем ту часть болота, где он рылся. Думаю, найдем кое-что интересное, — он воинственно расправил плечи. — Я всегда знал: кто-то в нашем лагере работает на них. Шпион с Терры.

Зильберман вздрогнул.

— Терра? Считаешь, это они воюют с нами?

— Разумеется. Кто же еще? Зильберман был явно озадачен.

— Мне казалось, — сказал он, — что мы защищаемся от кого-то другого.

Хорстоковского охватил приступ ярости.

— Например?

Зильберман пожал плечами.

— Не знаю. У нас просто нет времени, чтобы выяснить, кто нападает на нас. Мы едва успеваем отбивать их атаки. Мне казалось само собой разумеющимся, что это — инопланетяне.

— А кто, по-твоему, эти обезьянолюди с Терры, как не инопланетяне? — насмешливо спросил Хорстоковски.

На еженедельную конференцию по обсуждению положения в лагере собрались девять его руководителей.

Заседание, как обычно, проходило в хорошо защищенном подземном бункере. У входа стояла вооруженная охрана. Дверь в бункер наглухо закрылась сразу после того, как последний из руководителей прошел обыск и был пропущен в зал заседаний.

Председательствовал Домграф-Швач. Он сидел в своем глубоком кресле, держа одну руку на кипе бумаг с отчетами, а другую — на кнопке, приводящей в действие механизм быстрого катапультирования, которым он мог мгновенно воспользоваться в случае опасности. При нажатии кнопки кресло вместе с сидящим в нем Домграфом-Швачем стремительно взмывало вверх и, проскочив люк в потолке, оказывалось в надежно укрытом от нападения помещении.

Пока все присутствующие занимали свои места, Портбейн обошел зал заседаний (это была его постоянная обязанность), тщательно осматривая стены и мебель в поисках электронных приборов, которые могли быть установлены неприятелем в бункере с целью наблюдения за происходящим на конференции и записи всех разговоров.

Враги постоянно пытались установить в бункере — самом безопасном и засекреченном помещении лагеря — подобные приборы и запрятывали их так надежно, что до сих пор Портбейну не удалось отыскать ни одного из них, что несказанно беспокоило всех девятерых председателей.

Даниэльс, сидя за круглым столом, не сводил глаз со счетчика Гейгера.

Зильберман был одет в защитный костюм из стали и пластика с автономным питанием и сетью электрических проводов

внутри. Из костюма время от времени доносилось жужжание механизмов.

— Что это у тебя за доспехи? — подозрительно воскликнул Домграф-Швач. — Мы не видим тебя — сними все это сейчас же!

— И не подумаю, — огрызнулся Зильберман. Голос из глубины костюма прозвучал глухо и неразборчиво. — С сегодняшнего дня я буду носить этот защитный костюм постоянно. Вчера вечером кто-то пытался сделать мне инъекцию иглой с бактериологическим ядом!

Лануар, устало дремавший в кресле, при этих словах резко вскочил со своего места.

— Иглы с бактериологическим ядом! — вскричал он и бросился к Зильберману. — Расскажи подробнее, как...

— Не вздумай подходить ко мне! — заорал Зильберман. — Иначе ты будешь убит.

Отскочив на всякий случай в сторону, Лануар вдохновенно сказал:

— Вы, конечно, помните, что на прошлой неделе я докладывал о попытке отравить систему водоснабжения поселка солями тяжелых металлов. Еще тогда я сделал вывод, что их следующая попытка будет заключаться в том, что они воспользуются фильтрующимися вирусами, которые невозможно обнаружить до того, как разразится эпидемия, — он достал из кармана стеклянный пузырек, вытряхнул из него пару белых таблеток на ладонь и проглотил их.

Глядя на него, и все остальные члены совета приняли меры предосторожности. У каждого они были свои и соответствовали их характерам и ожидаемой каждым из них опасности. Единственный, кто ничего не сделал для своей защиты, был Тейт.

Он был бледен и встревожен не менее других, но тем не менее никаких мер для обеспечения своей безопасности не принимал. Домграф-Швач сразу обратил на это внимание и не мог не сделать вывода, что самоуверенность Тейта очень подозрительна.

— Кончайте разговоры, — произнес Домграф-Швач. — Пора приступать к работе.

В этот раз жребий по ведению собрания пал на него. В автономной колонии, изолированной от всего мира, состоящей всего из шестидесяти мужчин и пятидесяти женщин, этот метод, основанный на случайном выборе председательствующего, был необходим.

— Даниэльс ознакомит вас с отчетом за прошлую неделю, — объявил председатель.

— Зачем? — возразил Портбейн. — Все мы участвовали в составлении отчета и знаем его наизусть.

— Отчет будет зачитан по той же причине, по какой его зачитывают всегда, — сказал Зильберман. — Мы должны убедиться: никто его не подделал.

— Согласен! Но пусть будут зачитаны только основные моменты! — потребовал решительно Хорстоковски. — Я не собираюсь оставаться в этом склепе дольше, чем требует необходимость.

— Опасаешься, что кто-нибудь заблокирует подземный коридор, ведущий в бункер? — насмешливо заметил Даниэльс. — Видно, забыл, что здесь прорыты еще полдюжины выходов. Довольно-таки странно: ведь именно ты настоял, чтобы их прорыли!

— Хватит. Читай основное содержание! — прервал Даниэльса Лануар.

Даниэльс откашлялся.