Чтение онлайн

— Чрезвычайно рад встретить вас, господа, в Японии и принести вам уверения в моей совершенной преданности.

В сверхвежливом обращении слышалась сдержанная насмешка.

Джим Санди угрожающе сдвинул брови, а француз крепче стиснул свою трость.

— Осмелюсь спросить, мистер Санди, не изменилось ли ваше мнение о Японии со времени нашего последнего свидания? — продолжал Кацуга.

— Нет, сударь, — возразил холодно янки.

— И все же ваша родина не сочла для себя унижением вступить с нами в союз. Это добрый

признак. Мое отечество сильно, раз вы здесь.

— Ваше отечество, может быть, — спокойно отвечал старик, — но не вы, сударь.

— Я тоже обладаю могуществом, — улыбнулся японец.

— Что это значит?

— Это значит, что моя воля, — или мое желание, — в данном случае это одно и то же, — доставили мне удовольствие видеть вас здесь. Вы можете этому верить, мистер Санди; чтобы Америка вас назначила, а Япония приняла, нужно было вмешательство человека, которому ни в чем не могут отказать.

Глаза американца сверкнули.

— Так значит, — произнес он, — это вам мы обязаны..

— Своим приездом в Японию. Совершенно верно! Я хотел иметь вас под рукой, главным образом, мисс Сюзанну…

Рассвирепевшие американцы кинулись на Кацугу, но он ловко увернулся и бросился бежать. Де Гланд ев бросился в погоню. Завернув за угол, он неожиданно столкнулся с двумя европейцами. К счастью, его встретил не удар кулака, а веселый звонкий голос:

— Что я вижу? Мосье де Гландев в Токио?!

— Жан д'Антрево! — воскликнул француз, бросаясь в объятия молодому человеку. — Как я рад, что вы здесь… Но мне надо догнать этого негодяя…

— Умоляю вас, не волнуйтесь. Если вам нужен этот японец, мой слуга его сейчас достанет.

И Жан д'Антрево обратился к своему спутнику, меланхоличному верзиле.

— Слышал, Гайеду? Беги и тащи сюда.

Тот печально покачал головой:

— Попробую, но мосье знает, что мне дьявольски не везет.

Потом он открыл чудовищный циркуль ног и помчался с такой быстротой, что спасение Кацуги стало весьма сомнительным.

— Мой Гайеду неврастеник, — объяснил молодой человек. — Он уверен, что его преследует неудача. Но славный парень, преданный и храбрый. Однако, скажите, что вам сделал этот японец?

— Этот дурак? Он просил у меня руки Сюзанны, я отказал, а он пригрозил, что женится на ней помимо моей воли.

— Ого-го! — засмеялся Жан. — Знай я это раньше, я не отправил бы Гайеду, а побежал бы сам.

— И это, пожалуй, было бы лучше. Наш охотник возвращается без дичи с печальной физиономией.

Действительно, долговязый слуга молодого атташе возвращался, испуская печальные вздохи.

— Я же вам говорил, — жалобно сказал он, — этот японец исчез…

В это время подошел Джим Санди, радостно приветствуя молодого человека.

— Мне пришла в голову одна мысль. Раз жених Сюзанны здесь, отпразднуем их свадьбу! — воскликнул он.

— Браво! — вскричал Жан д'Антрево. — Замечательная идея!

— Что

ж, пожалуй, — нерешительно сказал де Гландев. — Только никому ни слова. Этот японец… знаете, может… Однако, пойдемте пока повидать вашу невесту. И пожалуйста, оставьте у нас вашего слугу, а то вокруг нас одни японцы, и мы им не доверяем.

— Гайеду, слышишь? С этого момента ты состоишь на службе у мосье де Гландева.

День свадьбы Сюзанны приближался, а доктор Кацуга не подавал никаких признаков жизни. Кацуга бросил вызов. Джим Санди принял его: он выдаст внучку замуж под носом японца и отпразднует победу.

На этот праздник он пригласил весь состав американской, европейской, африканской, русской и австралийской колоний.

Довольный старик, улыбающийся де Гланд ев и сияющая невеста принимали гостей так сердечно, что сразу отпала церемонность и чопорность обычных посольских приемов.

Вечер обещал быть интересным, так как были приглашены лучшие артисты национальной труппы Токио.

Быть может, пресыщенные зрители и не находили особого удовольствия в японской музыке и танцах маленьких гейш, но все заинтересовались, когда появилась труппа фокусников.

Фокусники были, действительно, замечательные. Все их фокусы проделывались с необыкновенной чистотой, и были новы и оригинальны.

Проделав ряд совершенно необъяснимых фокусов, японцы вынесли старинным паланкин. В него вошел один из фокусников и наглухо задернул занавески со всех сторон, чтобы не было видно, что делается внутри. Настала мертвая тишина.

Вдруг послышался голос японца, сидевшего в паланкине. Он отдал приказ, и четверо его помощников, подняв паланкин, пронесли его перед зрителями, а сидящий внутри в это время нараспев скандировал старинные стихи.

Снова короткий сигнал и носильщики остановились.

Японцы просунули руки под занавес и объявили, что сейчас будут вынимать своего товарища… по частям. Затем они стали входить в паланкин и выходить из него, вынося пакеты, которые бросали вверх. Пакеты исчезали на глазах у всех, точно расплывались в воздухе.

Человек, сидевший в паланкине, безостановочно пел, но его голос все слабел и слабел по мере того, как пакеты расплывались в воздухе.

На момент фокусники прервали свое занятие и, приподняв паланкин, показали, что вес его значительно уменьшился. Потом опять возобновилась выноска пакетов, пока голос совсем не замер.

Тогда глава труппы распахнул занавески паланкина, и изумленные зрители увидели, что внутри совершенно пусто.

Человек исчез.

Зрители с шумом повскакали с мест, чтобы осмотреть паланкин, но им пришлось сознаться, что объяснить исчезновение японца невозможно, — само строение легкого паланкина не допускало мысли о каком-либо тайнике.