Чтение онлайн

И, кажется, Осетр догадывался о причинах.

Отвечать стоило немедленно, дабы Отто понял, что его крик о помощи по-настоящему услышан.

Подобно фрагербритцу, Осетр не стал надевать парадный мундир – разговор вели два друга, а не высокопоставленные государственные лица.

Через четверть часа к Вайсбургу ушло ответное прямое послание. Также в режиме видео.

«Ваше величество! – глядя прямо в камеру, проникновенным тоном говорил император Остромир Первый. – С глубокой озабоченностью узнал об исчезновении моей невесты. Росские спецслужбы немедленно подключаются к розыскам.

Прошу вас дать соответствующие поручения своему правительству. Спешу заверить, что моя страна, в свою очередь, крайне заинтересована в скорейшем подписании договора о дружбе и взаимной помощи между Росской Империей и Фрагербритским Союзом. Это тем более важно, когда у нас с вами появился новый противник».

И пусть его величество фрагербритский король убедится, что россы теперь знают не только об исчезновении принцессы Розалинды.

Точнее, конечно, не россы, а только их император. И не знает, а лишь догадывается.

Но иногда догадка оказывается весьма и весьма полезной. Не менее, чем прямое знание.

Через четверть часа руководители росских спецслужб получили высочайшее указание о немедленном подключении к розыскам принцессы Розалинды.

А еще через пару часов Найден доложил, что Вайсбург вызывает императора Остромира Первого на прямой сеанс связи.

На видеопласте снова появился фрагербритский король – уже в режиме реального времени.

После взаимных раскланиваний на галактосе он объяснил:

– Ваше величество, я решил немедленно поговорить с вами, чтобы между нами не возникло недопонимания. Скажу сразу, я до сих пор не знаю, что произошло с моей дочерью. Мои спецслужбы разыскивали ее на всей территории Фрагербритского Союза и за ее пределами. Никаких следов! Поначалу я подумал, что моя дочь сама сбежала из столицы. Как у вас говорят, попала вожжа под хвост, так по-моему?..

Осетр кивнул, но не проронил ни слова.

– Дело в том, что Розалинда исчезла прямо из дворца. Вечером легла спать в своих покоях, а утром ее и след простыл. Потому я и решил, что она сбежала, подкупив должностных лиц охраны Нимфенбурга. Однако если бы исчезновение оказалось собственной дочкиной затеей, мы бы отыскали ее без особых проблем. Однако ничего не получилось. Караульные охранники были очень серьезно допрошены. К сожалению, работа дворцовой системы видеоохраны не распространяется на покои членов королевской семьи. Ну, вы понимаете…

Осетр снова кивнул.

Еще бы не понимать! Кому захочется находиться под круглосуточным видеонаблюдением. Не преступники же, в конце концов, члены королевских семей! Это разве лишь у Вершителя Бедросо могут быть такие порядки, да и то – вряд ли!

– Никто из допрошенных охранников Розалинде не помогал… – Отто замялся.

– А есть и не допрошенные? – тут же спросил Осетр.

– Есть двое. Вернее, были. Труп одного из них найден в пригороде Лондинуса. Второго мы так и не отыскали. Если бы Розалинда исчезла по собственному желанию, вряд ли бы дело дошло до трупов. Потому я и полагаю теперь, что ее похитили. Однако за пределами страны фрагербритская разведка Розалинду также не нашла. Но вы ведь и сами понимаете, что на территории Великого Мерканского Ордена возможности

любой разведки весьма ограничены.

Было видно, что королю непросто. Нет, следы явной растерянности на его лице отсутствовали, но время от времени слегка подергивался левый глаз.

Впрочем, и не удивительно. Уж кто-кто, а росский правитель прекрасно понимал фрагербритского…

Однако быть столь же откровенным в разговоре с собратом он не собирался. Тому совсем не обязательно знать, что россам и без королевских посланий известно об исчезновении дочери Отто Тринадцатого.

– У меня к вам большая просьба, ваше императорское величество, – продолжал король. – Во-первых, мы будем крайне вам обязаны, если к поискам Розалинды присоединятся ваши спецслужбы.

– Разумеется, ваше величество. Такой приказ им отдан сразу после вашего первого послания. Со своей стороны, я бы попросил вас передать нашим спецслужбам генетический код Розалинды, если эта просьба не покажется вам слишком нескромной. Знание генетического кода весьма бы ускорило розыски.

– Разумеется, мы сделаем это, – поспешно сказал Отто. – А во-вторых, понимая, что случившееся весьма нарушило наши предварительные договоренности, я тем не менее надеюсь на скорое подписание договора о дружбе и взаимной помощи между нашими странами.

Осетр мягко улыбнулся:

– Дорогой друг! Если бы сейчас наши планы сорвались, это означало бы, что те, кто организовал похищение принцессы, добились нужных себе результатов. Не бывать этому! Мне тоже в случившемся видится рука мерканского Вершителя, и я вовсе не намерен поступать согласно его чаяниям. Давайте подпишем договор в самое ближайшее время. Думаю, было бы полезно, чтобы я совершил официальный визит на Вайсбург, во время которого мы и оформили бы наши договоренности юридически. А потом предъявим Бедросо ультиматум. Либо он освобождает Розалинду, либо начнется война! Как вы смотрите на такое развитие событий?

Король Отто чуть поморщился:

– Не скажу, что я большой сторонник боевых действий, но иногда без них попросту не обойтись. Я очень рад, ваше императорское величество, что мы с вами поняли друг друга.

И двое правителей рассыпались в уверениях взаимного дружеского расположения, за которыми не было ни фальши, ни дипломатического этикета.

Теперь когда Отто, наконец, сказал «а», нам пора говорить «б». А попросту начинать готовиться к полету на Вайсбург.

Делегация для подписания столь серьезного межгосударственного договора должна быть представительной и потому наверняка будет насчитывать многих чиновников – такую на малом транссистемнике не увезешь.

Можно, конечно, попытаться использовать в качестве транспортного средства боевой корабль. Тот же эсминец «Осмотрительный», к примеру…

Но стоит ли?

Свободных кают на нем не найдешь, а загонять серьезных должностных лиц в кубрики для низших чинов, заставив потесниться экипаж, – означает наносить удар по авторитету власти. Так что, по всей видимости, перевозить делегацию надо на большом транссистемнике. И императору – самое место среди ее членов.