По следам Грааля

5 декабря 1484 г.

Роковая дата для всего ведовского мира. День, в который Папа Римский признал реальность колдовства. В городах запылали костры, а люди превратились в свечки. «Молот ведьм», «Нюрнбергская дева», «Меч», «Сковорода» ­­— ­лишь крупицы той извращенной жестокости, что принесла с собой святая инквизиция.­

Ведунов сгубила порочная связь с Дьяволом. Но правда в том, что Ведьмы и Ведьмаки не принадлежат ни Богу, ни Дьяволу — они служат себе и своим силам.

Тринадцать некогда могущественных ковенов ушли

в небытие. А те, кто уцелел, были вынуждены подписать пакт о заключении мира, согласно которому Ведуны обязуются:

1. скрывать свои силы;

2. не чинить беспорядки и не использовать магию во вред;

3. ежели в действиях ведьмы или ведьмака будет таиться злодеяние, то они добровольно подчинятся ордену Инквизиторов;.

4. инквизиторы в свою очередь отменяют все гонения;

5. если после справедливого суда, орден докажет вину обвиняемого, его ждёт наказание в зависимости от тяжести проступка;

Виды наказания: заключение в специальной тюрьме; казнь (только в особо тяжелых случаях);

Историю пишут победители. Вышеперечисленные события ныне известны как «Охота на ведьм».

«Ведьмы зло. Они коварны, опасны и слабы, вот почему, в конце концов, церковь одержала верх»

Вы слышали это много раз, не так ли? Однако ещё остались те, кто знают всю правду. Кто помнит долгую и кровопролитную войну. Отчаянное и смелое противостояние ведунов. Остались те, кто готов бороться за магию.

1 августа 1755 г.

«История ведьмовства»

Мари Блессюр

Часть первая. Город ста шпилей

Звуки Имперского марша всё настойчивее разносились по комнате. Казалось, что вот-вот заявится Дарт Вейдер, признается, что он мой отец, и любезно предложит перейти на «тёмную сторону». Я, разумеется, согласилась бы, рассыпаясь в ответных любезностях.

Наскоро замотав мокрые волосы в полотенце, выхожу из ванной. Тем временем в марше наступила кульминация. Смартфон не переставал дребезжать, грозясь свалиться с компьютерного стола. На тёмном дисплее высветился незнакомый номер зарубежной наружности.

— Не бросай трубку. Это твой брат, — серьёзность тона говорящего резанула слух.

— Знаю, — без особого энтузиазма ответила я.

— Тогда позволь спросить, по какой такой причине ты второй день не отвечаешь на звонок?

— О, всё очень просто. Потому что звонок от тебя.

Мирослав выдохнул в свойственной ему манере. Я легко могла представить, какое выражение появилось на его лице. Наверняка, сжал губы в тонкую полоску и грозно свёл брови с необычным медным оттенком. Может, даже закатил глаза: этот изящный жест у нас семейный.

— Полагаю, ты уже догадалась о причинах моего настойчивого беспокойства.

Для этого не стоило обладать особенными навыками, достаточно было лишь бросить взгляд на календарь и увидеть дату: «28 апреля». Два дня до Вальпургиевой ночи.

Два

дня до ежегодного собрания одного из двух последних существующих ковенов.

А ведь когда-то их было больше.

— Ответ всё тот же?

Несмотря на явные вопросительные нотки, в голосе брата сквозила уверенность в неизменности моего выбора. Знал бы он, как мне хотелось оправдать эти ожидания: послать его на чёртовом чешском и вновь сказать «нет». Но за последние два года я прошла через все стадии: отрицание, гнев, депрессия и, наконец, принятие.

— Пойми, ведьме сложно быть одной. Без ковена, без семьи.

— У меня есть ковен, здесь, в России.

— Два человека не могут быть признаны, ты ведь знаешь.

— О, правда? Тогда не подскажешь, почему нас осталось всего двое? Ах да, и раз уж мы заговорили о семье. Возможно, она была бы у меня, не покинь кое-кто родину и не вступи в европейский ковен.

— Ничего не меняется. Я по-прежнему главный предатель в твоих глазах.

Я еле сдерживалась, чтобы не закончить разговор. Надежно зажав телефон между плечом и ухом, я вытащила карту из тёмно-бордовой колоды.

«Колесница» — карта старшего аркана, означающая цель.

Она подтверждала, что сейчас самое подходящее время для решительных действий. Утихомирив гнев, я оставила место лишь холодному расчёту.

— Впрочем, это не важно, — пришлось продолжить, когда молчание в трубке затянулось. — Я приеду на собрание.

— Что?

— Да-да. Тебе не показалось. А теперь, перестань мне докучать.

Наконец-то разговор закончился. Существовали дела поважнее разговоров с ним. Необходимо ещё раз обдумать план. Добиться желаемого не просто, но нет ничего невозможного, пока я сама не опущу руки.

???

Я покачала головой в ответ на вопрос стюардессы. Кусок в горло не идёт, да и пить не хотелось. Мягкий свет из иллюминатора освещал лист бумаги, исчерченный схемами понятными лишь мне. Окинув взглядом шесть фамилий, заключенных в фиолетовые кружочки, я ещё раз проверила: не упустила ли что-то важное?

Европейский ковен состоял из пяти семей, пока три года назад к нему не присоединилась шестая. Все они представители разных стран, а некоторые из них и дурных характеров. Семья Новак родом из Чехии, она же является и главой ковена. Семья Суви — Эстония, Кённинг — Германия, Берг — Норвегия, де Ла Саль — Франция, и Красовских — Россия.

Традиционно в собрании принимают участие лишь определенные представители, которые достигли совершеннолетия и которых выбрала семья. Я попыталась выудить из памяти любую мелочь о каждой из них: ведь чем лучше ты знаешь противника, тем проще выявить его слабые места.

Суви и де Ла Саль славились своими артефакторами, у Кённинг имелись словесники. Помнится, лишь в семье Берг были такие же мантики, как я. Быть мантиком среди ведунов — это означает быть в самом низу общей иерархии. С точки зрения силы, конечно. Мы своего рода толкователи: одни извлекают информацию с помощью предметов, таких как руны, карты или кофейная гуща, другие — входят в транс или видят вещие сны, предсказывая возможные варианты развития будущего.