Чтение онлайн

Беатрис сделала так, как он ей посоветовал, – вцепилась руками в спинку кровати, но это ничуть не помогло. Она, казалось, превратилась в сплошной сгусток неудовлетворенной чувственности. Двигая бедрами, она развела ноги в попытке плотнее прильнуть лоном к Ритчи.

– Беатрис, Беатрис, – чуть слышно прошептал он, дразня прикосновениями губ к ее коже, вызывающими легкое приятное покалывание. Такое же воздействие оказывали и его дыхание, и порхающие пальцы.

Тело Беатрис жаждало Ритчи. Взывало к нему. Требовало проникновения его твердого члена, который по-прежнему упирался ей в

бедро. Она потерлась о него, но этого было явно недостаточно. Ей хотелось познать Ритчи своими пальцами и лоном.

«А возможно, и ртом тоже?»

Она резко открыла глаза. Какая смелая, возбуждающая идея! Перед ее мысленным взором тут же промелькнули образы Софии, с энтузиазмом сосущей твердый фаллос своего обожаемого Эмброуза, а также Арабеллы Сауверн, наслаждающейся плотью красивого темнокожего любовника Юрия. Да, эти дамы казались очень довольными тем, что они делали, хотя сами они при этом и не получали физической стимуляции.

«Ах, мне тоже хотелось бы отведать на вкус твоей плоти, Ритчи», – подумала Беатрис.

Все еще сжимая пальцами спинку кровати, Беатрис повернула голову, чтобы посмотреть на Ритчи, и он, будто бы угадав, о чем она думает, низко склонился над ней, пристально всматриваясь в глаза. Его длинные густые ресницы трепетали.

– Что такое, Беа? – Он знающе прищурился, и этот взгляд заставил ее сердце биться быстрее. Ей оставалось лишь гадать, как ему удалось в очередной раз с такой легкостью прочесть ее мысли и намерения.

Машинально Беатрис провела языком по губам, и тут же ощутила, что член Ритчи стал сильнее упираться ей в бедро, будто бы и он разгадал ее сладострастные намерения.

– Ничего особенного… просто изголодалась по тебе, Ритчи.

Губы его изогнулись в игривой, слегка самодовольной усмешке.

– Понимаю. А потрудись-ка определить поточнее, насколько велик твой голод, моя прекрасная сирена? – Он принялся двигать бедрами, скользя своим горячим напрягшимся членом по ее ноге, дразня и провоцируя.

– Очень велик, – твердо ответила Беатрис. – Я хочу попробовать тебя на вкус, Ритчи. При мысли об этом у меня прямо слюнки текут. Так и есть… – Она медленно искоса посмотрела на него, надеясь, что он сочтет такое выражение лица соблазнительным. – Если ты мне позволишь, я продемонстрирую тебе всю силу моего голода по тебе.

– В самом деле? – Улыбка его стала шире.

– В самом деле.

Ритчи ничего не ответил. Вместо этого он одарил ее крепким поцелуем. Язык его проник глубоко к ней в рот, будто бы стремясь подчинить себе ее непослушный язык. Или, возможно, напомнить о другом подчинении, более понятном. Беатрис с готовностью отреагировала на его вторжение, надеясь, что это поможет ей добиться желаемого.

Продолжая целовать Беатрис и полностью накрыв ее тело своим, Ритчи протянул руку над ее головой и оторвал ее пальцы от спинки кровати, будто бы размыкая некую связующую цепь. Беатрис тут же потянулась к нему, инстинктивно вцепившись в его спину и мускулистые бедра, стремясь как можно крепче прижать к себе.

Последовала длительная молчаливая схватка, в которой верх одержал Ритчи. Отстранившись от Беатрис и глядя ей прямо в глаза, он произнес:

– Итак, мисс Уэверли, вы хотите

попробовать меня на вкус, не так ли? – Теперь пришел его черед проводить языком по крепкой линии губ, и сделал он это так соблазнительно, что лоно Беатрис тут же мучительно заныло.

– Да, – прошептала она, и ее голос прозвучал менее уверенно, чем ей бы того хотелось. У нее ведь, в отличие от Софии и Арабеллы, совсем нет опыта в доставлении мужчине такого рода удовольствий!

Ритчи погладил ее по лицу.

– Не беспокойся, Беатрис, ты очень быстро учишься, просто-таки схватываешь на лету. Ни секунды не сомневаюсь, что получу огромное удовольствие от прикосновения твоего языка.

Беатрис отстранилась от него и села на постели, покраснев при мысли, что так ему стали отлично видны ее груди. Находиться полностью обнаженной в обществе такого же обнаженного мужчины было для нее совершенно новым опытом, и это напомнило ей о том, какая она по сути неопытная, хоть и позировала обнаженной для порнографических снимков.

– Надеюсь, что ты прав, Ритчи, – просто ответила она, помещая руку ему на бедро в непосредственной близости от его стоящего как кол фаллоса. – Потому что я представления не имею, что нужно делать.

– Призови на помощь свою интуицию, Беа, – произнес Ритчи очень тихим, мягким голосом, не соответствующим эротичности происходящего, но полностью соответствующим ему самому. – Что бы ты для меня ни сделала, это будет прекрасно. – Накрыв ее руку своей, он поощряюще сжал ее пальцы.

«С чего же начать?» – недоумевала Беатрис, глядя на член Ритчи и думая о том, какой это все же странный орган мужского тела. Странный, но одновременно и интригующий. В действительности интригующим и выдающимся она считала именно фаллос Ритчи. На ее взгляд, он не был ни большим, ни маленьким, но идеально пропорциональным размерам тела. Нужного размера, изысканный и одновременно примитивный.

Одной рукой отбросив с лица роскошное покрывало своих распущенных волос, Беатрис нагнулась, приблизив рот к паху Ритчи.

Ритчи хотелось кричать, улюлюкать, аплодировать, хотелось обхватить руками голову Беатрис и зарыться пальцами в ее потрясающие волосы, чтобы направлять движения ее рта. Он испытывал желание двигать бедрами, проникая фаллосом глубже в ее влажный жаркий рот, быстрее и быстрее, до тех пор пока не познает блаженство, излив струю семени ей на язык.

Вместо этого он продолжал лежать неподвижно, ничем не выказывая охвативший его водоворот страсти и даже не осмеливаясь сжать простыни в кулаках, опасаясь потревожить этим Беатрис.

Почувствовав ее дыхание на головке своего члена, Ритчи с трудом сдержал стон. Зная, что волна роскошных волос не позволяет Беатрис увидеть его лицо, он закусил нижнюю губу, борясь за сохранение самоконтроля.

Когда язык ее прикоснулся к головке его члена, он был вынужден крепко зажмуриться, чтобы подавить рвущиеся наружу эмоции.

– Ах, он соленый, – прошептала Беатрис, легонько касаясь своими бархатистыми губами фаллоса Ритчи, но заставляя все его тело напрячься, а ту его часть, что уже была твердой, и вовсе превращая в железо. Он и сам ощущал солоноватый привкус крови, выступившей у него на губе.